Адский город - Джек Хэмлин

это уже о многом говорило. Он был одет так же, как и мы: в камуфляжные штаны BDU, пустынные ботинки и тактический жилет, укомплектованный запасными магазинами для M4, осколочными, зажигательными и дымовыми гранатами - всем необходимым, но в двух ножнах на спине у него висели два обоюдоострых мачете. Ему достаточно было протянуть обе руки назад, ухватиться за рукояти и вытащить их - и у него появлялась серьезная убийственная сила, готовая к применению. И не заблуждайтесь, ему нравилось их использовать. У него были длинные, тонкие, свисающие усы, доходившие до линии подбородка, небольшая острая бородка, а голова была лысой и блестящей, за исключением воинской косички, которую он носил. Этот облик в сочетании с его азиатскими корнями делал его похожим на крутого парня из фильма о кунг-фу.

Он посмотрел на меня глазами, похожими на черное стекло. - Конфуций говорит: когда зомби взрываются, мудрецы склоняют головы в знак благодарности. - Он рассмеялся, издавая низкий, похожий на рычание звук.

По мере того как зомби наступали, я сам начал нервничать. Мне хотелось вырваться наружу и устроить настоящую бойню. Потребность убивать, уничтожать наши цели была заложена в нас, и когда ее не удовлетворяли, у меня в животе возникало какое-то чувство голода. Я был похож на голодающего человека, которому отказывают в еде.

Док Филгуд мысленно подсчитывал, сколько там голов. - У нас сорок три пожирателя червей, - сказал он. - Этого должно хватить.

Смитти дрожал от возбуждения. Пот струился по его лицу. Ему не терпелось нажать на детонатор. В тот момент это было для него всем миром, и пока он этого не сделал, он чувствовал себя так, будто его лишают нарастающего оргазма. Он то и дело скрежетал зубами и облизывал соль с губ. У него там было достаточно C-4, чтобы снести целый дом, и он хотел поскорее покончить с этим.

- Ладно, - сказал Док, - всем пригнуться. Смитти... делай свое дело.

Смитти поднял детонатор и нажал на кнопку запуска.

Было несколько миллисекунд, когда ничего не происходило - а потом БУМ! БУМ! БУМ! C-4 взорвался. Конечно, никто из нас не пригнулся. Мы все хотели это увидеть - и увидели. Взрыв ослепил нас, шум был похож на раскатистый гром, а для зомби, находившихся там, это было словно сидеть на жерле действующего вулкана. Они испарились в громовом извержении силы, пламени и летящих обломков. Мы находились в некотором отдалении от них, но это нас не защитило. Как говорится, что поднимается, то и падает.

И оно упало, вот так.

Кровь, кровавая каша и пылающие внутренности падали с неба и сыпались дождем на улицу, а нас засыпало всем этим. Это длилось всего несколько секунд, но когда все закончилось, мы были заняты тем, что вытирали кровь с лиц и снимали кусочки ткани с нашего снаряжения и одежды. Смитти нашел глазное яблоко в своих волосах. Зулу чуть не сбило с ног отрубленной рукой. Вокруг нас валялись ноги, ступни и руки, а менее чем в двух футах от меня лежал пылающий череп. Скейлз ругался, снимая с себя тлеющие внутренности, а Док Филгуд с помощью пинцета из своей медицинской сумки извлекал из рук Мад Майка осколки, которые, как оказалось, были человеческими зубами.

Это была незабываемая картина.

Смитти не мог перестать хихикать, а по его лицу стекали красные полосы, словно слезы. Литл Ган и Биг Берд были заняты тем, что очищали друг друга от обломков, как обезьяны, вычесывающие друг у друга вшей. В этом было что-то и смешное, и тревожное.

Я залез в карман жилета за сигаретой и вытащил пожелтевший человеческий палец. Я отбросил его в сторону.

Зулу что-то выплевывала. - Оно даже попало мне в гребаный рот, - сказала она.

Монгол улыбался, глядя на все это. - Конфуций говорит: апрельские дожди приносят майские цветы, - сказал он нам. Он подбросил мне руку. - Какой звук издает одна хлопающая ладонь?

Я поймал ее и был потрясен, увидев, что это была женская рука, на которой все еще сидело обручальное кольцо. Мне это показалось уморительным. Готов поспорить, что когда его жена надевала кольцо на ее длинный палец, он и представить себе не мог, где оно в итоге окажется.

Однажды Скейлз сказал мне: - Какое-то время там было, блядь, как во Вьетнаме или что-то в этом роде. На нас набрасывались маленькие дети, дети из "Омеги, - с привязанными к телу бомбами. До твоего прихода с нами был один парень по имени Рэйф - лучше не начинай про него,

я однажды видел, как он трахал труп - самое смешное, что я когда-либо видел, - и его разнесло на куски одним из тех ребят. Я был недалеко от него, и когда пришел в себя, увидел, что куски Рэйфа разлетелись повсюду. Мои волосы были красными от его крови. Трудно поверить, что в человеке может быть столько крови. И вот, в следующий раз, когда мы наткнулись на девчонку - живую, я имею в виду, - Монгол схватил ее и сказал, что сдерет с нее шкуру. Говорит, он знает, как выдубить шкуру, любую шкуру, превратив ее в самую мягкую кожу, только не помнит, где этому научился. Так что он привязал девчонку и начал сдирать с нее кожу... и, черт возьми, как же она кричала. Док подошел. - Какого черта ты делаешь? - спрашивает он. Монгол отвечает: - Я снимаю с нее шкуру. - А Док говорит: - Ну, тогда возьми мой нож, он острее.

Мы смеялись над этой историей.

Трудно поверить, но мы действительно смеялись. Для нас это была чистая комедия. Время от времени, когда я слышал что-то подобное, что-то внутри меня на секунду замирало, словно говоря: - Чувак, это не смешно, это извращение, - но потом я все равно смеялся.

В нормальном, здравомыслящем мире нас бы обвинили в военных преступлениях и повесили за то, что мы натворили.

Но наш мир едва ли был нормальным, а мы - уж точно нет. Доктор Криппс был доктором Франкенштейном, а мы - его монстрами, выпущенными на свободу, чтобы опустошать мир. И мы его опустошали. Мы уничтожали не только зомби, но и все, что попадалось нам на глаза. Иногда мы подвешивали людей и сидели, наблюдая, как зомби разрывают их на части. Мы сбрасывали людей с крыш, делали ставки на ширину кровавых брызг, а