Опасный сосед. Спаси мою киску - Татьяна Бэк

Пусть избранник смеётся порой над моим выбором профессии, но, надеюсь, со временем он поймёт, почему поступила именно так, — ведь порой просто необходимо почувствовать себя нужной, важной, полезной; стать кем-то помимо красивой пустышки.

Все эти мысли проносятся в голове, пока мчу к Максу, желая устроить ему подарок и отпросившись раньше времени со смены. Пусть мужики и делают вид, что недовольны моим присутствием на стройке, но стоит поднять невинный взгляд, начать накручивать белокурый локон и чуть облизнуть губы, — тут же становятся шёлковыми, хоть верёвки вей.

Я уже успела заскочить в салон красоты, где меня отмыли, помассировали и расчесали так, что теперь ощущаю себя Мисс Вселенная. Кто знает, вдруг именно сегодня Макс решит сделать мне предложение?

Не то чтобы я прям рвалась за него замуж, но очень уж хотелось доказать отцу, что я уже взрослая девочка. И пускай мой избранник был типичным представителем лоботряствующей золотой молодёжи, но всё же подавал хоть какие-то надежды, играясь с бизнесом, который ему подарили родители.

Моя розовая машинка поднимает стаю наглых жирных голубей, когда на полной скорости влетаю во двор элитного дома, в котором располагалась квартира избранника. Он утверждал, что будет занят до позднего вечера, и предложил отметить нашу микрогодовщину в ресторане, но я решила устроить ему сюрприз с романтичным ужином, шампанским и ванной с лепестками роз. Не зря же сделала себе тайком комплект ключей, готовясь к этому дню.

Сжимая в руках пакет с коллекционным вином и изысканными закусками, открываю дверь и проникаю внутрь, не в силах сдержать улыбки. Интересно, как отреагирует Макс, когда обнаружит меня в своей квартире? Испугается? Будет ругаться? Сомневаюсь, — ведь как можно обижаться на девушку в алом кружевном белье, чулках с подвязками и прозрачных туфельках на шпильке? Любой мужчина сразу начнёт думать нижней головой!

Но стоит мне войти в коридор, как чуть не поскальзываюсь на какой-то тряпке, с трудом поймав равновесие. Опять мой не слишком аккуратный парень раскидал свои вещи? Наклоняюсь и поднимаю с пола нечто подозрительно знакомое…

Это же лифчик, да ещё и такой же, как я купила для сегодняшнего свидания, — правда, на пару размеров больше. Именно такой приобрела вместе со мной подруга Наташка, сообщив, что тоже хочет сделать сюрприз очередному своему хахалю.

Хм… Совпадение? Не думаю! Будто в подтверждение из спальни вдруг доносятся странные повизгивания, писки и стоны, словно в ней сношаются бабуины. Вот сейчас и посмотрю, что за приматы здесь резвятся.

Кира

В очередной раз радуюсь, что лихие девяностые остались где-то далеко позади, — вместо бейсбольной биты, которую отец называет не иначе как "моя спасительница", в коридоре у Макса лежит элегантная клюшка для гольфа. С тех пор как напротив поселился какой-то быдловатый амбал, мой хлипкий избранник без клюшки из квартиры выйти боится.

Взвешиваю в руках палку-махалку и думаю, можно ли ей проломить голову. Вот совсем не хотелось бы. Во-первых, за этого неверного бабуина дадут как за нормального человека. Во-вторых, мне в тюрьму никак нельзя, — у меня Матильда дома, некормленая, неглаженая.

Медленно крадусь в спальню, стараясь не шуметь, но звуки звериной страсти такие, что меня никто не услышит, хоть я на танке вкачусь, поэтому отбрасываю осторожность и вхожу в комнату. Как и следовало ожидать, — в постели кувыркается сладкая парочка предателей в лице моего парня и лучшей подруги.

Максим, зажмурившись, чтобы стекающий пот не попадал в глаза, изо всех сил дёргается на Натахе, которая, пользуясь тем, что партнёр не смотрит, лежит под ним со скучающим видом, а вот стонет вполне правдоподобно.

В принципе, я её понимаю... При условии крайне скромных размеров мужского достоинства, получить оргазм с таким любовником весьма проблематично. У меня вот от силы пару раз случалось, и то в тех случаях, когда Макс уходил в ванную комнату, а я на скорую руку справлялась сама.

Созерцание не слишком возбуждающих и приятных глазу постельной сцен, наконец, надоедает. Да и внутри меня поднимается волна едкой горечи, которая грозит расплавить всё, если её не выплеснуть. Мне обидно до слёз, до крика, до закушенной в кровь губы, но никогда не покажу этого.

Надеваю самую широкую из доступных мне улыбок и перехватываю клюшку поудобней.

— Ну, здравствуйте, братцы-кролики! — произношу приветливо.

Мой голос действует на этих двоих, как ведро воды, выплеснутое на мартовских котов — они буквально отскакивают в разные стороны кровати.

— К-к-к-кира... — заикаясь шепчет Макс, стараясь прикрыть одеялом свой всё ещё эрегированный унылый корнишон. — Ты что здесь делаешь?

Под конец фразы в его голосе слышатся раздражённо-визгливые нотки. А Наташка лишь кивает, словно мы с ней в кофейне встретились, а не в спальне моего парня. Вот ведь сучка, но самообладание такое, что на её фоне Макс выглядит истеричкой.

— Да вот, зашла подготовить сюрприз к годовщине нашей, а здесь для меня, оказывается, сюрприз имеется! — цежу насмешливо.

— Ты как вообще в квартиру мою попала? Дверь взломала? Это, вообще-то, проникновение, статья Уголовного кодекса за такое есть, я слышал! — переходит в наступление мой слишком уж расхрабрившийся парень, точнее — бывший парень.

Поднимаю клюшку и пристально смотрю в область его паха, кровожадно усмехаясь.

— Омлет или глазунью? — ласково интересуюсь, кивая на его яйца, торчащие из-под покрывала.

— Ты вообще больная? — пищит он тоненько, словно я уже что-то сделала. — Кира, ты точно ебанутая!

А вот это он зря! Ну что же, сам виноват!

Первый удар клюшки обрушивается на новенькую приставку, на которую у Макса стоит бодрее, чем на женский пол. Хохочу, словно Маргарита, ставшая ведьмой и крушащая всё на пути.

Бывший чуть не всхлипывает, а вот Наташа смотрит так, словно сейчас ещё попкорн достанет. Ох, зря ты, подруженька, решила на моё позариться. Нет, такого говна, как Макс, не жалко, спасибо, что глаза открыла, только вот никому ничего не позволю взять без спроса.

Следующий удар приходится на мобильник бесстыжей предательницы, которым она хвасталась как подарком от кавалера. Понятно, у кого на новый яблофон насосала.

Теперь сладкая парочка орёт уже хором, да так слаженно, словно всю жизнь репетировали, но с места двинуться бояться, зная, что я в гневе страшна. Методично разношу всё, до чего могу дотянуться, вымещая всю злость и обиду до тех пор, пока во входную дверь не начинает кто-то ломиться.

— Эй, соседи, я ща ментов вызову, совсем поохеревали! — орёт амбалистый детина, которого так боится Максик.

Что же, полицию я видеть сейчас точно не хочу,