Диагноз измена. Кардиолог для предателя - Марта Ли

Вот здесь сын прав.

В отделении воскресенье ощущается только по тишине возле кабинетов. Пациентов меньше не становится.

Роза Павловна сидит на посту и раскладывает лекарства.

— А вы зачем пришли?

— По любви к работе.

— Врите кому-нибудь другому.

— Документы забрать.

— Они у вас на столе.

Из четвёртой палаты выходит Лев.

— Агния Борисовна, хорошо, что вы пришли.

Роза Павловна даже не поднимает головы.

— Всё. Пропал выходной.

— Что случилось?

— Ничего срочного. У Елены Петровны опять давление скачет, а она уверяет, что таблетки пьёт.

— Я пью! — раздаётся из палаты.

Лев заглядывает внутрь.

— Я вас не спрашивал.

— Всё равно пью!

Я снимаю куртку.

Роза Павловна качает головой.

— Я же сказала.

Через полчаса выясняется, что Елена Петровна действительно пьёт таблетки.

Только не те.

Соседка по даче посоветовала «более современные», а назначенные нами она аккуратно сложила в тумбочку.

— Но те же от давления, — объясняет пациентка.

— Название?

Она говорит.

Я смотрю на Льва.

Он смотрит на меня.

— Елена Петровна, — начинаю я, — а давайте в следующий раз соседка будет выращивать кабачки, а лекарства всё-таки назначим мы.

— Она медсестрой работала.

— Когда?

— До девяносто восьмого.

Лев отворачивается к карте.

После палаты я всё-таки дохожу до ординаторской.

Серафима сидит за компьютером.

— Ты выходная.

— Уже нет.

— Я вижу.

Место Мирославы пустое.

Я невольно смотрю на него.

Последние месяцы у неё всё сложно.

После того сообщения она в тот вечер действительно поехала домой к Павлу.

На следующий день пришла на работу с тем же лицом, с каким обычно сообщает родственникам неприятные новости.

Сказала только:

— Всё правда.

Больше мы не спрашивали, пока она сама не захотела говорить.

Сейчас они с Павлом живут отдельно.

Что будет дальше, Мира не знает.

Я тоже не знаю.

И не пытаюсь решать за неё.

Серафима закрывает историю болезни.

— Она сегодня звонила.

— Кто?

— Мира.

— Что случилось?

— Ева опять жалуется на слабость.

Ева — младшая сестра Мирославы. Два месяца назад родила девочку и с тех пор на все вопросы отвечает одинаково: «Я просто не высыпаюсь».

— После родов у всех слабость, — говорю я.

— Мира тоже так думала. Теперь говорит, что одышка усилилась.

Я сразу перестаю собирать бумаги.

— Она её смотрела?

— Собирается сегодня.

Телефон у меня звонит.

На экране — Мирослава.

— Ну вот, — говорит Серафима. — Лёгкая на помине.

Я отвечаю.

— Да?

Вместо приветствия Мира спрашивает:

— Ты в больнице?

— Да.

— Хорошо. Я сейчас приеду.

— С Евой?

— С Евой.

По голосу понимаю: произошло что-то ещё.

— Что случилось?

Слышно, как хлопает дверь машины.

— Вчера Ева потеряла сознание в ванной и никому не сказала. Олег проговорился только сегодня, — сообщает Мирослава. По голосу слышно, что она уже в машине.

— Скорую вызывали? — спрашиваю я, одновременно снимая куртку, которую только успела надеть. — Нет. Давление низкое, пульс частый, отёки стали сильнее. Я везу её к вам сама.

Серафима без разговоров возвращает халат на плечи. Я успеваю только сказать Мирославе, чтобы не тянула и сразу поднималась в отделение.

Минут через двадцать двери распахиваются. Мира идёт первой, непривычно молчаливая, а рядом с ней — Ева. После родов прошло всего два месяца. Она бледная, двигается медленно и на повороте придерживается ладонью за стену.

— Девочки, посмотрите её, — говорит Мирослава. — Мне совсем не нравится, как она дышит.

Мы подходим одновременно. Ещё недавно главной бедой Мирославы было сообщение с незнакомого номера; теперь она следит за сестрой тем внимательным врачебным взглядом, который появляется только тогда, когда замечаешь действительно опасные признаки.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ИСТОРИИ.

Дорогие читатели!

История Агнии закончилась, но мы ещё не прощаемся с кардиологией и её героинями.

Во второй книге вас ждёт история Мирославы Тихоновой — той самой острой на язык подруги, которая всегда знает, что сказать другим. Но что она сделает, когда предательство ворвётся уже в её собственную семью?

Муж изменял ей полгода. Но хуже оказалось другое: своей любовнице он рассказывал то, что Мирослава считала только их общей болью. Самые личные подробности. То, что не знали даже близкие.

А в тот момент, когда её собственный брак начинает рушиться, серьёзные проблемы с сердцем возникают у беременной сестры.