Крушение идеалов. Книга 1 - Галина Голицына
Регина, одетая в дорожное платье, выглядела достаточно скромно, однако все-таки было видно, что она из благородного сословия. Поэтому к ней то и дело подскакивали нищие, в основном дети, выпрашивая монетки. Но денег она с собой не захватила.
Осматривать город в темноте – занятие бесперспективное. К тому же попрошайки одолевали. Дальше ходить по улицам смысла не было, и Регина поняла, что пора возвращаться назад, на постоялый двор.
Глава 8
Утром она проснулась ни свет ни заря. Толком даже и не спала. Очень нервничала потому что. Сегодня же такой знаменательный день! У них теперь будет новый сеньор, может, и жизнь изменится к лучшему. А может, и к худшему, но об этом думать не хочется. А хочется думать о другом: если Элиму удалось задуманное, он уже может состоять при дворе нового герцога. И они смогут увидеться! Но если ему не удалось поступить на службу во дворец, то увидеть его будет затруднительно. А может, они и вовсе не встретятся. Обидно будет уехать, так и не повидавшись. Когда еще случай представится?…
Регина не могла точно определить, что именно заставляет её так нервничать. Решила, что всё вместе, в совокупности. Успокаивала себя: даже если Элиму пока что не удалось попасть в свиту нового герцога, он все равно может встретить ее у дворца, ведь посмотреть на присягу сойдется много народу, это никому не запрещено.
Завтрак, который им предложили на постоялом дворе, совсем не вызывал желания поесть. Вчерашнее жаркое, плохо пропеченный хлеб и вино, по вкусу больше напоминавшее уксус. Регина отказалась от еды. А вот слуги поели спокойно и даже с аппетитом. Может, дело не в том, что еда невкусная? Может, дело в том, что ей от волнения просто кусок в горло не лезет? Ну и ладно. Так даже лучше. Наверняка после процедуры оммажа предусмотрено угощение. Уж там-то еда будет не чета этой! И волнение к тому времени уляжется. Вот тогда она и поест от души!
После завтрака пришла пора собираться на торжество. Присяга должна состояться ровно в полдень, до резиденции – рукой подать, так что времени было много, торопиться было некуда.
Флавия очень тщательно причесала хозяйку, после покрыла прическу золотистой вуалью, заколов ее шпильками с золотыми наконечниками в виде бусинок. Получилось замечательно: благородно, нарядно, но не вызывающе. Регина порадовалась, что платье у нее тоже золотистого цвета. А вот от жемчуга решила в этот раз отказаться: он просто не подходил к наряду. Ничего, впереди – бал, так что у нее еще будет возможность его надеть.
С собой она взяла Флавию и обоих охранников. В конце концов, она ведь – благородная госпожа, хозяйка собственной земли, и ей полагается свита. Отдав указания возницам, которые оставались на постоялом дворе, рядом с лошадьми, она выдохнула, перекрестилась и внутренне собралась. Сегодня – знаменательный день, и она собирается получить от него удовольствие!
Незадолго до полудня их маленькая процессия двинулась к резиденции. При свете дня улицы выглядели совсем не так, как ночью. Вчера она видела окружающее только урывками – там, где местность освещали костры. Сегодня солнце высветило всё остальное, и это было скорее плохо, чем хорошо. Улицы оказались грязными, там и тут лежали горы мусора, нищих попрошаек было на удивление много, бродячие собаки тоже не добавляли прелести городскому пейзажу.
– Почему на улицах так грязно? – удивилась Регина. – Неужели нельзя было почистить город хотя бы к такому важному событию?
– Так они, может, и почистили? – предположила Флавия. – Может, раньше всё выглядело еще хуже…
У Регины глаза округлились:
– Если так, то до этого здесь был настоящий ужас! Не понимаю, как это допустил старый герцог…
– Госпожа, он ведь болел сильно, так люди сказывали. Ему было совсем не до порядка на улицах.
– Но ему не нужно было самому мести улицы! Есть для этого специально назначенные люди. Наверное…
– А эти люди без руководства ничего делать не собирались, я так думаю. Радовались, что можно бездельничать. Сеньор прикован к постели, все его царедворцы обретались у одра умирающего, вот и некому было следить за порядком.
Регина на это лишь головой покачала: как можно было так запустить дела… Вот сразу понятно: не было у герцога такой бабушки, как у нее, и некому было его научить, как правильно вести хозяйство!
Больше они ничего обсудить не успели, потому что впереди показалась резиденция Рубентия. Увидев, в каких шикарных раззолоченных экипажах подъезжают приглашенные, Регина порадовалась, что свою повозку оставила на постоялом дворе. Никто не увидит ее убогости, так что краснеть не придется.
Оказалось, что слугам вход за ограду запрещен. Для них была отведена специальная площадка, где им надлежало дожидаться хозяев. Оставив там Флавию и наказав охранникам глаз с нее не спускать, чтобы никто не обидел, Регина вошла в резиденцию.
Внутренний двор являл собой лужайку, покрытую молодой травой. Она порадовалась, что празднество пришлось на весну, потому что к середине лета трава бы уже выгорела и пожухла, и было бы не так нарядно.
Там и тут стояли группки дворян, тихо переговариваясь. Завидев Тарона, она поспешила к нему.
Тот улыбнулся:
– Да ты красавица! Давно не видел тебя такой нарядной.
Она поежилась:
– Чувствую себя очень неуютно… Женщин совсем мало, да и с теми я не знакома. Так надеялась, что здесь будут Магда с матушкой. Не знаю, к кому прибиться…
– Стой возле меня.
– Так и сделаю. Ни на шаг не отойду! Кстати, что с нашим вчерашним разбойником?
Тарон кивнул:
– Всё в порядке, сдали его городским властям. Сначала он не хотел говорить ничего, клялся, что просто шел по дороге, никого не трогал. Но как получил пару ударов кнутом, так сразу вспомнил всех своих подельников. И даже адреса их назвал! Так что ночью их всех арестовали и посадили в яму. После праздника уже будут с ними разбираться. Если докажут только грабеж, могут просто выпороть кнутом на главной площади. Для острастки и в назидание. А если окажется, что они во время грабежей еще и убивали, так и казнить могут. Но это уже не наша с тобой печаль. Мы