Опасный сосед. Спаси мою киску - Татьяна Бэк

— А хотите, вместе найдём вашу киску… — произношу ласково, надеясь, что малышка чуть расслабится, но она взирает на меня так, словно сделал с ней нечто нехорошее. А ведь я ещё не начинал.

— Мне пора идти! Надо вызвать спасателей, и мой папа, олигарх, очень важный человек, ждёт моего звонка! — гордо заявляет незнакомка.

Ага, как же — будет дочь олигарха обитать в этой деревне.

— Прости, красавица! — шепчу и слегка сдавливаю шею слишком бодрой, любознательной, но бесспорно манящей блондинки. А что, если сделать её своей сексуальной рабыней на то время, что останусь здесь? Деревенская девчонка только обрадуется.

Взваливаю на себя шикарное тело незнакомки и тащу в дом, предчувствуя, что можно будет делать с её пухлыми губками и прочими дырочками, ведь не зря она намекала на свою матильду.

Жадно впиваюсь в послушные нежные губы и с удивлением слышу страстный стон, который срывает мне голову. Эта малышка сама хочет, чтобы я её взял грубо и жёстко.

Ну, здравствуй, соседка!

Кира

И зачем я полезла к соседу? Как только увидела этого здоровяка с ледяным взглядом, от которого покрылись холодным панцирем внутренности, нужно было бежать.

Но что-то в его мужественном лице, в его умопомрачающем запахе неведанных специй заставляло не двигаться, — словно оказалась гадюкой перед заклинателем змей.

Этот мужчина смотрел и говорил так, что тут же забыла обо всём, — ну разве что, краем сознания помнила про Матильду.

Кажется, мы не поняли друг друга с сексапильным соседом по участку, — мне хотелось объяснить ему всё, поведать, что нахожусь на его территории исключительно из-за сбежавшей кошки.

Но вдруг сильные мужские пальцы скользнули куда-то в область затылка, оказываясь там, где уставшие луковицы волос требовали распустить тугой хвост.

— Ты такая красивая… Уверен, что твоя манящая киска не хуже. Не переживай, я смогу позаботиться о твоей матильде так, как никто раньше.

Холод наручников сковал мои руки, а затем мужчина нажал на мою шею, погружая в глубокий сон. Но при этом ощутила жар пальцев, которые дразнили мой клитор. Сногсшибательный оргазм потряс меня уже на границе между беспамятством и явью.

Мне хотелось противиться, но настоящий торнадо ощущений накрыло с головой, а вслед за этим пришла темнота, лишённая звуков и красок.

Ох, как же болит голова... Такое ощущение, что вчера у меня было посвящение в студенты.

Хотя стоп, я ведь уже взрослая женщина, ну, может, не взрослая, но точно и не подросток. А почему тогда мне так плохо...

— А-а-а.... — тихо стону я, чувствуя, как голову сдавливает клещами, будто мешала весь алкоголь, который мог оказаться в баре ночного клуба.

Медленно и осторожно открываю глаза, журясь от яркого света. Кажется, я лежу на неудобной раскладушке посреди неизвестного мне дома. В окно пробиваются косые солнечные лучи, путаясь в пыльных занавесках, на стенах развешаны пожелтевшие портреты Муслима Магомаева и Эдиты Пьехи.

— Доброе утро, красотка! Как самочувствие? — раздаётся такой голос, которому бы озвучивать иностранных порно актёров.

Хотя этим голосом можно и металл плавить, ибо от такого самый твёрдый элемент расползётся лужицей. Кто же этот загадочный обладатель этого оружия массового поражения?

Надо мной нависает красавец, от вида которого у меня сводит пальчики ног. Это же преступно быть настолько жарким, но вот лёд в его глазах перекрывает ощущение огня, разгорающегося внутри меня.

— Вы кто? И где я? И не то я? — сыплю вопросами, но внезапно замолкаю, осознав, что вообще ничего не помню и не понимаю.

— Та-а-а-ак, смотри сюда, сколько пальцев видишь? — вместо ответа интересуется горячий незнакомец, а я рассматриваю его мужественное лицо, широкие брови полумесяцем, глубокие пытливые глаза, чертовски манящие губы.

Что за гениальный творец совместил это всё воедино, создав идеал?

А затем всё же я перевожу взгляд на пальцы, которые этот древнегреческий бог буквально тычет мне в лицо.

Если до этого была уверена, что невозможно запасть на мужика сильнее, то теперь понимаю, что ошибалась. При взгляде на сильные и одновременно грациозные кисти, в трусиках становится мокро.

Смотрю на указательный палец незнакомца и ловлю себя на мысли, что хочу облизать подушечку, а затем всосать фалангу.

Так, стоп, это что за желания? На меня совсем непохоже! Хотя, откуда мне знать? Я даже не знаю кто я такая. Вдруг нимфоманка? А если это мой муж? Хотя такого мужика бы точно не забыла! Или забыла?

Вопросов больше, чем ответов...

— Ау, пальцев сколько? — резко повторяет незнакомец и даже щёлкает ими перед моим лицом.

— Четыре?

— Бля-я-я-я... Передавил. Слушай, малышка, а у тебя с сосудами нет проблем? Давление обычно какое?

— Я — гипотоник, у меня вегетососудистая дистония! — заявляю так, словно эти слова сами срываются откуда-то из глубин памяти.

То есть это я помню, а своё имя нет? Великолепно!

— Ну тогда всё понятно!

Что ему понятно? Вот мне вообще нифига непонятно. Я пытаюсь прислушаться к внутренним ощущениям... Кажется, у меня побаливают запястья, как если бы их передавили чем-то жёстким, а ещё испытываю горячую тяжёлую наполненность внизу живота, словно только недавно испытала оргазм. Странное сочетание!

— Вы кто? — настойчиво повторяю, стараясь лучше сфокусировать взгляд, перед которым всё плывёт. — Если не ответите, то закричу.

Незнакомец усмехается так, что сразу понятно — ему мои угрозы до сиреневой звезды. Кажется, я могу орать до хрипоты хоть весь день, никто не придёт на помощь. Но попробовать-то надо!

Делаю максимально невинный вид, словно смирилась с непонятной ситуацией, но затем открываю рот и издаю рёв, больше походящий на пожарную сирену, нежели обычный крик. От неожиданности красавец округляет глаза, но вдруг накрывает мои губы своими и проникает в ротик языком, пользуясь тем, что тот открыт.

Мой крик слабеет и сходит на нет, пока незнакомец ловко и умело ласкает меня, творя что-то небывалое, отчего голова начинает кружиться ещё сильнее. Пытаюсь оттолкнуть наглеца, но проще сдвинуть каменную стену, чем такого здоровяка.

Как же приятно... Но продолжаю молотить кулачками по железобетонной груди мужчины, и при этом неожиданно для самой себя отвечаю на поцелуй.

«Мя-я-я-я-у-у-у-у-у!» — раздаётся в этот момент истошный кошачий вопль откуда-то извне, чем-то похожий на тот, что издала я несколько минут назад, стараясь призвать хоть кого-нибудь на помощь.

Окно надо мной жалобно звякает, чуть ли не разлетаясь на куски, когда в него врезается с улицы взъерошенная серая кошечка необыкновенной красоты. Глаза у