Дитя охоты - Кристофер Голден
— Ты ничего не слышишь? — спросил Оз.
Ангел прислушался и уже готов был ответить отрицательно, когда тьму прорезал вой. Ангел попытался определить, откуда он донесся, но вой отдавался эхом со всех сторон, отражаясь от деревьев, от самой ночи.
Потом вой сменился рычанием и лаем, тоже доносившимися со всех сторон. Второй раз за несколько минут они оказались в окружении — на этот раз шестерых черных гончих псов, у которых глаза горели огнем. Дым поднимался из жадно дышащих пастей с каждым глубоким горловым рыком.
— Их слишком много, — заворчал Оз.
Ангел напрягся:
— Придется убивать их быстро.
Гончие прыгнули одновременно, щелкая челюстями и выдыхая пламя.
— Если их можно... — начал Оз.
Остального Ангел не слышал — псы обрушились на них. Он бросился вперед и изо всех сил ударил одного ногой. Тварь захлебнулась собственным воем, отлетела назад и покатилась между деревьев.
— Их можно ранить! — крикнул Ангел, перекрывая рычание, хотя не знал, слышит ли его Оз.
На его левой руке сомкнулись мощные челюсти. Его уже до того потрепали, все тело было изранено в стычках с темными эльфами. Но это было другое. Ангел вскрикнул от боли и успел повернуться вовремя, чтобы увидеть прыгнувшего на него третьего пса. Он схватил его за глотку в прыжке и, зарычав от ярости и боли, придушил пса и ударил его с размаху о дерево. Наградой ему послужил хруст костей.
Он схватил за морду пса, который вцепился в его руку мертвой хваткой. Потянул, пытаясь оторвать, — боль была невыносимая. Зубы скребли по кости. Не выходило.
Слышно было, как рычит Оз. Ангел повернулся и увидел, что тот стал волком еще больше и как раз сейчас когтями выпускает кишки черному псу. Из брюха зверя полыхало пламя.
Теперь он знал, что этих тварей можно убить.
Подняв зверя на той руке, в которую он вцепился, Ангел придушил его свободной рукой, глубоко вдавив пальцы в горло. Хватка ослабла, но не до конца. Ангел оскалил клыки, шипя от боли, и дал волю сидящему в нем вампиру, который нагнул голову и погрузил клыки в шею пса.
Адский пес выпустил руку. Ангел ударил его о колено, ломая спину.
Не успел он расправиться с этим, как другой вцепился ему в ногу. Не теряя времени, Ангел схватил его двумя руками, разрывая пасть. Тут же на него бросился еще один.
— Оз, можешь помочь? — прохрипел он.
Оз только зарычал. Ангел обернулся и увидел, что вервольф и сам сражается с двумя огромными псами. Два сваленных, четверо действующих, и Ангел понял, что защищающаяся команда быстро теряет территорию. Он отбросил одного из псов, но второй высоко прыгнул, метя в горло. Ангел повернулся, теряя равновесие, и упал.
Псы тут же навалились на него. Зубы прокусили куртку, и он, вырвавшись, оставил в пасти пса кусок собственного тела.
— Пошел вон! — рявкнул Ангел, отбрасывая одного.
Тот вернулся слишком быстро. Ангел про себя выругался — дела шли не лучшим образом.
Он видел пылающие глаза псов, ощущал огонь их дыхания, опаляющий волосы и брови. Надо было что- то придумать, и быстро.
Но вдруг, без всякого предупреждения, на псов полились потоки воды и они взвыли от боли. Брызги попали на лицо Ангела, и он понял, что это святая вода. Она жгла не хуже кислоты.
Гончие спасались бегством. Оз, окровавленный, но немного похожий на человека, пытался подняться на колени. Зажав пальмами растерзанную руку, чтобы быстрее зажила, Ангел посмотрел в сторону темных деревьев и вскинул брови.
— Ну, Баффи, — сказал он, — ты в самом деле умеешь появляться эффектно.
— Прошу прощения, — с достоинством произнесла Корделия, выходя из темноты. — Я одеваюсь куда лучше, чем она.
Баффи взяла след темных эльфов через несколько минут после их бегства. Все тело болело и кое-где кровоточило от поверхностных ран, нанесенных этими мерзкими тварями. Обидно, что они с Ангелом и Озом потеряли друг друга. В конце концов, Ангел может за себя постоять. Но если с Озом что-нибудь случится, Ива ее убьет и будет права.
Но он, кажется, в этом лесу обрел способность пользоваться обостренными чувствами ликантропа, так что Баффи оставалось двигаться вперед и надеяться, что они вновь сойдутся на тропе темных эльфов.
Пробираясь сквозь лес и чувствуя тупую боль от ран, она думала об опасности, которую представляли гобой эльфы. У нее нет оружия, а ей наверняка придется встретиться с этими злобными тварями или с Охотниками и Лесным Царем. Баффи смотрела на вещи реально — шансы у нее мизерные.
Оглядевшись, она заметила толстую ветку. Сбив мелкие сучья, она отломила от ветви несколько футов. Теперь у нее в руке была толстая пятифутовая дубина. Может работать и как копье, и как боевой шест, если понадобится. Не слишком мощное оружие, но в ее руках может натворить много.
След, оставленный темными эльфами, стал расходиться в разные стороны. Как-будто их стало больше. Он изменился, но другого не было. Честно говоря, она уже начала терять надежду, когда услышала впереди шуршание.
Она ускорила шаг, держа дубину наготове. Темнота среди деревьев лежала густо, будто ее нанесли на воздух, как краску. Прищурившись, Баффи всматривалась вперед, пытаясь разглядеть, что там шуршит.
Вдруг землю потряс стук копыт. Баффи повернула дубину обломанным концом вперед, держа ее как копье, и стала ждать Дикую Охоту. Из тьмы появилось лицо — Охотник, сидящий на небольшой лошади. Лицо свирепое и мало похожее на человеческое. Оно отодвинулось назад, Баффи занесла копье.
И застыла, глядя в изумлении.
Это была не Дикая Охота, а странное создание — не лошадь и не всадник, а единое существо. «Кентавр?» — подумала Баффи. Полулошадь-получеловек. Оно встало на дыбы и ударило ее передними ногами. Тяжелое копыто попало ей по плечу, и Баффи свалилась на землю.
— Тебе не получить моей шкуры, Охотник! — высоким злобным голосом произнес кентавр, и в этом голосе была угроза.
— Стой! — крикнула Баффи, поднимая руку. — Я не из них! Я не из Охоты!
Снова вставший на дыбы кентавр опустил копыта, и Баффи смогла рассмотреть его как следует. Да, это лошадь. Но с человеческим торсом, с руками и головой. Он одной рукой почесал голову, и Баффи чуть не рассмеялась — так обыденно это выглядело.
— Нет, ты вроде не из них, — сказал кентавр сам себе. — Тогда кто же ты такая?
— Просто