Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич
Все ключи от комнат в здании спрятала у себя в кабинете в стол. Проверила ещё раз наличие документов в сумке на поясе, внутри под юбками, и кинжалы в потайных карманах. Как пригодилось всё, чему нас учила Кристин.
— Дамы, проверьте все документы, они у вас собой? Может так получиться, что мы уже не вернёмся в Шотландию.
— Как так? — леди Вайолет нервничая не находила себе места.
— Я предупреждала вас все эти дни, просила подумать. Вы сами мне рассказывали про опасности, которые меня поджидают, если люди Ордена найдут меня. Почему вы так взволнованы?
Леди пристально посмотрела мне в глаза, а затем произнесла фразу, которая повергла меня в шок:
— Вы разве не понимаете, что они всё равно Вас найдут?
Я дёрнулась как от удара, действительно пришло понимание, чего-то очень страшного. Растерянность обрушилась волной. Что мне с ней делать? Я не могу её оставить в замке, она слишком много видела и слышала. А затем холод сковал сердце и мышцы лица, возможное решение, оно пришло мгновенно.
«— выход он всегда есть, только готовы ли вы к нему?».
Я не была готова, состояние было, словно меня ударили по голове.
Леди Вайолет, поставив сумку на пол, и медленно подходила к нам, что-то проговаривая об опасностях дальнего пути. А затем, взяв Эйлис на руки, сказала, что девочка останется с ней.
— Ни к чему брать ребёнка с собой, — её голос менялся, в нём звучала угроза. Словно холодной волной воздуха обдало меня, глаза девочки наполнялись слезами, она начинала бояться, что мамочка может уехать без неё. Ещё немного и раздастся её горький плач.
Остолбеневшая леди Иннес, бледная как стена стояла, не понимая, что происходит. Ситуация полностью выходила из-под контроля. В руках у дамы, которой ещё час назад мы все доверяли и верили, мелькнуло небольшое лезвие. Или мне это показалось?
Именно в этот момент поняла, я готова убить её.
Протягивая открытые ладони, показывая, что я совершенно безоружна, с открытым взором, и тихим растерянным голосом вопрошала.
— Если вы считаете, что ехать опасно, давайте не поедем, отчего вы так изменились? Нам нужно прийти в себя от всего этого. О чём вы говорите, зачем им меня искать? Пойдёмте, я провожу вас в гостиную, донна Вайолет, смотрите, я открываю двери покоев, пойдёмте. Мы все переволновались, столько дней одиночества. И Филипп, отправившись за помощью, он так и не вернулся.
Предлагая ей руку, смотря в бегающие, взволнованные глазки Вайолет, «нечаянно» задела перстнем, камнем, повёрнутым вовнутрь моей ладони, её руку. Как она неспокойна.
— Обопритесь на меня леди.
Я не знаю, что за яд поместила в кольцо. То, что было в бутылочке под номером 666, густое, тягучее и зеленоватое, мне показалось это символично.
Она, даже не заметив ранку, продолжала внушать мне шаткость моего положения. Пытаясь заглянуть в глаза, говорила, не выпуская из рук ребёнка, что меня обязательно поймают и мне придётся рассказать всё, что я знаю, ведь этим людям невозможно не рассказать правду. Что монастырь мне покажется раем по сравнению с камерой и вечным заключением, что я даже не представляю, какие люди стоят во главе Ордена, что обосновался в Лондоне.
— Вам нельзя уезжать из Шотландии, к барону из столицы приехал его друг, он окажет вам поддержку, и всё будет по-другому.
Её голос был неприятен, как я раньше этого не замечала, он просто отвратительный. Выйдя в коридор, она стала задыхаться.
— Присядьте в это кресло, леди Вайолет. Я принесу вам воды, конечно, мы никуда не уедем, смотрите, вам дурно стало. Давайте мне Эйлис, я её подержу, вы переволновались, так переживая за нас. Мы не отправимся в Париж, и я обязательно встречусь с бароном.
Глядела ей в глаза, забирая ребёнка.
— Что с вами, зачем у вас это в руках?
Действительно маленький кинжал, она безумна. Эйлис обняв меня за шею, прижалась дрожащим тельцем, господи, какая она худенькая.
— Сердце, мне плохо, — женщина тяжело дышала.
— Говорю же вы, перенервничали, — я сделала шаг назад.
Она бледнела на глазах, её взгляд, остановившись, переместился на окно.
— Простите, я всё-таки вынуждена вас оставить.
Я не знала, что делать, у меня не было выхода, в комнате меня ждала испуганная леди Инесс, ребёнок затих на руках.
Пусть судьба сама решает, покидая это место, я видела, что женщина ещё дышит. Она вдруг сделалась очень красной, будто вся кровь женщины прилила к лицу, бордовой тенью покрылись щёки, дыхание участилось.
Отнесла малышку её матери, а затем, открыв ключом двери в этот коридор, чтобы женщину можно было найти, распахнула её настежь.
Хотя, как они проникнут в дом, я же закрыла всё на надёжные замки. Не хотела об этом думать. Вернулась, сдвинула небольшую часть стекла на окне, позволяя проникнуть свежему воздуху, и прошла в свои покои, не оборачиваясь на леди Вайолет, сидящую в кресле и словно смотрящую в окно.
— Простите меня, леди.
Зайдя в комнаты, глянула на Иннес, закрыла основательно свои покои, пряча ключи.
— Как она? — Иннес была в тревоге. — Что она говорила? Зачем она забрала у нас Эйлис?
Это был шёпот, испуганной женщины.
— Сидит в кресле и молча приходит в себя. Нам нужно уходить, промедление может стоить жизни. Я не пойму, что с ней случилось.
— Она всё время медлила с платьями. Болтала, не умолкая.
— Леди Иннес, с этого дня никогда не молчите о своих подозрениях, на кону стоят наши жизни, и наша свобода.
Открыла вход в лабиринт. Повесила рюкзак за спину на простенький утеплённый жакет прошлого столетия. Взяв сумки в руки и попросив Эйлис держаться за ручку одной из них, зашла за колонну камина, небольшой простенок, он был с секретом. Иннес, последовала моему примеру, в последний момент я решила забрать сумку леди Вайолет, донесём как-нибудь, подумалось вдруг.
— Подождите леди Иннес, я заберу и оставшуюся сумку, — внесла её в лабиринт, затем утопив в стену выступающий камень, скрыла потаённый вход в покои.
— Тихо, пойдёмте за мной. Что у неё в этом сундуке, он право самый большой из всей клади. Я забрала его с собой