Первый турнир - Студия «Медиа Основа»
Все побежали аккуратнее.
Марк бежал и наблюдал. Колонна жила своей жизнью – то растягивалась, как резинка, когда кто-то впереди прибавлял, то сжималась на поворотах. Некоторые бежали с усердием, другие двигались лениво: руки у них болтались плетьми по швам. Марк не хотел выглядеть так. Он бежал сосредоточенно, как будто от этого бега зависело что-то важное, контролировал дыхание и держал руки согнутыми в локтях, как видел у спортсменов по телевизору.
Тренер Иван Иваныч стоял у стены и внимательно, без улыбки, следил за бегущими. Его взгляд был быстрым и цепким.
Потом, пока ребята наматывали круги, он порылся в большом мешке с инвентарём и начал расставлять по залу цветные фишки-конусы для упражнений.
И снова свисток, громкий и острый.
– Шагом! – крикнул тренер, потом разрешил: – Можно попить.
Все вернулись к лавочкам. У многих волосы взмокли и прилипли ко лбу, кто-то вытирал рукавом футболки пот с лица, один мальчишка, смешно высунув язык, ловил ртом воздух. Марк, у которого тоже сбилось дыхание, увидел, что все пьют из фирменных бутылок. А он свою взять и не подумал!
– Держи! – Никита попил из своей бутылки и протянул её Марку. Подумав о гигиене, он отвинтил крышку с носиком. Марк поблагодарил и с наслаждением глотнул прохладной воды.
Его ноги опять начали слегка подрагивать. Марку казалось, что вот-вот для него начнётся какой-то экзамен. Тренер попросит его сделать что-то очень сложное, тут же поймёт, что Марка пригласили по ошибке, и отправит его домой.
Но ничего страшного не происходило! Все разогрелись, началась разминка, растяжка. Голеностопный сустав, задняя часть бедра, передние мышцы бедра… Разойдясь в шахматном порядке, все наклонялись, тянули ноги.
Никто не собирался экзаменовать и выгонять Марка. Шла обычная, совсем не сложная тренировка. Марк отдышался и успокоился.
– А теперь самостоятельно делимся на пятёрки, – скомандовал Иван Иваныч. В зале началось движение. Артём, будто только и ждал момента, чтобы снова выступить лидером, начал командовать.
– Кто со мной? Марк, Ян, Никитос. – Он выкрикивал имена, не спрашивая, указывал пальцем, точно настоящий капитан, набирающий команду. Его взгляд метнулся по залу, выискивая пятого. – И… ты, Петро!
Петя, тот самый, что утром заглядывал в комнату, вертел головой, наблюдая за голубем в большом окне.
– Ушастый! – окликнул его беззлобно Артём. – Иди к нам!
Долговязый пацан с радостной ухмылкой присоединился к их четвёрке.
Артём подбежал к мешку с формой и, как заправский завхоз, вытащил оттуда стопку жилеток ярко-красного цвета.
– Надеваем, – бросил он своим. Марк натянул через голову тонкую красную ткань. Она свежо пахла стиральным порошком.
Вокруг другие сформированные пятёрки уже хватали свои жилетки – жёлтые, зелёные, синие. Зал запестрел, как радуга. Общая толпа в зелёных футболках превратилась в пять отдельных, цветных команд. Каждая команда должна была занять свой сектор зала и по свистку перейти на следующее упражнение.
Тренер быстренько пробежался и показал, как выполнять каждое из пяти: «змейку», где нужно провести мяч вокруг фишек двумя ногами; «змейку», где мяч ведётся только одной ногой; упражнение без мяча, где нужно перепрыгивать фишку и обводить её ногой; подскоки на месте с касанием ногой мяча и ведение мяча просто вокруг себя.
Марк смотрел заворожённо. Движения тренера были такими отточенными и быстрыми, будто тому в мозг встроили компьютер, а ноги слушались без малейшей задержки. Мяч буквально прилипал к ноге Ивана Иваныча, тот даже не смотрел вниз, чувствуя мяч каким-то особым чутьём. Восхищение росло где-то глубоко внутри Марка, смешиваясь с лёгкой завистью. Вот так нужно. Вот так Марк однажды научится!
Команды разошлись и начали упражнения.
Красная команда, достав мячи из сетки, повела их друг за другом по «змейке». Пара минут – свисток, перемещение по часовой стрелке на новое упражнение. Марк стал получать от движения удовольствие – всё получалось легко и просто! Он забыл и про дождь, и про уныние, и про страх.
Но тут он услышал, что тренер ходит по залу и раздаёт замечания.
То подойдёт к кому-нибудь сзади и начнёт подгонять: «На ускорение! Давай, давай!» или «Еле-еле! Быстрее!» То постучит ладонью мальчишке по голени: «Ноги должны быть полусогнуты!» То посмеётся над кем-то: «Чего крадёшься? Как мышь!» Тренер за всеми следил, за каждым.
Марк собрался, сосредоточился на своём мяче у ноги. Мяч был белый с синими и чёрными прожилками, красивый. Марк постарался почувствовать его как продолжение тела, подружиться с ним, даже договориться. И в целом все упражнения ему удалось выполнить хорошо. Ему тренер так никакого замечания и не сделал. Марк этому очень порадовался.
А вот в целом у их команды всё прошло не очень…
С каждым новым свистком, с каждой сменой упражнения красная пятёрка начинала всё больше рассыпаться.
Артём пытался всё контролировать. «Ян, ближе к конусу! Петро, не отставай! Никита, ну ты чё как этот, быстрее!» – его указания сыпались, словно град. Он бежал первым, задавая бешеный темп, и оборачивался с таким видом, будто все остальные предательски замерзали на месте. Чем сильнее он наседал, тем больше команда разваливалась.
Никита, в своём ленивом ритме, был невозмутим. Он подходил к каждому упражнению будто к сложной шахматной задаче: оценивал расстояние, планировал точное движение стопы. Его прохождение «змейки» было безупречным, но мучительно медленным. Поставишь его в начало колонны – вся цепочка вставала. Поставишь в конец – он отставал, создавая разрыв.
Ян, казалось, вообще тренировался в параллельной вселенной. Вместо простого ведения мяча вокруг себя он начинал выписывать восьмёрки, пытаясь провести мяч за спиной на подскоке. На упражнении без мяча он не просто перепрыгивал конус, а делал перед этим какое-нибудь эдакое движение или наклон, как в гимнастике, замирая потом в грациозной позе. Это было, конечно, зрелищно, но бесполезно, не про футбол.
А Петро… Петро был везде и нигде. «О, смотри, у синих вообще не получается! – отмечал он, замирая с мячом у ноги и указывая пальцем на соседний сектор. – Ха-ха, мяч Михе по лбу дал!» Потом ему внезапно хотелось пить, и он брёл к бутылкам, хотя только что пил. Потом у Петро чесалась спина, и он тёрся о пластиковые ворота у стены, пропуская свой ход.
Марк, уже как бы чувствуя себя частью этого маленького коллектива, испытывал за них неловкость. Жар стыда разливался по его щекам против воли. Он сам старался изо всех сил: вёл мяч чётко, перепрыгивал ловко, не отвлекался. Но он был всего лишь