Крушение идеалов. Книга 2 - Галина Голицына
И она еще боялась, что, обесчестив себя побегом из дома, станет немила Каллисту! А на самом деле это он ее опозорил, высмеял, причем не постеснялся назвать по имени и ее саму, и ее отца!
Как жить после этого?!
Кто-то тронул ее за плечо. Обернулась. Рядом стоял Клеарх и сочувственно качал головой. Не раздумывая, кинулась ему на грудь, позволив слезам выплеснуться наружу.
Он погладил ее по спине, потом по голове, тихо сказал:
– Эх, девонька, и чего тебе дома не сиделось?
Магда отпрянула:
– Девонька? Какая еще девонька? Я – Магит, я – мужчина!
– Хорошо, хорошо… Только почему этот мужчина плачет, точно сопливая девчонка? Где же мужество, храбрость, умение стойко переносить удары судьбы?
И правда… Поняв, что командир прав, она как-то сразу успокоилась, перестала оплакивать себя. Вытерла слезы рукавом. Ну вот, даже привычки у нее теперь, словно у мальчишки из простонародья… Если бы сейчас ее увидела матушка, точно бы чувств лишилась.
Своим низким голосом, в котором сейчас не было командирских ноток, а только бесконечная усталость, Клеарх спросил:
– Это из-за него ты сюда так рвалась?
Магда кивнула с самым несчастным видом.
– Убедилась теперь, что являет собой твой прекрасный возлюбленный?
– Убедилась…
– На него сильно не серчай. Все они тут такие. В основном – младшие сыновья в семьях, не наследники. Тешатся вольной жизнью, пока есть такая возможность. А потом женятся на тех, кого им родители выберут. Но не все успевают жениться. Многие ведь молодыми погибают.
– Я знаю, – шмыгнула носом Магда. – У меня брат был старший. Тоже погиб молодым. Я теперь одна осталась у родителей, вот они и решают всё за меня. А вы давно знаете, что я – не мальчик? Или Арий вам сразу это сказал?
Но Клеарх выдавать друга не стал:
– Арий не говорил. И Фотий твою тайну хранит строго. Я сам догадался.
– По каким признакам? Я чем-то себя выдала?
– Да у тебя все повадки – девичьи. И личико милое. И руки тонкие, нежные. И голос уже должен был сломаться, огрубеть, а у тебя – девичий. Кадыка нет совсем, и даже не намечается. И еще заметил: когда ты сидишь, и Фотий бросает тебе что-то на колени, ты, чтобы поймать предмет, колени не сжимаешь, а разводишь. Явно по привычке. Так делают женщины. Им так удобнее ловить в юбку, как в мешок. Ну, или как в сеть. А мужчины юбок не носят, поэтому они ноги сдвигают, чтобы предмет не провалился между коленями.
– Какой вы наблюдательный… – удивилась Магда.
– Конечно. Поэтому и жив до сих пор. Поэтому и командиром меня назначили. А как иначе, Магда?
Она растерялась:
– Откуда имя мое знаете?
Он хмыкнул:
– Так ведь твой прекрасный рыцарь только что всем об этом сообщил. Я тоже их разговоры слушал. Только был по другую сторону от костра, и ты меня не видела. А я же наблюдательный, я всегда держу в поле зрения всю округу, чтобы враг не подкрался незамеченным. Вот и тебя сразу приметил. А когда Каллист стал очередной победой хвастаться, имя девушки назвал, а ты после этого в темноту кинулась, я и смекнул, что к чему. Понял, что о тебе он рассказывал.
– Да уж, на весь белый свет ославил… Я только не знаю, что мне теперь делать. С Каллистом общаться даже не собираюсь. Не хочу ему лишний раз о себе напоминать. Не хочу быть объектом насмешек. К родителям вернуться пока не готова. Можно мне остаться здесь еще на какое-то время?
Он пожал плечами:
– Ну, останься пока. Подумай, что тебе делать дальше. Только охламонам моим на глаза старайся не попадаться. Вдруг не один я такой наблюдательный…
Еще раз погладив ее по спутанным коротким волосам, он развернулся и исчез в ночном мраке. А Магда уселась прямо на землю тут же, под деревом, потому что ноги ее не держали.
Неисповедимы пути господни… Меньше всего она ожидала получить поддержку от сурового командира, которого боялись даже самые смелые рыцари. А вот прекрасный Каллист, к которому она рвалась всей душой и ради которого сбежала от родителей, оказался негодяем.
Элим все-таки собрался поехать к королю. Лето на исходе, надо торопиться. А то зарядят нудные осенние дожди, а по распутице ехать – лошадей не напасешься. Да и мокнуть, мерзнуть под холодным дождем совсем не хочется. Поэтому он поспешил отправиться в столицу королевства, пока тепло и сухо.
Взял с собой большой отряд рыцарей. Не столько ради защиты, сколько ради престижа. Так что в Хариту он въехал с нарядной свитой, чем привлек внимание горожан.
Флавия в этот момент выходила из лавки, куда ходила за овощами. Увидела герцога – и застыла на месте. Когда отряд проехал мимо нее, опомнилась и со всех ног кинулась домой.
– Госпожа Регина, госпожа Регина, беда!
– Что такое? Чего ты так всполошилась?
Немного отдышавшись, Флавия заголосила:
– Только что к королевскому дворцу с отрядом всадников проследовал его светлость Рубентий Элим!
У Регины сердце пропустило пару ударов, но она быстро взяла себя в руки:
– Ну и что ты так голосишь? Король – его сюзерен. Конечно, он время от времени здесь бывает по делам.
– Знаю я эти дела, – сварливо отозвалась Флавия. – Небось, приехал, чтобы наш Хион забрать назад. И вы тогда вынуждены будете назад вернуться, и я с вами. А мне так не хочется уезжать из Хариты!
Регина улыбнулась. Вот оно что! Девушке просто понравилась столичная жизнь, положение прислуги в доме – страшно сказать! – королевского секретаря. Это ей подходило больше, чем быть служанкой в маленьком, богом забытом Хионе. Эх, знала бы она, какую опасность на самом деле представляет Рубентий Элим… Не так бы заголосила! Однако пугать служанку Регина не стала. Ее непростые отношения с Элимом должны как можно дольше оставаться тайной. Так для всех будет спокойнее.
Арий в этот день был выходной, поэтому во дворец не ходил. Занимался другими делами, дома появился только к вечеру.
После ужина, сидя с мужем у камина, Регина сказала:
– В Хариту приехал Элим. Флавия его видела. Решила, что он будет пытаться у короля выпросить назад Хион.
– Вот мерзавец! – взорвался Арий. – Никак не успокоится! Что он здесь забыл? Неужели тебя ищет?
– Не думаю… Вряд ли он знает, что я здесь. Ни Илария, ни Гранон не могли сказать. Хотя, может, из слуг кто-то проболтался…
– Завтра мое