Избранная - Василиса Мельницкая

«Мы так не договаривались, Сергей Львович!»

Навряд ли он это услышал. Но взгляд отвел.

— Прошу прощения, ваше величество. Я не могу решать за Савелия.

— Разве? — Всеслав Михайлович усмехнулся. — А ты попробуй. Мне все равно, на ком он женится, но его свадьба должна состояться раньше, чем твоя.

— Но почему? — не выдержала я. — Разве недостаточно того, что я дала согласие на брак с князем Разумовским?

Всеслав Михайлович развернулся к Разумовскому.

— Твоя невеста ведет себя дерзко. Надеюсь, ты объяснишь ей, что неприлично бегать голышом по коридорам дворца. И недопустимо возражать государю.

Кровь прилила к щекам, но не от стыда, а от гнева. Как это мелочно! Мстить за то, что Ася и Сава отказались от брака по расчету…

Однако игнорировать слова императора я не могла. Он недвусмысленно намекнул, что род Бестужевых подвергнут опале, если Сава не женится этим летом.

Пожалуй, сейчас я как никогда была близка к тому, чтобы исполнить желание Разумовского.

Карамелька тихо заурчала, успокаивая меня по привычке.

— Яра, извинись, — тихо произнес Разумовский.

Я слишком долго молчала, а его величество ждет моего раскаяния. Любопытно, я все еще считаюсь его крепостной? Вряд ли. Бастард императора женится на боярышне Морозовой.

Хотелось визжать и топать ногами. Ничто не злило меня так, как это принуждение к браку!

Я была в платье, поэтому присела в низком реверансе, склонив голову перед императором.

— Прошу прощения, ваше величество. Я вела себя недопустимо. Такого больше не повторится.

— Извинения приняты, — ледяным тоном ответил Всеслав Михайлович. — Можешь идти.

— Вернитесь ко мне, — велел Разумовский, провожая меня до дверей.

Венечка подпирал стену в коридоре перед покоями императора. Я вдруг вспомнила, что именно тут ковер-самолет врезался в князя Разумовского. Как давно это было…

— Ты как? — поинтересовался Венечка, отлипая от стены.

— Лучше всех, — процедила я.

Он приподнял бровь в знакомом жесте.

— Велено возвращаться в покои князя.

— С другой стороны, — рассуждал Венечка, шагая позади меня. — Жива. Свободна. Зла. Все не так уж и плохо.

Знал ли Разумовский об ультиматуме императора? И тогда его попытка разлучить нас с Савой… акт милосердия? Если бы Сава тогда меня бросил… или, как желает император, отказался… Мне сейчас не пришлось бы думать о том, как сообщить ему очередную пакостную новость?

«Сава, ты должен срочно жениться. Не на мне. А если не женишься, твой род уничтожат так же, как уничтожили мой».

— Тебя же ни в чем не обвинили? — спросил Венечка, когда мы вернулись в гостиную князя Разумовского. — Яра, не молчи. Я тоже волнуюсь.

— Знал бы ты, как тебе повезло, — сказала я тоскливо.

— Это в чем же? — хмыкнул он.

— В том, что ты не встретил меня раньше, чем Сава.

— Что? — Он мгновенно подобрался, закаменел лицом.

— Когда-то я сказала Саве, что меня нельзя любить. И всерьез верила, что приношу несчастье. Тогда я была дочерью врага. Без имени, без титула, без денег, без прав. Я с самого начала понимала, что я ему не пара. И ты знаешь, ничего не изменилось. Моя жизнь все так же мне не принадлежит. И я была права, я приношу несчастье.

— Можно попроще? — попросил Венечка. — Я понял только то, что у тебя приступ жалости к себе.

Я обиделась и запустила в него маленькой диванной подушкой, думкой. Он легко ее поймал.

— Полегчало? Тогда говори толком, что случилось. Или утереть тебе сопли? Потом стыдно не будет?

Я помолчала, тиская Карамельку. Стыдно уже сейчас. Я получила очередную оплеуху и пропустила удар. Гораздо проще смириться с собственным замужеством, чем с женитьбой Савы. А если он заартачится? Да я с ума сойду! Но и вести себя, как размазня, не вариант.

— Императора оскорбил отказ Савы жениться на его внучке. Саве приказано жениться до того, как я выйду замуж за Разумовского. Иначе… — Я провела ребром ладони по шее. — Вень, не говори ничего, хорошо? Да, мне паршиво, но я справлюсь.

Он не смог промолчать.

— Беру свои слова обратно. Готов утирать, сколько надо. Это не стыдно.

Больше мы это не обсуждали, но мне стало чуточку легче.

Разумовский вернулся с Тоби, и Карамелька тут же оживилась, вопросительно взглянула на меня и, получив разрешение, убежала общаться с другом.

Мы с Веней, не сговариваясь, вытянулись перед Разумовским по стойке «смирно». Если судить по внешним признакам, он был в отвратительном настроении.

— Курсант Головин, — тихо произнес Разумовский. И Венечка вздрогнул. — Письменные извинения приняты. Оскорбленные офицеры ждут устных. Публичных. На построении, через полчаса, в моем присутствии.

— Слушаюсь, ваше сиятельство, — выдавил Венечка.

Я ему искренне сочувствовала, но помочь ничем не могла.

— Курсант Морозова. — И я, в свою очередь, вздрогнула, так угрожающе звучал тихий голос князя. — Приказ его величества выполнить немедленно.

«То есть… как?» — хотела спросить я, но благоразумно прикусила язык.

— Если подобное повторится, я буду вынужден тебя наказать.

«Подобное — это какое? Голышом по коридорам? Или…»

«Только попробуй что-нибудь ляпнуть!» — В голове прозвучало предупреждение Разумовского.

Ой…

— Дождешься Головина, он проводит тебя до квартиры, — продолжил Разумовский вслух. — Без него из дворца ни ногой. Завтра утром вернетесь вместе. Оба дежурите у императрицы. Вопросы?

— До какой квартиры? — спросила я.

— До твоей или Бестужева. Где договоритесь встретиться.

— Серьезно?

— Я похож на шутника⁈ — рявкнул Разумовский. — Курсанту академии безопасности нужно объяснять, что такое приказ⁈

— Я не об этом, — проворчала я. — Головин должен присутствовать при нашем разговоре? Я могу понять, отчего вы сейчас злитесь. И отчего я из Яры превратилась в курсанта Морозову. Но это не перебор?

— Вы что, дети малые? — неожиданно устало произнес Разумовский. — Сами не разберетесь? По улице в одиночку не ходите. Это обоих касается.

Из него будто выпустили воздух. Мы с Веней переглянулись и благоразумно покинули гостиную. Разумовский нас не остановил.

С Савой я связалась самым простым способом — позвонила ему по телефону. Он ответил сразу, значит, был свободен.

— Надо срочно встретиться, — сказала я.

— Где? Когда?

— У меня, сегодня вечером.

— Что-то случилось?

— Со мной все в порядке, но новости плохие.

— Буду.

Я поспешно нажала кнопку завершения звонка. Сава от меня не откажется. Это меня вынуждают отказаться от него. А ведь в приоритете вовсе не наши отношения. Меня вновь пытаются вывести из игры?

А вот это мы еще посмотрим!

— Зря Александр Иванович тебя сюда отправил, — сказал Венечка, когда мы благополучно покинули негостеприимный дворец.

Уехали мы на машине, Веня сам сел за руль.

— Меня сюда Разумовский вызвал, — возразила я.

— Ну,