Дверь в другой мир - Серебряный_Змей
— Забавно. Получается, я достаточно взрослый, чтобы самостоятельно распоряжаться наследством, выступать в суде и рисковать жизнью, но недостаточно взрослый, чтобы официально хранить оружие.
— Добро пожаловать в мир законодательства.
— И сколько патронов я получу?
— Сотню для тренировок.
— Мне нужно больше. Желательно разных.
— Нет.
— Насколько больше ты сможешь достать?
— Юи.
— Этого всё равно окажется мало.
Джон медленно повернул ко мне голову.
— Ты только что вышел из больницы после огнестрельного ранения и уже требуешь ящик боеприпасов. Возможно, врач не зря направил тебя к психологу.
— Я предпочитаю термин «разумная предусмотрительность».
— Сто патронов для тренировок, — отрезал он. — Об остальных поговорим после курса.
— Хорошо. Сколько мне всё это будет стоить?
— Пойдёт в счёт стоимости плодов.
— Я ведь говорил, что не собирался брать с тебя плату.
— Лучше просто скажи спасибо.
— Спасибо.
Через некоторое время Джон снова покосился на меня.
— Юи, у тебя что-то с головой?
— Чего?
— Ты постоянно её трогаешь. И когда садился в машину, следил, чтобы не задеть макушку о крышу.
— А…
Я смущённо отвёл взгляд.
На моей голове вольготно развалилась Лия, раскинув руки и ноги в позе звезды. Фея тихо посапывала, периодически дёргала меня за волосы и что-то попискивала во сне.
Покинув больницу, она решила, что её великая миссия по моей защите завершена, и немедленно вернулась к привычному беззаботному состоянию. Моя осторожность была вполне оправданна, но со стороны действительно могла выглядеть подозрительно.
— Всё нормально, Джон. После больничной кровати шея затекла, а кожа под повязкой до сих пор чешется. Сам не замечаю, как начинаю всё трогать.
Он посмотрел на меня с лёгким сомнением, но развивать тему не стал.
— Лучше расскажи, как твоя внучка.
Лицо мужчины расплылось в довольной улыбке, а в глазах появилась совершенно непривычная мягкость.
— Всё хорошо. Уже пытается следить за лицами и цепляется за пальцы каждого, кто подходит достаточно близко.
— И как ты себя чувствуешь, дедуля?
— Для начала я совершенно не чувствую себя дедулей.
— Разумеется. Ты мужчина в самом расцвете сил.
Джон покачал головой, но улыбка никуда не исчезла.
— Я был так же счастлив, когда моя жена родила Кэйго. Сложно описать это чувство, Юи. Когда сам станешь отцом, поймёшь.
Я коротко кивнул, не зная, что на это ответить.
— Сегодня я не смогу передать тебе обещанные плоды, — сказал я после небольшой паузы. — Мне потребуется время, чтобы выяснить, сохранились ли они и можно ли безопасно достать новые.
Улыбка Джона померкла.
— Не торопись. И не рискуй собой ради нового запаса.
— Они спасли твою семью.
— Именно поэтому я не хочу, чтобы попытка добыть ещё несколько закончилась твоими похоронами.
— Я буду осторожен.
— Это обещание звучало бы убедительнее, если бы ты не получил пулю через месяц после нашей прошлой встречи.
Возразить было нечего.
Машина вскоре остановилась перед моим домом. Едва я вышел, под ключицей снова слабо заныло. Боль была терпимой, но достаточно настойчивой, чтобы напомнить: мнение врачей о полном восстановлении всё-таки имело некоторый смысл.
За забором раздался громкий лай Луны.
Хорошо, что я успел попросить Джона присматривать за собакой. Запаса корма, который я обычно оставлял на случай долгого пребывания в Урусе, на несколько дней хватило бы, но одной едой забота о живом существе не ограничивалась.
Я подошёл к калитке и провёл ладонью по нагретому металлу.
