Эмили - Рэт Джеймс Уайт

Член Эдмонда Моргана был полностью эрегирован, сгибаясь под собственным массивным весом. Я абсолютно ожидала увидеть, как Томми трахают этой нелепой третьей конечностью. Но Эдмонд приготовил для своего маленького раба худшую участь.

Дилдо, который он снял со стены, совершенно затмил его собственный нелепый придаток. Он был как минимум три фута длиной[9] и по всей длине был усеян шипами. Я начала кричать.

Смерть Томми была одной из самых ужасных вещей, которые я когда-либо видела. Память о ней преследует меня во сне, как жуткие видения войны, навещающие ветеранов во флешбэках ПТСР. Доктор Морган буквально затрахал Томми до смерти этим шипастым дилдо. Кровь и густое жидкое дерьмо хлынули из разорванной и выпавшей прямой кишки Томми, как из открытой канализационной трубы, пока Эдмонд Морган агрессивно вбивал это средневековое фаллическое оружие в задницу Томми, вкладывая весь свой вес и мускулы в каждый толчок. Томми фонтаном изрыгал поток крови и внутренностей каждый раз, когда дилдо вбивали внутрь, ударяя его внутренние органы, как тараном. Потом Эдмонд вытаскивал шипованный дилдо обратно, вытягивая с ним куски разорванной ректальной и геморроидальной ткани вместе с кишками Томми, брызгая кровью и экскрементами из развороченной прямой кишки, как из пожарного гидранта.

Я закрыла глаза и пыталась заставить разум сбежать, убежать к какому-нибудь счастливому воспоминанию задолго до того, как я встретила Эмили, но таких было слишком мало, и ни одно не было достаточно сильным, чтобы преодолеть злобную вонь фекалий и разорванных органов или ритмичный звук этого массивного дилдо, разрывающего его кишки, как унитаз, который прочищают, или крики Томми, которые не были похожи ни на что, что я когда-либо слышалa.

Его задница выглядела так, будто внутри неe выстрелил дробовик. Ее буквально вывернули наизнанку, разорвали и порвали в клочья. Когда Эдмонд Морган вынул дилдо из задницы Томми, прямая кишка парня все еще была прикреплена, вытащенная из него, как длинный сдутый воздушный шарик, обмазанный кровью и экскрементами.

Меня начало трясти, когда паника и тревога отправили меня в эмоциональный шок, моя реакция "замри" или "беги" выбралa единственный доступный ответ, учитывая невозможность убежать от этого ужаса. Я попыталась успокоиться. Назови три вещи, которые можешь увидеть. Костяная пила, висящая на стене рядом с мачете. Ликование в глазах Эмили, когда она смотрела, как ее отец убивает парня у нее на глазах. Кровь и фекалии, вытекающие из изуродованной прямой кишки Томми, образуют лужу на полу. Я решила отказаться от определения запахов и звуков. В моем непосредственном окружении не было ничего, кроме абсолютного ужаса.

Тело Томми начало биться в конвульсиях, он брыкался на залитом кровью полу, как будто его било током. Его зрачки расширились до размеров стеклянных шариков и застыли на месте. Но рот оставался широко открытым, все еще пытаясь кричать, хотя голосовые связки больше не слушались его. Мистер Морган, радостно улыбаясь, наблюдал, как Томми дергается в конвульсиях. Он повернулся и встретился взглядом с Эмили. Они обменялись улыбками, потом он потянулся к ней.

Эмили подошла и встала рядом с ним. Эдмонд положил руку ей на плечо, а она обняла его за талию и прислонила голову к груди отца. Они вместе наблюдали за смертью Томми, как влюбленная пара, любующаяся романтическим восходом солнца.

Когда я заметила, что Эмили держит огромный член отца в другой руке, яростно мастурбируя ему, и что рука мистера Моргана под ее юбкой, меня это ничуть не удивило. Когда мистер Морган кончил на мертвое лицо Томми, потом повернулся и схватил мачете со стены и начал рубить горло Томми, пытаясь отделить голову парня от плеч, это меня тоже не удивило. Эмили, получавшая удовольствие от собственной руки, яростно теребившая свой клитор до оргазма с криками и проклятиями, пока кровь брызгала ей на лицо и обнаженную грудь, меня тоже не удивила. Это было вполне в стиле той Эмили, которую я знала. Голова Томми, наконец, слетела с плеч и упала на пол, катаясь по собственной крови и испражнениям, прежде чем остановиться у подножия моей клетки, все еще с широко открытым ртом, застывший от ужаса, продолжающий кричать даже после смерти, тоже не очень удивилa меня. Что меня удивило, так это осознание, что крики, которые я приписывала обезглавленной голове Томми, на самом деле исходили от меня.

Я наблюдалa, как они расчленяли труп Томми, используя костную пилу, чтобы отделить конечности парня от туловища, разъединяя их по суставам и оставляя лежать кучей на полу. Его расчленение было связано не столько с тем, чтобы избавиться от тела, сколько с тем, чтобы доставить удовольствие Морганам. Они обнялись, страстно целуясь, с лицами, которые были капающими масками крови, потом пошли обратно наверх, не удостоив меня даже взглядом, оставив меня одну с расчлененным трупом Томми, сваленным как попало на полу, как мрачная игра в дженгу. Предположительно, они пошли принять душ, и, возможно, потрахаться.

Через мгновения после того, как они покинули подвал, коренастый мексиканец средних лет по имени Мигель спустился вниз и начал запихивать части тела в красные пластиковые мешки, напевая себе под нос, пока работал, равнодушный к ужасу, в котором участвовал. Продолжая напевать, он приподнял голову Томми и положил ее в мешoк. Я узнал мелодию - это была "Living La Vida Loca"[10]. Когда все части тела были упакованы в мешки, он всосал всю кровь и экскременты промышленным пылесосом, потом вымыл подвал аммиаком и моющим средством, сливая смесь мыльной воды и крови в сток в центре пола подвала. За все время, пока он убирал место убийства Томми, этот человек ни разу не взглянул на меня, ни разу.

* * *

- Где находится этот дом убийств? - спросил детектив Байрон. - Мы проверили каждый угол дома доктора Моргана и не нашли пыточного подвалa или чего-то подобного.

- Тогда вы недостаточно хорошо искали. Вы вообще спускались в подвал?

- Там не было никакого подвала, - сказал детектив Сирс.

- Это невозможно. Не может быть. Я была в том подвале несколько месяцев.

- Месяцев? В той клетке, где ты не могла сидеть или лежать? - спросил Сирс.

- Нет. Конечно, нет. Они выпустили меня из клетки в ту же ночь.

- Что они с тобой сделали? - спросил Байрон.

Я пожала плечами.

- Они меня искупали.

- Они тебя