Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич
Волнуясь, спустившись в гостиную, торопила наших дам, приступая к сборам.
— Наряды оденем в придорожной таверне, всё укладывайте в эти кожаные дорожные сундуки, выезжаем ночью, боюсь, что завтра уже будет поздно.
Со стороны гор раздавались характерные звуки, к нам прорывался отряд спасателей, очевидно, волнуясь о нашей безопасности.
Абсурдная ситуация. Вопреки общепризнанным канонам дамы абсолютно не хотели быть спасёнными и не ждали своих рыцарей на крепостной стене, в волнении теребя платочки. Отметила суетливую торопливость леди Вайолет, которая всё же подходила в тревоге несколько раз к окну, и сосредоточенную собранность миледи Иннес, собирающую себя и дочь.
Дорожных сумок и сундуков катастрофически не хватало. Их не было больше ни в одних покоях. И у меня просто не было иного выхода, как проникнуть со стороны лабиринта в заколоченные покои и гардеробную комнату донны Федерико Рамирез, которые не посещались с тех самых времён… думаю с самих её похорон.
Сердце колотилось в висках. Задёрнутый полог на кровати мне показалось, будто шелохнулся, приоткрывая маленькую щёлку. Она наблюдала за мной. Душа, что так долго оказалась, привязана к месту, из которого так нелепо ушла из жизни. Мы так часто беспокоили этот страдающий сгусток энергии, который хотел только покоя. Я словно ощущала её боль.
— Простите меня донна, мы скоро покинем замок, мне, почему-то кажется, что для нас здесь находится очень опасно. Можно я возьму в гардеробной ваши саквояжи?
Взяв зажжённую свечу, я заглянула в её гардеробную комнату, окончательно осознавая, что в этих комнатах так никого и не было с самого момента её трагической смерти. Моя тень дрожала на стене, следуя за мной всюду, вселяя в разум ещё большее беспокойство:
— О какое чудо, я благодарю вас, — шептала извиняющимся тоном, пожалев уже, что не наведалась в покои прислуги. Но обыскав многие из них, я не нашла саквояжей, или дорожных сундуков. Семья уезжала и с переездом забирала всё с собой.
Взяв две хорошо сохранившиеся сумки оказавшимися совершенно пустыми, тронув рукой висевшие вековые наряды, я быстрыми шагами направилась в лабиринт.
Она со мной словно прощалась, прося позаботиться о девочке Эйлис, которая так напоминала ей Росану. Словно предупреждая о чём-то.
И снова лабиринт, своя спальня и список, что составила накануне по которому необходимо собрать все вещи.
Как всегда, всё в спешном порядке. Да что же это такое! Не успела вшить золотые слитки в нижние юбки, как собиралась. Сложила золотистые кирпичики в свою большую дорожную косметичку, вытащив оттуда всё лишнее, замотала её в капюшон от пуховика, а затем разместила на дно одной из сумок, небольшой и очень удобной. Разравнивая руками. С другой сумкой я поступила также, только в ход пошли золотые дублоны, и все ювелирные украшения. Все эти мешочки и шкатулочки, сложив в пакет и аккуратно замотав в палантин, я также уложила на дно другой сумки.
Всё разровняла, заполняя пустоты вещами. А затем из плотной ткани, вырезанной из сумки со сломанными колёсиками, с которой я попала в этот мир, в несколько слоёв изготовила второе дно для каждого саквояжа.
Вложив своё изобретение, плотно всё прижав, примётывала его ровными стежками к бокам внутренней ткани сумки, используя самую толстую иглу и нить.
Сверху занял место сложенный мой новый наряд, нижние юбки, кое-что из белья, полотенец, салфеток и всего женского. Как же много хотелось взять с собой. Все одежды, которые я шила сама себе, шубки, документы и дневники и записи Кристин. Нашла в библиотеке томик Шекспира, думаю, для меня его кто-то оставил. Новый камзол, штаны и одежды для Филиппа.
Копии старых карт князя Давида. Бутылочки, прочно закупоренные с непонятными жидкостями из лаборатории Армана и каталог к ним на латинском языке. Подсохшие соцветия, что набирали с Филиппом, сложила в плотную наволочку. Когда успело столько всего скопиться! Как необходимо всё это вместить в сумки и маленький рюкзак за спину.
Хотя стоп, я не сделала самое главное. Я всё же решилась сама для себя, это важно и просто необходимо.
Закрывшись в кабинете, аккуратно опустила иголочку в колечке с сапфиром в яд, что был в одной из бутылочек от Армана, вернула её обратно под самоцвет, нажав маленькую деталь узора. Затем снова деталь узора, появившуюся иголочку, обмакнула в жидкость второй раз, и так множество повторений.
Не знала, как по-другому можно влить под камень ядовитый состав. Пусть будет хоть так, для надёжности и поддержки своего самообладания. Это заняло много времени, ведь всё нужно было сделать очень осторожно, не хватало ещё поранить саму себя. Я хоть и принимала по миллиграммам яд, но думаю организм, ещё был не готов к большим его атакам.
Стилеты легли в потайные карманы. Я не такой виртуоз, как Кристин. Но на тренировках старалась добиться хоть каких-то результатов.
Наконец-то всё готово. Ныло натруженное плечо, поставила сумки возле колонн самого большого камина своих покоев. А затем пошла к дамам.
— Иннес пойдёмте в часовню, возьмите с собой дочь.
— Я с вами, ваша светлость!
— Донна Вайолет? Вы снова решили поменять вероисповедание?
— Знаете, я всегда была в душе католичкой.
Женщина мило улыбалась, разве же ей откажешь.
— О, Мадонна!
Они повторяли за мной слова клятвы, а я чувствовала себя дядюшкой Франциском, который читал основы библии и католичества для Кристин.
— Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, Аминь.
Одела крестики своим теперь уже крестницам. Эйлис достался мой, маленький, который делала когда-то для меня Каталина, правда вместо шнурка подобрала прочную цепочку.
— Будь счастлива девочка моя.
— Как всё быстро прошло, это разве служба? — леди Вайолет капризно поджала губки. Что это с ней?
Помолившись в часовне и приняв ужин, одетые, мы ждали назначенного часа. Внутри нарастала тревога, мне казалось, что ещё чуть, чуть и будет поздно. Нужно было что-то решать, сумерки на улице усиливали беспокойство.
— Уходим, пойдёмте в мои покои.
— Как разве мы пойдём ни через основные двери?
Я хмуро обернулась на голос. Он всё больше служил для меня раздражающим фактором.
«— это просто нервы, и естественные переживания, она вскоре успокоится».
— Неукоснительно выполняйте мои приказы дамы, и всё будет хорошо.
Задраила входную дверь на