Ведовская. Говорящая с тенями - Анна Лерн

- Я кое-что обнаружил, Татьяна Фёдоровна... Очень странная и, признаться, жуткая информация. Мой дед в своё время выменял одну рукопись у беглого монаха из Соловецкого монастыря. Он, судя по записям, был одержим изучением природы того, кого называют Князем Тьмы. В этих хрониках описывается ритуал изгнания существа, чья сила подпитывается чужой болью. Монах писал, что такого врага нельзя убить обычным способом. Зло можно лишь «загнать обратно в преисподнюю», если обратить против него все те души, в смерти которых оно повинно. Я предполагаю, Татьяна Фёдоровна, что правило работает и для его отпрысков. Для тех, в ком течёт эта древняя тёмная кровь.

Я замерла с чашкой в руках.

- Но как это сделать, Соломон Маркович?

- Для этого требуется проводник, моя дорогая. Тот, кто стоит на границе миров. Это редчайший дар. Чтобы сплотить мёртвых, нужен человек, чей голос звучит для них так же отчётливо, как мой для вас. Такой медиум должен обладать невероятной душевной силой. Боюсь, в нашем просвещённом и одновременно погрязшем в пороках Петербурге найти человека с подобными талантами — задача почти невозможная. Все эти салонные гадалки и спириты - лишь дешёвое представление для скучающей публики. Но если всё-таки такой человек найдётся, ему придётся пойти на огромный риск…

Соломон Маркович замолчал, ожидая моей реакции. А я смотрела в свою чашку, и мне казалось, что из тёмной глубины появляется бледное лицо Юлиана.

«То, что живёт в твоей крови, сильнее тебя...».

Дорога домой казалась бесконечной. На душе было тоскливо и муторно, словно внутри меня поселился густой невский туман. Слова Соломона Марковича занозой засели в голове. «Тот, кто стоит на границе миров...». Неужели это действительно обо мне? Я смотрела на своё отражение в мутном стекле кареты и удивлялась. Разве так выглядит тот, кто способен бросить вызов древнему злу?

«Нет, это невозможно... - убеждала я себя, отворачиваясь от окна. – Да, у меня есть дар, но управлять миром мёртвых? Это же безумие…».

Отчаянно хотелось сейчас оказаться в своей библиотеке. Налить бокал густого красного вина, почувствовать, как от него по телу разливается приятное тепло, и просто посидеть в тишине, глядя на корешки книг. Нужно было разложить всё по полочкам, переварить полученную информацию.

Но, увы, всё пошло по совершенно другому сценарию.

Стоило переступить порог дома, как ко мне поспешила Прасковья. Она протянула конверт и сказала:

- Татьяна Фёдоровна, только что посыльный доставил. Сказал, что дело срочное.

Я с тяжёлым вздохом сорвала сургучную печать и сразу узнала почерк полковника Родина.

«Уважаемая Татьяна Фёдоровна!

Прошу Вашего немедленного присутствия на набережной Обводного канала, дом 17. Заброшенные склады за мукомольными мельницами. Место крайне неприятное, но обстоятельства не терпят отлагательств. Обнаружено тело с признаками, которые, боюсь, выходят за рамки обычного уголовного преступления. Зрелище не для слабонервных, но Ваше присутствие необходимо. Сам я задержусь в Департаменте на докладе у Его Превосходительства, но на месте Вас встретят и сопроводят внутрь.

Надеюсь на Вашу стойкость.

А. В. Родин».

Мечты о вине и тишине лопнули, как мыльный пузырь.

- Прасковья, - позвала я горничную, сворачивая письмо. - Вели Григорию не распрягать. Пусть снова подаёт экипаж.

Служанка ушла, а я снова натянула перчатки. Что делать… Работа – есть работа. Кроме Вальмонта в этом городе ещё полно нечисти.

* * *

Экипаж затормозил у высокого забора, за которым высились тёмные громады складов. До полудня оставалось всего лишь полчаса. Но небо цвета старого олова висело так низко, что, казалось, цеплялось за трубы заводов. Влажный холод мгновенно пробрался под пальто, как только я ступила на липкую, перемешанную с угольной пылью грязь.

От стоящих неподалёку жандармов отделился коренастый мужчина с рыжими бакенбардами. Он подошёл ко мне и, козырнув, предложил:

- Прошу следовать за мной, Татьяна Фёдоровна.

Мы миновали деревянные ворота и вошли внутрь огромного пакгауза*. Здесь пахло прелым зерном, сырым подвалом и.. смертью. Внутри было пусто. Огромное пространство с высоко расположенными стропилами тонуло в полумраке. Лишь несколько масляных фонарей, расставленных на полу, и два небольших окна под потолком рассеивали полутьму.

Я недоуменно огляделась.

- И где же тело?

- Поднимите голову, Татьяна Фёдоровна, - тихо произнёс жандарм.

Я настороженно проследила за его взглядом, устремлённым вверх. Туда, где перекрещивались массивные балки потолка.

- О Боже... - вырвалось у меня, и я непроизвольно отступила на шаг.

Это была женщина, застывшая в жутком подобии распятия. Её платье, изорванное в клочья, развевалось от сквозняка, как крылья подбитой птицы. Густые иссиня чёрные волосы женщины оплетали стропила таким образом, чтобы удерживать голову в определённом положении. Лицо было повернуто точно вниз, и пустые глазницы смотрели прямо на меня.

- Оставьте меня на несколько минут, - попросила я, повернувшись к своему сопровождающему. Он кивнул и сразу же вышел. Дверь за ним захлопнулась, оставив меня в звенящей тишине, нарушаемой заунывным завыванием ветра в щелях.

Я снова подняла голову. И, сделав глубокий вдох, приоткрыла «дверь» в своём сознании.

- Кто ты? - прошептала я, всматриваясь в пустые глазницы. - Кто тебя убил? Ответь мне.

Тишина. Лишь под весом тела неприятно поскрипывала старая стропильная балка. Я приготовилась повторить вопрос, сосредоточив всю свою волю на этой несчастной, и тут... мне почудилось движение. Да ладно... Этого не может быть. Наверное, просто тени от фонарей...

Но тут сердце пропустило удар. Губы убитой вдруг медленно растянулись в жутком неестественном оскале. Её волосы рассыпались тяжёлой блестящей волной, и покойница перевернулась в воздухе. Вцепившись в балку потемневшими пальцами, она начала перебирать конечностями, двигаясь по потолку с невероятной скоростью, словно огромный отвратительный паук. У меня даже на мгновение отобрало дар речи.

- Это что-то новенькое... А ну стой! - рявкнула я, бросаясь следом за тварью.

Снаружи послышался топот: видимо, жандарм услышал мой крик и рванул на помощь. Но мне было не до него. Подобрав юбки, я бежала по замусоренному полу, задрав голову, чтобы не потерять из вида пятно, мечущееся под потолком. Раздался оглушительный выстрел. Пуля расщепила балку в сантиметре от существа. Покойница издала звук, похожий на шипение змеи, резко метнулась вперёд и, с дикой силой пробив головой застеклённое окно под самым потолком, вывалилась наружу. Посыпался град осколков, сверкая в тусклом свете фонарей.

Я рванула на себя заднюю дверь. В лицо ударил сырой, пахнущий гнилью и речной водой ветер. Двор склада представлял собой