Заступник из другого мира - Ольга Вознесенская

И чтобы хоть как-то ее успокоить, не прибегая к словам, сама взяла ее за руку. Похолодевшие от волнения и страха пальцы переплелись с моими.

— Внучок, дайка я угадаю, зная тебя, девочки до сих пор голодные и изнемогают от жажды? Ты мало того, что притащил их в незнакомое и враждебное место, так еще и запугиваешь на пустой желудок, — меланхоличный голос стал выше, Аделаида сердилась.

— Только напоил, — опуская взгляд, робко произнесла Ханна.

Дважды притопнув ступнями по полу, женщина сменила почти полностью скрытые за длинным белым платьем просторного пошива человеческие ноги на жёлтый хвост змеи.

Стараясь не смотреть на испорченную половину тела, внушающей доверие, женщины, кивнула.

— Шон, ну кто же так делает? Дитятко большой вымахал, а ума с кошачий кулачок, — ударив кончиком хвоста по своему сундуку, проворчала. — Чтобы женщина подобрела — нужно ее накормить, обогреть, в нашем случае, охладить и сказать несколько комплиментов для души.

Азартно подмигнув мне, она наклонилась к старинному сундуку и, пару минут в нем покопавшись, одарила нас красно-белыми бусами на длинной нити.

— Оденьте их, и опасное солнце пустыни начнет вас только радовать.

— Спасибо, не нужно, — попыталась отказаться.

— Еще как нужно. Берите девочки.

Ханна первой взяла простое украшение из рук, не скупясь на слова благодарности, повесила бусы на шею.

— Аделька, они в самом деле работают! — большие глаза-сапфиры наполнились счастьем. — Мне больше не хочется влезть с головой в бочку с прохладной водой.

Недоверчиво нахмурив брови, последовала примеру Ханны.

Она оказалась права, слоило напитанному шаманской магией предмету обвить мою шею, как я тут же ощутила легкий соленый ветерок и долгожданную прохладу, окутывающую меня с головы до ног. Когда мое разгоряченное тело немного охладилось, бусы окружили меня теплотой поздней летней ночи, когда уже не жарко, но все еще не холодно.

Вместе с комфортом ко мне пришла веселая мелодия, поселившаяся в моей голове. Барабаня пальцами по бедру в такт забавной песне, с наслаждением произнесла медовым голоском:

— Это потрясающе. Спасибо огромное, — позитивные слова ручейком изливались из моих уст. — Ваши бусы просто сокровище.

— Да не за что, миленькие. Скорее за стол. Нас уже давно все заждались.

Окинув небольшую, но уютную комнату в последний раз любопытным взглядом, уже довольная побрела за ползучими нагами. Подушек на кровати лежало гораздо больше, чем могло понадобиться, а на полу не оставалось даже щелочки — все поверхность застилали пёстрые плетеные ковры. Даже над спальным местом висел небольшой ковер, цвет его был светлым и теплым, как спелое яблоко в разрезе. Я уже вышла, но мне хотелось вернуться обратно, чтобы лучше рассмотреть золотистый орнамент стен и арок, сложенных из нарисованных умелой рукой одинаковых фигур, представляющих из себя объединение из нескольких ромбов различной величины.

Из живота раздавалось утробное урчание, настоятельно рекомендующее мне нарастить шаг. Когда мы приблизились к длинному прямоугольному столу, где уже собрались все женщины и мужчины этой семьи, я и вовсе с трудом сдерживалась, чтобы, забыв напрочь про манеры, не вцепиться в мясо с сочной корочкой, какую-нибудь аппетитную лепешку или большие пельмени.

— Здравствуйте, — чувствуя повышенное слюноотделение во рту, произнесла.

Нас поприветствовали в ответ, хоть у нагов, наверняка, и было к нам немало вопросов, некто не осмелился их задать, пока Аделаида сама все им не разжевала:

— Девочки пробудут у нас три дня и три ночи, не смейте их обижать, если кто-то попробует испытать Адель и Ханну, — женщина указала раскрытой рукой на нас, и ее мягкий тон стал строже, — лично вычислю негодяя и накажу несварением желудка и пупырчатой язвой. Если у кого-то что-то болит, и он не успел мне об этом сообщить, или моих сил оказалось недостаточно для лечения вашего недуга, — целительницы к вашим услугам. Соблазнять тоже запрещается.

Кто-то из мужчин слева от меня громко выдохнул и фыркнул.

— Что касается женщин, яд в питье и еду тоже не подсыпать. Девочки пришли к нам с миром.

Тут уже расстроенно зашипели обладательницы слабого пола.

Опасливые, боязливые, заинтересованные, враждебные и ревностные взгляды долго и настойчиво изучали новоприбывших нас.

Складывалось такое ощущение, что я абсолютно безоружна перед ними и, в довершение к первому пункту, еще и обнажена. Хотелось накинуть на себя вязаный бабушкой плед и, опустив взгляд, нестись к порталу.

Однако я поборола в себе боязнь новых змеиных лиц. На самом деле, когда противные хвосты скрывались под столом, а зрачки нагов хищно не сужались, они вполне годились даже вблизи на обыкновенных людей или магов. Никаких чешуек на едва прикрытой легкой одеждой загорелой коже, среднестатистические черты надменных физиономий, разве что слегка заостренные скулы и подбородки. Многие из змеелюдок поражали своей женственной красотой и обаятельностью, даже когда молча пожирали нас агрессивным взглядом за ужином.

Большинство мужчин здесь отращивали волосы. По моим наблюдениям — средней удобной длиной считался уровень чуть ниже лопаток.

Несмотря на постоянную засушливость и песчаные бури их, в основном, светлые и смоляные шевелюры смотрелись ухоженно. Мелкие косички, сходящиеся на затылке, конский хвост и тугой пучок им очень шли.

От обладателей змеиных хвостов за версту веяло брутальностью и харизмой.

Ели бы я была не настолько голодна, возможно, охотнее рассматривала их мускулистую грудь, широкие плечи и большие рельефные руки, но первобытный, базовый инстинкт, умоляющий меня насытить желудок, одержал победу, и я уронила взгляд на стол, чтобы лучше рассмотреть блюда восточной кухни.

Когда нам позволили присоединиться к трапезе, первым я испробовала все же плов, он оказался очень вкусным, с умеренным количеством специй и не жирный, а дальше руки сами тянулись к ярким тарелочкам с сочными и красочными кушаньями.

Ближе к десерту я была готова поклясться, что в меня больше ничего не влезет, но я глубоко заблуждалась, несколько минут спустя уместив в своем животе лукум и пахлаву.

Насытившиеся змеи, промолчавшие всю трапезу, стали медленно расползаться по своим углам дома.

Мы снова остались в четвёртом.

— Спасибо, еда великолепна, — икая, произнесла.

— Да, я давно не ела что-то столь вкусное и сытное, — присоединилась к моей похвале Ханна. — Спасибо.

— Благодарить стоить не меня, а богиню изобилия Медею за то, что позволила добыть нам продукты для этого богатого ужина и нашу повариху Сибу, — слегка улыбаясь, с гордостью произнесла она.

Наблюдая, как солнце скрывается за горизонтом,