Иоганн Кабал: Общество Страха - Джонатан Л. Ховард

В РАМКАХ КОТОРОЙ, ХОТЯ И НЕНАДОЛГО, ПОСЕЩАЮТСЯ СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ

Претензии Шадраха, Корде и Бозе также не были необоснованными. Деньги были запрошены, и они были получены. Они добрались поездом до крупного порта, а там пересек Атлантику. Корде предложил им отправиться на воздушном корабле, но Иоганн Кабал скорчил гримасу, сказав, что значение авиаперелетов сильно переоценивается и что он предпочел бы отправиться на надводном корабле. Таким образом, через сорок восемь часов после их первой встречи с Кабалом группа пересекла океан, чтобы прибыть в Нью-Йорк через восемь дней.

- Оттуда мы сядем на поезд Нью-Хейвенской железной дороги до Бостона, а оттуда... - Боуз несколько мгновений сверялся с расписанием поездов, потом отложил его на столик в холле в пользу другого, прежде чем вернуться к первому. - ... а оттуда короткая поездка, тоже на поезде, до станции Аркхэм, которая находится в, э-э... - он внимательно прочитал мелкий шрифт, - в Аркхэме.

Шадрах и Корд глубокомысленно кивнули, услышав это сообщение. Кабал, со своей стороны, покинул свою каюту только от скуки и теперь считал это безумием. Путешествие до сих пор было без происшествий и тщательно спланировано. Будучи убежденным сторонником хотя бы некоторой подготовки, Кабал уже давно осознал полезность и частую необходимость импровизации. Однако, как только человек выходит за рамки этого, он фактически сковывает себя, делая уязвимым и подверженным тому, что он станет нулем, а этого бы ему не хотелось. Все планы на случай непредвиденных обстоятельств были хороши, но они направлялись в очень инкогнито что-то вроде терры; все это казалось просто напрасной тратой сил.

Однако, когда Кабал прокомментировал это в том же духе, Шадрах сказал: ‘Мы должны ожидать неожиданного’, прежде чем изложить остальным свой план борьбы с пиратами верхом на слонах на ходулях. Так получилось, что это был хороший план, но, с другой стороны, такими же были планы по борьбе с гигантскими утконосами и бегониями-убийцами. Кабал задавался вопросом, не просматривают ли они просто словарь и разрабатывают процедуры для работы с каждым существительным, которое им попадается на глаза. Его это почти не волновало, поскольку он запоздало понял, что чем больше они планировали, тем меньше ему приходилось с ними разговаривать.

Он также понял, хотя и держал это при себе, что Анимус путешествовал вместе с ними. Эти люди были напуганы, поэтому они планировали самые глупые варианты развития событий просто потому, что это занимало их. Они отказывали себе в паузе для размышлений, потому что страх рождается в моменты тишины.

У Кабала также было небольшое опасение: что восемь дней их бреда сведут его с ума. Он сожалел о том, что был настолько эффективен в своей подготовке, что это почти не отвлекало его. У него были копии двух очень приблизительных карт и записная книжка, заполненная дистиллированной мудростью любого количества поэтов, усиленных опиумом, в отношении полезных знаний о Сказочных странах. Это была очень тонкая записная книжка.

Он просматривал его, когда остальные, наконец, согласовали план на случай нападения "мягкой мебели", и Корд спросил:

- Что это было за существо, о котором вы говорили на днях, Кабал? Тот самый гог, не так ли?

- Гуг, - ответил Кабал, не поднимая глаз. - Это называется гуг.

- Ну, я просто подумал, джентльмены, - сказал Корде, обращаясь к Шадраху и Бозе, - что нам также следует спланировать известные угрозы в Стране Грез. В конце концов, именно такая информация у мистера Кабала под рукой. Остальные согласились, напевая и поглаживая подбородки, что устранение реальных угроз может быть хорошей идеей. Заручившись их согласием, Корд снова повернулся к Кабалу. - Итак, что вы можете рассказать нам об этом парне, гаге?

Кабал просто пролистал свой блокнот, пока не дошел до наброска, и передал его им. Ему понравилась их внезапная бледность и расширившиеся глаза.

- Да, - наконец сказал Шадрах. - Ну ... это выглядит ... приемлемо. -

И все трое начали бормотать о завалах и медвежьих ямах.

Кабал сделал мысленную пометку, что "управляемый", по-видимому, может быть применен как эвфемизм для обозначения мохнатого чудовища со слишком большим количеством предплечий, вертикальной щелью вместо рта, плохой гигиеной зубов и некритичным поклонением темным богам, настолько развратным, что даже другие темные боги не обращали на них внимания на вечеринках темных богов. Он также решил не обременять их знанием того, что ‘гуг’ - это название расы, а не отдельного человека, или указывать на то, что на рисунке не было масштаба, и поэтому их предположение о том, что гуг был размером всего с человека, было глубоко оптимистичным. Он подождет, пока они окончательно разработают свой план, прежде чем вежливо поинтересоваться, как отреагирует гуг, оказавшись по уши в их ловушке, или, более того, как отреагирует любой из его многочисленных друзей.

Восемь дней морского перехода стали более терпимыми по мере того, как членам общество постепенно наскучило их чрезмерное планирование, и они осознали его бесполезность после того, как Кабал сбросил еще несколько бомб на их сессии.

Последней каплей стало, когда Кабал невинно поинтересовался у них:

- Каковы ваши планы относительно кошек?

- Кошки? - переспросил Шадрах.

- Кошки? - эхом повторил Корд. - На нас, вероятно, нападут кошки?

- Я не знаю, - сказал Кабал. - Это скорее зависит от вашего плана.

Бозе, наименее энергичный из троих, когда дело доходило до рассмотрения всех мыслимых обстоятельств, похлопал по картотеке, лежавшей на столе. Он был набит планами, и в каюте Шадраха было еще четыре точно таких же.

- Какого плана? - угрюмо спросил он.

- Твой план насчет кошек.

Шадрах нахмурился. Если бы Иоганн Кабал ранее не продемонстрировал вне всякого разумного сомнения, что он не склонен к легкомыслию, то Шадрах был бы уверен, что над ними смеются. 

- Я правильно вас понял, мистер Кэбэл? Наш план в отношении кошек, который еще не сформулирован, зависит от нашего плана в отношении кошек?

Кабал печально кивнул.

- Возможно.

Шадрах и Корд долго смотрели друг на друга. Затем, с тяжелым сердцем, Корд взял ручку и написал на чистом листе бумаги: ‘Кошки’. Едва он успел подчеркнуть это, как Бозе выхватил его из-под пера и разорвал лист на половинки, затем на четвертинки, затем на восьмерки, прежде чем позволить им упасть на стол. 

- Я собираюсь выпить, - заявил он. - И я не имею в виду чай.

Они смотрели, как он уходит в сторону бара, поэтому не заметили тихой торжествующей улыбки Кабала, прежде чем