Застрявший в Болотах - Антон Викторович Текшин
Вот были же времена…
— Тебя никто не посмел бы упрекнуть в трусости, — вместо приветствия или вполне ожидаемой благодарности произнесла Несокрушимая. — Так почему ты спас тех обречённых?
— Сложно сказать. Может, потому что они дети?
— Наши дети, — уточнила воительница, стягивая с себя местный аналог поддоспешника.
За плотной рубахой не оказалось почти ничего, за исключением нескольких мотков ткани на груди, заменявших нательное бельё. Хотя при таких габаритах бандаж скорее имитировал свою надобность. Тело и так притягивало взгляд, напоминая ожившую статую. Могучую, но при этом всё ещё женственную. Да что там коня, клетконосца на скаку остановит! Только по велению безумного скульптора всю эту античную красоту испещряла густая россыпь шрамов и роговых отростков. Пусть и спиленных под ноль для удобства. Каждая мышца при малейшем движении валькирии отчётливо перекатывалась под серой кожей. Как у львицы, которая неспешно гуляет перед стадом антилоп, выбирая себе будущий ужин.
Твою мать, если она сейчас начнёт приставать, я ж не отобьюсь…
— Да мне без разницы, на самом деле. Чужих детей не бывает. Хотя нет, ради людоедских детёнышей я бы и пальцем не пошевелил.
— Я тоже, — кивнула бывшая наёмница. — Это монстры, которые лишь притворяются вами. Раньше у нас обитали похожие по духу твари, почти в каждой крупной пещере. Сами они были слишком медлительными из-за множества шипов и рогов, и не могли угнаться даже за ребёнком. Но заманивали в свои логова даже взрослых, мастерски подражая чужим голосам. Им достаточно всего раз услышать нужные звуки, даже от сородичей. На слух не отличишь. Мой народ истреблял их долгое время, и сейчас они почти не встречаются. Но говорят, в самых отдалённых уголках ещё можно услышать голоса давно пропавших, которые зовут в темноту…
— Красивая история.
— Моя мать была сказительницей, — поведала шечка. — Я в детстве заслушивалась ею, мечтая попасть хотя бы в самую короткую легенду. Пусть и с грустным концом.
— Что ж, тогда поздравляю.
— Слава сегодня досталась не мне, — хмуро покачала она головой. — Я всего лишь убила вражеского командира, чтобы закончить бессмысленную бойню. Это казнь, а не эпическая битва. Та уже отгремела в другом месте. Там, где лекари с бойцами охранения и кучкой наёмников смогли разбить опытных воинов из личной дружины вождя, которых было чуть ли не вдвое больше.
— Да уж, достойное деяние, — не менее мрачно согласился я.
— И большинство героев утверждают, что живы лишь благодаря подвигу одной-единственной воительницы, обратившей врагов в бегство, — продолжила шечка чуть ли не нараспев. — В ней проснулся истинный дух Крала, иначе ничем другим объяснить это нельзя. Поэтому отныне она — Гробовая Доска. И никак иначе.
За вольный перевод я не ручаюсь, потому что новость выбила меня из колеи куда сильнее, чем обтянутые бандажом сиськи размером с мою голову.
— Так, стоп! Несокрушимых всего пятеро!
— Боевое имя обретают не по воле правителей, уважаемый Рю-Мин, а на поле брани. Я стала Карающей Дланью задолго до того, как выбила мятежников из нашей столицы. Меня так прозвали святоши, чьих командиров я жгла на их же кострах. Так бы мы и бодались, не случись переворот. Сам того не желая, отец передал мне своё место. Но я вовсе не рада его смерти, пусть он и заслуживал её, как никто другой
— После мести остаётся лишь пепел, — пожал я плечами. — Хочешь на нём что-то вырастить, сначала это посади.
— Глубокая мысль.
К моему облегчению она достала из походного рюкзака чистую рубаху и принялась облачаться.
— Наша благодарность отряду не знает границ. Отныне все вы почётные друзья королевства. Все наши договорённости будут исполнены…
— Знаешь, мой отец тоже далеко не подарок, — признался я собеседнице, раз уж пошёл обмен откровениями. — Тем не менее, он всегда говорил, что можно не слушать всё что звучит до слова «но».
— … но славная воительница должна вернуться в королевство. Нашему народу как никогда нужны такие лидеры. Она не хуже меня демонстрирует, что воинский дух заключается не в рогах.
— Вообще-то она даже простую сержантскую должность не потянула, — хмыкнул я. — Ты ведь командовала чуть ли не армией, поэтому должна понимать, какая это нагрузка.
— Никогда никому это не рассказывай, — серьёзно предупредила меня Карающая Длань. — В самом начале нашего знакомства дочь прошлой королевы отказалась выполнять мой приказ и её избил десяток оголодавших бандитов, которые ничего тяжелей железной палки поднять не могли. Я запретила мешать им, потому что в иной ситуации это своеволие стоило бы не только её жизни. Ошибается один, а погибнуть могут все. А спустя пару сезонов она уже возглавила свой первый десяток.
— Поучительная история, клянусь унести её с собой на тот свет. Но прежде чем исключать Доску… Пардон, Гробовую Доску из отряда я всё же спрошу, а хочет ли она обратно.
— Тебя интересует её мнение? — удивилась командирша.
— Когда она умирала от передавленного в борделе горла, я задал ей похожий вопрос. Так что это у нас традиция такая.
— А если откажет?
— Значит, королевство как-нибудь обойдётся без неё.
— Вас ищут имперцы и святоши, — почти прорычала дамочка. — Вам некуда бежать!
— Тогда мы будем драться насмерть.
Она смерила меня долгим взглядом с головы до ног и вздохнула так, что бедная рубаха едва не треснула по швам.
— Более достойного ответа мне слышать ещё не доводилось. Как жаль, что ты не шек.
— А уж как мне…
Глава 3
Через две с лишним недели мы вернулись в Скуин — второй по численности город королевства, который ещё недавно считался пограничным. Но за последнее время политическая карта успела серьёзно перекроиться, и теперь это звание носила Стопка, ранее принадлежавшая Святой Нации. Фронтир теперь проходил по прериям и холмам Окранова залива.
Захват стратегического узла уже нарекли величайшей победой со времён