Эмили - Рэт Джеймс Уайт

- Адам - имя парня, которого мы поймали той ночью. Ему было всего девятнадцать, - сказала я, стыдливо отводя взгляд.

- Расскажи нам, как это произошло, - попросил детектив Сирс.

У меня перехватило дыхание от страха, когда доктор Морган остановил "Мерседес" перед недавно открывшимся ночным клубом "Арман" в модном складском районе. Эдмонд несколько раз рисковал стать жертвой дорожно-транспортного происшествия, чудом избегая столкновений с пешеходами и другими транспортными средствами, когда мчался по городу, совершенно не заботясь о своей безопасности или безопасности кого-либо еще. Он вел машину с желанием умереть, которое распространялось не только на него, но и на все человечество.

"Арман" был готическим клубом, где устраивались бурлеск-шоу и эротические перформансы на вампирскую тематику, в то время как страстная танцевальная музыка о любви, смерти и депрессии гремела из-за бархатных драпировок на стенах, а платящие клиенты танцевали и скакали в вычурных черных кружевах, атласе, шелке, блестящем полиэстере и латексе. Все пользовались темными тенями для век и мертвенно-белым тональным кремом. Помада и лак для ногтей, казалось, были только двух цветов: кроваво-красного или черного, как масло. При других обстоятельствах мне бы это место понравилось.

Эдмонд первым вышел из машины. Он бросил ключи высокому худощавому блондину в длинном черном пальто, который, возможно, был парковщиком, а может, и нет. Эмили дернула меня за воротник.

- Пошли, зверушка.

Онa вывела меня из машины и повела в клуб, натягивая поводок. Другие посетители клуба едва обращали на нас внимание. Влюбленные на поводках не были редкостью в подобных клубах. Эдмонд подошел к огромному вышибале, одетому в кожу, который выглядел так, словно сошел с иллюстрации к изданию Тома оф Финланда[12]. Он что-то прошептал здоровяку, а затем сунул ему стодолларовую купюру. Мужчина уставился на хрустящего новенького "бенджаминa" в своей руке, затем пристально посмотрел на Эдмонда. Тот улыбнулся и достал из нагрудного кармана еще одну купюру. Он сунул еe в карман кожаного жилета вышибалы и одарил его милой улыбкой. Здоровяк нахмурился, затем посмотрел на нас с Эмили и помахал нам рукой. Мы втроем миновали очередь и вошли в клуб. Эдмонд снова выиграл.

Внутри "Армана" было так темно, что я могла видеть, куда иду, только когда вспыхивали стробоскопы. Все стены были выкрашены в черный цвет, за исключением темно-красных или фиолетовых акцентных стенок тут и там. Искусственные свечи со светодиодным пламенем заполняли бра и канделябры вдоль всех стен, создавая еще один приглушенный источник света. По углам висели черные кружевные занавески, а на стенах висели сделанные на компьютере фотографии Белы Лугоши, Лона Чейни-младшего, Питера Кушинга и других актеров из старых фильмов ужасов. Искусственный туман, создаваемый дымовыми машинами, стелился по полу высотой по колено. В помещении пахло тошнотворно-сладкими духами, благовониями, эфирными маслами и дымом от сухого льда. Это было похоже на декорации старого готического фильма ужасов, что, несомненно, соответствовало эстетике, к которой они стремились.

Взгляд Эмили блуждал по толпе подражателей вампиров, ведьм, колдунов, доминатрикс и фетишистов в траурных одеяниях, осматривая каждого, как львица оценивает антилопу, выискивая самую слабую, которую можно было бы отобрать из стада.

- А как насчет него? - спросила она отца, указывая на худощавого темноволосого парня с запавшими глазами, острыми скулами и пухлыми губами, одетого по-андрогинному в облегающий черный пиджак, длинную мятую бархатную юбку-карандаш и кожаные сапоги на высоком каблуке.

Морган-старший улыбнулся и облизал свои тонкие губы. Он повернулся ко мне.

- Что ты об этом думаешь, Кала?

Я не зналa, что сказать.

- Если вы считаете...

Эдмонд выхватил мой поводок из рук Эмили и резко дернул за него, отчего я упала перед ним на колени.

- Тебе лучше отнестись к этому серьезно. Если я найду другую игрушку, это единственное, что может спасти твою жалкую жизнь. А теперь я снова спрашиваю, что ты думаешь об этом мальчике?

Я медленно покачалa головой.

- Нет. Не... не он. Он выглядит больным. Он долго не протянет.

Эдмонд кивнул, а Эмили погладила меня по голове.

- Хорошая девочка, - сказала она.

- Ладно. Продолжим поиски, - сказал Эдмонд. - И, Кала... Я хочу, чтобы ты былa той, кто найдет его. Я хочу, чтобы ты былa той, кто приведет его ко мне. Если мне придется сделать это самому или если Эмили придется это сделать, то ты нам на самом деле не нужнa, не так ли?

Я зналa, что это значит. Несмотря на мой страх и отвращение к тому, что эти двое могли сделать с тем, кого я выберу, я началa осматривать толпу танцоров и позеров в поисках нового секс-рабa для сумасшедшего отца Эмили.

Я увидела Адама, прислонившегося к стойке бара и оглядывающего других посетителей клуба, словно король, оглядывающий своих верноподданных. Он был высоким, подтянутым, атлетически сложенным человеком. Его волосы были длинными и прямыми, черными как смоль, но не крашеными, как у большинства людей вокруг него. Его волосы, цвета воронова крыла, казались естественными, благодаря испанскому или индейскому происхождению. У него было острое, угловатое лицо с выступающими скулами, четко выраженной линией подбородка и заостренным подбородком с римским носом. Его глаза были зеленовато-серыми, как у волка. Король Волков. Вот что приходило на ум, когда я смотрел в эти свирепые глаза. Я могла представить, как он ведет стаю оборотней против выводка вампиров. В его красоте было что-то дикое и первобытное. Он был одновременно красив и необуздан. Он также выглядел способным, грозным, не из тех, кого легко подчинить девочке-подростку и ее отцу средних лет.

- Он, - сказалa я, кивая головой в сторону Короля Волков.

Эдмонд и Эмили посмотрели в указанном мной направлении, и я понялa, что в тот момент, когда они оба заметили его, в их глазах вспыхнул голод. Но мы были не единственными, кого заинтересовал высокий, хорошо сложенный гот. Там было по меньшей мере полдюжины других мужчин и женщин, которые пялились на него с нескрываемым вожделением. Было бы нелегко заставить такую заметную фигуру исчезнуть так, чтобы нас не увидели все в клубе. Если бы он дал отпор, это было бы еще лучше. Может быть, Эмили и Эдмонда арестовали бы, а я обрела бы свободу.

- Иди и приведи его, - сказал Эдмонд, еще раз легонько потянув меня за поводок. - Приведи его к нам.

Я чуть не забылa. Я должнa былa стать приманкой.