По телу разлилось знакомое ощущение. Где-то внутри груди вспыхнуло мягкое тепло, словно дом узнал меня и безмолвно поприветствовал после долгого отсутствия.
Я невольно улыбнулся.
Дом.
Открыв калитку, я осторожно присел на корточки, стараясь не нагружать левое плечо.
Луна подбежала, бешено вращая хвостом и оглушая меня радостным лаем.
— Соскучилась, девочка? Я тоже!
Я гладил её по голове, холке и спине, пока собака пыталась одновременно облизать мне лицо, забраться на руки и не переставать вилять хвостом.
Лия проснулась, слетела с макушки и направилась к одному из окон.
— Через дверь, — сразу предупредил я.
Фея зависла в воздухе и недовольно обернулась.
От одной мысли, что она снова попытается проникнуть внутрь через окно, где-то под рёбрами поднялась неожиданно сильная волна раздражения. Домой следовало входить через дверь. Не через окно, щель или любой другой случайный проход.
Я сам не вполне понимал, почему это казалось настолько важным.
Лия несколько секунд смотрела на меня, словно размышляла, стоит ли спорить, но всё-таки вернулась и уселась на плечо. Видимо, прежний разговор о правилах дома она ещё помнила.
Наконец Луна немного успокоилась, отбежала в сторону и принялась носиться кругами по двору.
— Со мной она была далеко не такой вежливой, — пожаловался Джон. — Чуть руку не отгрызла, пока я насыпал ей корм.
— Ничего бы она не отгрызла. Луна — воспитанная девочка.
— Луна? — удивился мужчина. — Это русское слово?
— Ага. Именно оно.
— Твой дед постоянно давал знакомым прозвища, используя разные языки. Ты раздаёшь иностранные клички животным. Иногда я завидую вашему семейному полиглотству.
Я немного смутился.
Мои знания языков были получены фактически в качестве бесплатного дополнения к способностям Странника, а не благодаря настоящему труду.
Джон протянул руку.
— Отдыхай. И не пытайся геройствовать сегодня.
— Даже не собирался.
Он несколько секунд подозрительно смотрел на меня.
— Почему-то я тебе не верю.
— Какая несправедливая предвзятость.
Мы попрощались, после чего Джон вернулся к машине.
Я направился к дому, стараясь не запнуться о Луну, которая снова принялась весело кружить вокруг моих ног.
У входа я сам взялся за ручку и открыл дверь.
Только после этого неприятное напряжение окончательно отпустило.
*****
Дом встретил меня лёгким налётом запустения и несколькими безвременно погибшими продуктами в холодильнике.
Лия, заглянувшая внутрь через моё плечо, тут же зажала нос и поспешно отлетела подальше. Луна оказалась смелее: обнюхала нижнюю полку, чихнула и посмотрела на меня так, словно именно я был виноват в произошедшем.
— Даже не думай. Это не еда, а биологическое оружие.
Собака тихо фыркнула и отошла к двери.
Пока я выбрасывал испорченные овощи, протирал полки и убирал остальные следы своего отсутствия, мысли снова вернулись к событиям последних дней.
Конечно, времени подумать в больнице у меня было предостаточно. Но одно дело — бесконечно прокручивать произошедшее, лёжа в палате, и совсем другое — спокойно разобрать всё дома, где никто не пытался взять кровь, выяснить происхождение ускоренной регенерации или вручить мне очередной документ.
Впрочем, надежды на тишину разрушил телефонный звонок.
Я как раз пытался определить, можно ли спасти один особенно подозрительный соус, когда устройство завибрировало на столешнице.
Несколько секунд я смотрел на незнакомый номер, затем всё-таки ответил:
— Да?
— Хей, Юи! Ты уже дома?
Жизнерадостный голос Марин заставил меня невольно улыбнуться.
— Только зашёл. Сейчас убираюсь.
— Убираешься? — В трубке что-то зашуршало. — А что случилось, пока тебя