Испытание для команды - Студия «Медиа Основа»

Марк думал о том, кто будет читать это через много лет. Мальчишка, такой же, как он сейчас, или даже девчонка. Что им сказать? Что футбол – это интересно? Они и так это знают. Что надо тренироваться? Сами догадаются.

Марк посмотрел на карандаш, потом на лист. И начал писать.

Буквы получались корявые – он никогда не умел красиво писать, учительница в старой школе всегда говорила: «Марк, ты как курица лапой». Но сейчас это было неважно. Важно было, чтобы слова остались.

Он писал медленно, проговаривая про себя каждое слово: «Тому, кто будет это читать. Я не знаю, кем ты станешь, может быть, вообще не футболистом. Но я хочу сказать тебе одну вещь. Когда я ехал сюда, я думал, что самое главное – забивать голы и побеждать. Но потом я понял кое-что другое. Самое главное – уметь в каждом человеке видеть что-то хорошее».

Он перечитал написанное. Буквы и правда были корявые, но слова – правильные. Марк сложил лист пополам, потом ещё раз и ещё, пока он не превратился в плотный квадратик.

– Время, ребята, – объявила Татьяна Викторовна. – Подходите по одному, опускайте свои послания в цилиндр.

Металлический, тяжёлый, с завинчивающейся крышкой цилиндр походил на маленькую подводную лодку. Мальчишки выстроились к нему в очередь.

Гордей подошёл предпоследним. Марк увидел его рисунок – мельком, одним краем глаза. Там был человек. Мужчина в движении, в прыжке. Но до чего тот пытается допрыгнуть, видно не было.

– Марк, твоя очередь, – пригласила Татьяна Викторовна.

Марк подошёл к цилиндру. Заглянул внутрь – там, на дне, уже лежала стопка белых квадратиков. Чьи-то надежды, чьи-то страхи, чьи-то мечты. Он опустил свой, и металл ответил тихим шелестом.

Смотрительница взяла тяжёлую крышку и начала медленно, с усилием закручивать её. Металл скрежетал о металл, все смотрели заворожённо.

– Через много лет, – тихо сказала Татьяна Викторовна, – когда вы станете взрослыми, вас позовут сюда, чтобы открыть вместе с детьми эту капсулу. И вы прочитаете свои письма, вспомните этот день, это будет интересно!

Марк смотрел на цилиндр. Да, он был уверен, что нужно замечать во всех людях хорошее; вот, например, Гордей хорошо рисует. Если думать про хорошее качество Гордея, то его плохие черты будут не так страшны.

Марка вдруг осенило, и он припомнил: это от Гордея по классу полетел рисунок футбольной музы! Это Гордей нарисовал те самые мышцы-мячи!

– Вы сегодня сделали большое дело. – Татьяна Викторовна улыбнулась. – Спасибо большое! А теперь вас ждёт вкусный обед!

Мальчишки загалдели, побежали к выходу. А Марк чуть задержался, обдумывая пришедшую мысль. Кажется, он придумал, как сдружить мальчишек и сплотить команду.

После обеда наконец объявили тренировку на поле!

Марк уже на лестнице почувствовал, что воздух стал другим: свежее и солонее. За окнами сияло солнце – неяркое, осеннее, но настоящее.

– На улицу! – орал Петро, влетая в раздевалку. – Мы идём на улицу, пацаны!

В раздевалке творился хаос. Все суетились, бегали, шуршали формой. Марк пытался сообразить, что надевать.

– Шорты можно, – сказал Никита, вытаскивая из пакета свои. – Но гетры тёплые. На футболку – олимпийку. Там холодно.

– А шапку? – спросил кто-то из младших.

– Если тело мёрзнет, дух слабеет, – мудро заметил Мирон на манер китайского мудреца. Все засмеялись, и он сыграл эту роль ещё раз, теперь уже изменив голос на старческий.

– Тот, кто чувствует холод, пусть наденет шапку. Слабость, признанная вовремя, становится силой.

Несколько мальчишек надели тонкие шапки, несколько – бейсболки. Артём надел тонкую чёрную шапочку, надвинув почти на брови. В ней он стал похож на спецназовца из фильма.

Марк надел шорты и гетры, зашнуровал «шиповки». Поверх футболки накинул олимпийку – мягкую, тёплую, с молнией до самого горла. Он застегнулся и сразу перестал ёжиться.

Ян возился со своими очками – протирал стёкла специальной тряпочкой, хотя они и так блестели. Потом достал из футляра спортивные, с резинкой, и аккуратно сменил одни на другие.

– Обычные запотевают. – Он поправил резинку на затылке. – А эти – нет.

Всегда медленный Никита оделся быстрее всех и теперь сидел на скамейке, завязывая шнурки с таким видом, будто делал хирургическую операцию. Каждый узел он проверял дважды.

Семён молча натянул олимпийку, застегнулся до подбородка и встал у двери. В его разноцветных глазах было спокойное ожидание.

Гордей появился в раздевалке, когда все уже почти собрались. Видимо, оделся в комнате, не захотел одеваться при всех.

– Выходим! – крикнул тренер, и вся орава повалила к двери.

На улице Марк вдохнул полной грудью. Наконец-то!

Воздух был прозрачным и холодным, как вода в роднике. Солнце уже клонилось к закату, но ещё грело – слабо, по-осеннему. Трава на поле была изумрудно-зелёной, чуть влажной, с редкими жёлтыми листьями, которые ветер принёс с деревьев за забором.

Поле! Их встречало настоящее футбольное поле! С разметкой, с воротами, с трибунами вдоль одной стороны. Оно было таким большим, что Марк вдруг почувствовал себя маленьким. Таким маленьким, каким не чувствовал себя даже в первый день в Академии.

– Красота! – выдохнул кто-то сзади.

Марк обернулся. Это сказал Ян. И в его голосе было столько благоговения, что Марк улыбнулся.

– Ага, – сказал он. – Классно!

Иван Иваныч быстрым шагом прошёл вперед и остановился в ожидании. Он был в коротких шортах и в футболке с новой надписью. Марк прищурился, чтобы прочитать. «ЧТОБЫ ПОПАСТЬ ПО МЯЧУ, ДУМАЙ КАК МЯЧ!»

Кто-то засмеялся, кто-то присвистнул. Иван Иваныч довольно улыбнулся и похлопал себя по груди.

– Нравится? Жена подарила. Говорит, мои футболки – отдельный вид искусства.

– А вы не замёрзнете? – спросил его Петро, кутаясь в олимпийку.

Иван Иваныч посмотрел на свои голые руки, на короткие шорты, потом на Петро.

– Я на Севере родился. Это, – он обвёл рукой поле, – настоящий курорт. А ну, построились!

Все мгновенно выстроились в шеренгу. Марк встал на своё десятое место. Краем глаза он видел Гордея – тот стоял с краю, сосредоточенно глядя перед собой. Марк решил, что поговорит с ним, как только представится возможность.

– Сегодня, – начал Иван Иваныч, – у нас особый день. Во-первых, мы наконец-то на воздухе. Во-вторых, мы будем делать то, ради чего вы все сюда приехали.

Он остановился и улыбнулся.

– Мы будем играть в футбол!

По строю прокатился крик «Ура!». Кто-то не сдержал радостного выдоха. Петро дёрнулся, как будто его током ударило. Артём расправил плечи.