Опасный сосед. Спаси мою киску - Татьяна Бэк

Обнимаю непоседу, ерошу её светлые волосы.

— Папа не разрешает заходить в кабинет. Пойдём-ка отсюда, пока нам не влетело!

— А когда папа плидёт?

Ох, хотелось бы и мне знать...

Словно в ответ на мои мысли слышится лязг ворот.

— Юляш, поиграйте с няней в комнате! Можете начать собирать конструктор, который я подарила.

Сестрёнка смотрит на меня пытливо, явно чувствуя моё напряжение, но не спорит и не капризничает.

Из дома вылетаю с такой скоростью, что едва не наворачиваюсь с лестницы, рискуя сломать шею. Но сейчас я просто не в состоянии думать о чём-то, кроме того, кто же приехал.

Когда вижу, как отец — целый и невредимый — вылезает из своего джипа, с радостным визгом бросаюсь ему на шею.

— Ну чего ты, доча?! Всё хорошо! Живой я. Если ты меня не придушишь, конечно.

Я разжимаю объятия и оглядываюсь по сторонам, надеясь увидеть Давида, но батя один.

Сердце пропускает удар и словно покрывается ледяной коркой.

— Где Давид? — произношу чуть слышно, так как звуки застревают в горле, которое словно цепью перетянули.

Руки дрожат, да и всё тело колотится в каких-то конвульсиях, а я ничего не могу с этим поделать, чем больше пытаюсь взять себя в руки, тем сильнее дрожь.

— Жив, он, жив! — с волнением произносит отец, буквально хватая меня за секунду до того, как ноги подкашиваются.

— Жив… — выдыхаю облегчённо, и сердце начинаем биться в привычном ритме. — Когда он приедет?

Отец молчит, смотрит куда-то в сторону с каким-то странным выражением, которого раньше не видела на его обычно непроницаемом лице.

— Он не приедет… Кира, ты же понимаешь, что вы с ним не пара? Рядом с ним тебе всегда будет угрожать опасность… Пусть сейчас мы разобрались с тем заказчиком, но не факт, что не появится другой. Давид это тоже знает, поэтому… Короче, вот!

Это короткое «вот» звучит как приговор. Я понимаю, что больше никогда не увижу Давида.

— Это ты его заставил? Да? — взрываюсь в секунду.

Слабость проходит моментально, поэтому отскакиваю от отца разъярённой кошкой, смотрю на него так, что на другом бы, наверное, дыру прожгла.

— Доча, я хочу для тебя нормальной жизни...

Мне кажется, или в голосе бати проскальзывает какая-то виноватая нотка, но мне плевать, ибо глаза застилает красным, а пульс разгоняется, как спорткар со старта.

— Не смей решать, как мне жить! Может, я впервые почувствовала, каково это, — влюбиться, довериться! Как ты мог? Где он сейчас? Я поеду, поговорю с Давидом! Он мне нужен! А если я ему не нужна, пусть скажет это, глядя мне в лицо!

— Поздно... Он уже улетел в другую страну по поддельному паспорту. Давид умеет заметать следы.

Вот и всё! Та сказка, которую сама себе придумала, закончилась, так и не начавшись, рассыпалась на миллион осколков, столкнувшись с безжалостной реальностью.

Клубы, рестораны, спа, фитнес, — всё, к чему привыкла — не приносит никакого удовольствия, словно жизнь потеряла вкус. Всё кажется пресным, пустым. Это лишь дешёвая мишура, которой пытаются создать ощущение праздника; блестящий фантик, внутри которого отнюдь не конфетка.

Уже третий день безвылазно сижу дома, пустив корни в диван. Верная Матильда недовольно трогает меня лапой, словно проверяя, жива ли я ещё.

И что теперь делать? Вернуться на работу, где я навечно останусь взбалмошной Барби? Найти парня среди кого-нибудь из золотой молодёжи, зная, что эти отношения заведомо обречено на провал?

Телефон вибрирует вновь. Кошусь на экран — очередной вызов от бати. У меня нет никакого желания с ним общаться, хоть уже соскучилась по нему и Юльке. Но то, что он лишил меня человека, в которого я по-настоящему влюбилась... такое сложно простить.

Пусть бы у нас с Давидом ничего и не вышло, но я бы знала, что, по крайней мере, попробовала. В памяти всплывает мой сосед, которому я так нелепо, но своевременно свалилась на голову.

Всего пару дней я провела с этим мужчиной, но они были ярче, важнее, ценнее, чем годы пустой прожигаемой жизни.

Даже не знаю, что происходит со мной, — ощущение, что во мне просто переключили тумблер. Я даже не успела отдать телу приказ, а уже оказалась на ногах.

Матильда недоумённо мявкает, явно не ожидая от меня такой прыти.

— Собирайся, мы уезжаем! — заявляю кошке с улыбкой.

Уже через час я мчусь в своём авто, чувствуя странное притяжение. Такое ощущение, что ко мне привязана верёвка и кто-то тянет меня за её. И я знаю, куда меня так влечёт...

Деревенский коттедж кажется уже почти родным. И чего я нос воротила? Два этажа, свет, газ, вода и банька во дворе, — о таком многие могут только мечтать. И главное — здесь есть интернет, значит, наконец-то смогу работать по профессии, недаром я в своё время отучилась на маркетолога и продвиженца и даже работала с несколькими торговыми марками. Зарплата точно побольше будет, чем у крановщицы, хоть и буду скучать по стройке.

А участок, заросший бурьяном, можно привести в нормальный вид, было бы желание. Вот здесь заделаю газон, поставлю шезлонги, там — будет розарий, а вдоль забора насажаю можжевельник и буду желать домашний джин! У меня руки растут из нужного места, вот пора их применить к делу и доказать самой себе и окружающему миру, что могу всё! Так почему бы не начать с благоустройства этого места?

В этот момент слышу скрип двери, — кажется, неугомонная Матильда опять решила отправиться на разведку. Не хватало ещё, чтобы какой-нибудь деревенский котяра снасильничал мою красавицу. Хотя зная характер моей кошки, которая вся в хозяйку, — она сама кому угодно напихает. Но всё же лучше отловить британку, возомнившую себя не иначе как львицей.

— Матильда, где тебя носит? Кис-кис-кис? — чуть ли не кричу на всю деревню, но вовремя вспоминаю, что имя моей кошки рождает в мужских умах пошлые ассоциации.

Такими темпами не питомице, а мне грозит повышенное внимание самцов, поэтому перехожу на шёпот. Куда эту пушистую жопу унесло? Неужели опять сбежала в лес?

— Матильда, тудыть-растудыть, лишу мягкого корма! — прибегаю к последнему аргументу.

Услышав угрозу, Матильда недовольно мяукает откуда-то со стороны участка, на котором когда-то встретила Давида. Точнее — свалилась ему на голову. Сердце болезненно сжимается при воспоминании о мужчине, но я не позволяю себе вновь погрузиться в звериную тоску. Нужно учиться быть благодарной за то, что было, ведь у меня были самые счастливые два дня, когда чувствовала себя по-настоящему живой.

Вспоминая