Восхождение Морна. Том 14 - Сергей Леонидович Орлов

— Артём, — произнёс он совсем иначе, тяжело и весомо, — прежде чем мы перейдём к делу, ты должен уяснить одну простую вещь. Я приехал сюда не из праздного любопытства. И уж тем более не затем, чтобы поглазеть на шустрого паренька, который за какие-то полгода умудрился перевернуть некоторые многовековые устои вверх дном.

— Это я уже понял.

— Хорошо. Тогда пойми и другое. У меня есть к тебе весьма серьёзное предложение. Однако прежде, чем его озвучить, я должен убедиться в одной вещи.

Он сделал небольшую паузу.

— Что ты способен воспользоваться определённым артефактом.

Я нахмурился.

— А что за артефакт?

— Сейчас увидишь.

Лука неторопливо сунул руку во внутренний карман пиджака.

Движение было донельзя будничным, но стоило его пальцам коснуться подкладки, как воздух в ложе резко уплотнился. Наум мгновенно сбросил с лица шутливое выражение, выпрямившись во весь рост, а сам главный Оценщик Империи сделался предельно сосредоточенным.

Я инстинктивно втянул голову в плечи, на всякий случай готовясь защищаться. Но в следующее мгновение старик извлёк на свет небольшой продолговатый футляр из тёмного дерева.

На первый взгляд — абсолютная банальность. Обычная коробочка без изысков, каких на любом столичном рынке за пару золотых. Разве что материал выглядел настолько древним, что древесина успела пропитаться маслянистым блеском и почернеть до цвета воронова крыла, а по периметру крышки вилась тонкая, едва заметная бронзовая нить.

И тем не менее внутри что-то неприятно царапнуло интуицию, заставив меня собраться в пружину. Точнее, дело было даже не в самом предмете, а в том, с какой жутковатой осторожностью Лука держал эту деревяшку, словно в его руках находилась не коробочка, а взведённая до предела боевая граната.

— Думаю, Наум уже успел рассказать тебе об «Оке», — произнёс Лука, положив ладонь на крышку футляра.

— Рассказал, — подтвердил я. — Правда, после его слов вопросов у меня стало гораздо больше, чем ответов.

— Неудивительно. Некоторые вещи трудно объяснить словами. Особенно человеку, который ещё ни разу не сталкивался с подобными артефактами.

— А теперь, значит, представилась возможность познакомиться поближе?

— Если «Око» сочтёт тебя достойным, — спокойно поправил старик. — Моя проверка показала, что у тебя достаточно сил и таланта, чтобы попытаться установить с ним связь. Но окончательное решение будет принимать сам артефакт.

Я покосился на Мозыря.

Тот сохранял невозмутимое выражение лица, однако по тому, насколько внимательно он следил за руками приятеля, было ясно: предстоящий момент для него тоже имел немалое значение.

— И если перстень меня отвергнет? — уточнил я.

— Тогда, к сожалению, дальнейшие переговоры потеряют смысл, — ответил Лука. — Не потому, что я разочаруюсь в твоих способностях. Просто без «Ока» осуществить задуманное не получится.

Вот теперь стало окончательно понятно, почему старик не спешил переходить к главному разговору.

Каким бы талантливым Оценщиком я ни оказался, последнее слово оставалось за древним артефактом. Причём, судя по всему, артефактом весьма своенравным.

— Что ж, — протянул я, — надеюсь, характер у него не такой скверный, как у некоторых моих знакомых.

Лука лишь едва заметно улыбнулся и нажал на неприметный замочек.

Раздался тихий щелчок. Крышка футляра медленно приподнялась, открывая потемневшую от времени бархатную подкладку, на которой лежал перстень.

Значит, вот ты какое, знаменитое «Око»!

Признаться, после рассказов Мозыря я ожидал увидеть нечто куда более внушительное. Какой-нибудь огромный драгоценный камень в массивной золотой оправе, испещрённой древними рунами. Ну или хотя бы артефакт, который с первого взгляда заставляет окружающих благоговейно замереть.

В действительности же перстень выглядел на удивление скромно.

Широкий ободок из металла необычного тёмно-серебристого оттенка, гладкая поверхность, несколько тончайших линий, сходящихся к оправе. Ни вычурной резьбы, ни россыпи драгоценных камней, ни других украшений, которыми обычно так любят подчёркивать ценность подобных вещей.

И всё же взгляд невольно задерживался на центральном камне.

Овальный, почти чёрный, он казался настолько глубоким, что его поверхность скорее напоминала тёмную воду, чем отполированный минерал. Я чуть наклонил голову, пытаясь рассмотреть его получше, и вдруг заметил внутри крошечное светлое пятнышко.

Оно проступило где-то в самой глубине, на мгновение вытянулось, приобретая очертания узкого зрачка, а затем словно повернулось в мою сторону.

Я невольно моргнул, и пятнышко тут же исчезло.

Так, стоп.

Это мне сейчас показалось или перстень действительно на меня посмотрел?

Я осторожно изменил угол зрения, но камень оставался совершенно неподвижным. Обычная тёмная поверхность, в которой отражался свет ламп. Вот только неприятное ощущение, будто меня только что внимательно изучили, почему-то никуда не делось.

Я осторожно потянулся к артефакту собственной Оценкой и… ничего не произошло.

Совсем.

Ни привычной системной плашки, ни названия, ни даже обрывка информации. Дар словно натолкнулся на пустоту, в которой попросту не за что было зацепиться.

Вот это номер!

— Не старайся, — негромко заметил Лука, без труда угадав мои намерения. — Пока он лежит в футляре, ты ничего не увидишь.

— А если достать?

— Тогда всё будет зависеть от тебя.

Я перевёл взгляд на старика.

— И что именно я должен сделать?

— Надеть его.

— Просто надеть?

— Просто, — подтвердил Лука. — Хотя на твоём месте я бы не спешил считать это лёгкой задачей.

Очень обнадёживающее замечание.

— А последствия? — уточнил я. — Не хотелось бы обнаружить, что после этого у меня, например, отвалится рука.

— Рука останется на месте, — сухо ответил старик. — Но если артефакт тебя отвергнет, ощущения могут оказаться весьма неприятными. Именно поэтому я сначала и проверил твои способности. Без достаточной подготовки даже обычная попытка была бы очень рискованным действием.

Я снова посмотрел на перстень.

В голове мгновенно столкнулись два противоположных желания. С одной стороны, инстинкт самосохранения орал благим матом, что связываться с подобными артефактами — верный способ нажить себе геморрой на мягкое место, особенно когда тебя к этому подталкивают два прожженных манипулятора. С другой — передо мной лежала вещь, способная дать колоссальный буст к моим способностям, а упускать такую возможность после всех последних приключений было бы просто глупо.

Любопытство, как водится, победило осторожность.

— Хорошо, — коротко бросил я, прикидывая шансы унести ноги, если что-то пойдет не так. — Попробуем.

Наум за спиной тихо, с облегчением выдохнул, словно до этого держал пари на собственное имущество. Лука же лишь молча кивнул и едва заметным движением пальцев пододвинул деревянный футляр ближе ко мне.

— Тогда бери.

Я протянул руку, не сводя с деда