Прощание Тёмного принца - Ольга Дмитриевна Силаева
У Таиссы закружилась голова. Ей это снится? Может быть, она не перенеслась в пространстве, просто у неё случился сердечный приступ?
– Ты великолепное видение, – заплетающимся языком выдала она.
– Вижу, членораздельную речь ты тоже решила оставить на потом, как и дерзкое бикини. Впрочем, последнее я одобряю.
Таисса откинула голову на мокрое плечо, всё ещё боясь обернуться.
И не зная, что сказать. Потому что её будущее только что встретилось с чужим прошлым, и забывать об осторожности было нельзя даже ради невыносимого счастья.
Хрупкого. Временного. Но счастья.
Таисса обернулась с зажмуренными глазами. И нашла губы Вернона на ощупь.
Они были. Живые губы, мокрый и горячий поцелуй, и руки, обнимающие её так, словно это была самая естественная вещь на свете.
– Ты здесь, – прошептала она, не открывая глаз.
– И ты здесь. Ну же, Таисса-перепуганность, неужели я самое отвратительное зрелище на свете?
Таисса заставила себя вдохнуть и выдохнуть. И открыла глаза.
Мокрые тёмные волосы облепили лоб и виски. Строгая одежда промокла насквозь, но знакомая весёлая ухмылка и блеск серых глаз никуда не делись.
Вернон поднял бровь.
– Узнаёшь?
Таиссе хватило сил лишь судорожно кивнуть. Она машинально сжала перстень – и, услышав стук сердца, почувствовала, как по лицу расплывается глупая улыбка облегчения.
«Как же мне тебя не хватало».
– Как же я рада, что ты жив, – выдохнула она. – Я…
– Не знала, съест меня воронка с потрохами или чуть пожуёт?
Таисса быстро кивнула.
Этот Вернон не знал, что умрёт, вылетев из второй воронки. Ещё не знал.
И, глядя ему в глаза, Таисса поняла – она не признается ни за что. И не только потому, что Вернону нельзя знать будущее. Никому нельзя его знать.
Сколько бы дней ему ни осталось, она не потеряет ни минуты.
– Тебя, я заметила, не раздело по дороге, – выдавила она. – Даже линк не отняло.
– Так мы на родной Земле, не абы где в карантинной сфере, готовой отнять у тебя последнюю железку, – небрежно отозвался Вернон. – Видишь Большую Медведицу, Таисса-астроном? А она есть.
Три знакомые звезды над головой и четырёхугольник рядом. Таисса невольно улыбнулась с облегчением. Увидеть знакомые звёзды казалось сущим пустяком рядом с таким немыслимым чудом, как объятья Вернона, но и это было радостью.
– Мы на Земле, – проговорила Таисса. – В будущем или в прошлом?
Глаза Вернона блеснули.
– Изобрели ли здесь уже электричество или перешли в каменный век, не приходя в сознание? Отличный вопрос. Кстати, как именно ты здесь оказалась?
Таисса открыла рот. С какой готовностью она бы выпалила сейчас про Лару и захват бывших Тёмных, про отца и космическую капсулу, про энергетические туннели!
Нет. Может быть, потом она расскажет, подумав как следует… но не сейчас.
Таисса мотнула мокрыми волосами.
– Прыгнула к тебе… с помощью… – Она закашлялась. – Не скажу. Нельзя.
– Прыгнула за мной в воронку?
Таисса молча смотрела на него. Чёрные волны качались вокруг, и они двое были одни в целом мире. Как всегда и никогда.
Вернон с нежностью провёл рукой по её мокрым волосам.
– Понятно. То есть совершенно не понятно, но не буду спрашивать. Я…
И тут их вновь накрыла волна. Рука Вернона почти соскользнула с её талии, и Таисса запоздало осознала, что перемещение могло и его оставить без сил.
Отфыркиваясь и отплёвываясь, они выплыли на поверхность.
– Так, с меня хватит ночных купаний, – сообщил Вернон деловито. – Тем более что водичка прохладная и коктейлей с зонтиком никто не предлагает. Предлагаю осмотреться.
Таисса резко крутанула головой…
…И первой заметила далёкую башню.
Тёмная громада мыса или острова едва угадывалась в темноте. Горел далёкий огонёк в одном из окон. Узнавание забрезжило внутри Таиссы, но в голове слишком гудело после недавнего перемещения, чтобы ясно соображать.
– Сети нет, – светски заметил Вернон. Держась на воде, он тоже смотрел на башню. – Впрочем, у нас и выбора-то особого нет, как я понимаю.
– Угу, – выдохнула Таисса. – Полетели на берег. Будем целоваться там.
– Мне нравится ход твоих мыслей, Таисса-развратница. Но сначала…
Он быстро ввёл что-то на линке.
– Что ты делаешь?
– Я хочу запомнить точные координаты нашего заплыва. Нам придётся сюда вернуться, Таисса-путешественница.
Таисса насторожилась.
– Это ещё зачем?
– Потому что нас выплюнуло в эту конкретную пучину не просто так. – Брови Вернона сдвинулись, и он внезапно показался Таиссе сильно старше своих лет. – Там внизу лежит предмет, к которому я не могу прикоснуться. А ты можешь. – Он серьёзно посмотрел на неё. – Очень даже можешь. Можешь почти лучше всех, я бы сказал. И не уверен, что это совпадение мне нравится.
Сердце Таиссы глухо стукнуло в тревоге.
– Какой предмет? – хриплым от волнения голосом сказала она.
Вернон вздохнул, обнимая её за плечи.
– Меч, Пирс. Самая странная, ценная и дорогая из оружейных железок, которой ты, помнится, разнесла вдребезги целый Источник. Причём даже не с пьяных глаз, что характерно. Помнишь старую добрую Антарктику?
У Таиссы округлились глаза.
– Меч там? Внизу? Мы должны нырнуть за ним! Сейчас же!
Она дёрнулась было вниз, но Вернон тотчас же перехватил её поперёк талии.
– Эй-эй-эй! Во-первых, никакой спешки. Во-вторых, ты утонешь с концами, если попробуешь нырнуть, и мы оба это знаем. Мы сюда вернёмся, Таисса-коллекционерка, и все артефакты будут наши. Но – не сейчас.
Он был прав. Таисса обмякла в его руках.
– Хорошо, – выдавила она.
– Отлично. Кстати, я правильно понял, что прослушки и слежки на тебе после твоего экстравагантного обнажённого появления тоже больше нет?
Об этом Таисса ещё не думала – и расплылась в улыбке, осознавая свою свободу.
Временную. Она оставила за спиной тяжёлую ношу, и будущее обещало неопределённость и тьму. Но у неё было настоящее.
И, чёрт подери, свобода воли. Потому что здесь и сейчас ничто не было потеряно.
– Полетели на берег? – предложил Вернон, поднимаясь над волнами. – Как знать, быть может, удастся захватить в плен пару бутербродов.
Он улыбался ей. Живой, бесценный, настоящий Вернон.
Таисса растерянно и счастливо улыбнулась ему в ответ.
И взяла протянутую руку.
Башня оказалась маяком, возвышающимся на мысу.
Огни маяка не горели, но