Катастрофа для декана - Ханна Леншер

Мое тело все еще горело, кровь бурлила от переизбытка адреналина и магии, а внутренний зверь бился в агонии от неудовлетворенного голода. Вкус ее губ — сладковатый, с привкусом крови и отчаянной, сметающей все преграды страсти — въелся мне в подкорку, сводя с ума.

Стоило нечеловеческих усилий воли не сдернуть с нее платье, не смахнуть со стола все бумаги и не сделать ее своей прямо там, под равнодушным светом кристаллов. Мой дракон орал, требуя заклеймить, привязать к себе так, чтобы ни у кого во всей империи не возникло даже мысли прикоснуться к ней.

Но я не только дракон, а еще и стратег. Умел просчитывать последствия.

Если бы я сорвался, мы бы сгорели оба. Лишенная чести невеста кронпринца — это не просто скандал, а государственная измена. Ирмину бы заклеймили позором, бросили в темницу или, что еще хуже, Лериан в приступе уязвленного самолюбия сломал бы окончательно. Сначала мне надо ее защитить.

Пока мы не перешли черту, у меня оставалось время найти слабое место в их политической игре и подготовить почву для ее спасения перед Зимним Солнцем. Но если бы я поставил метку сегодня, то не смог бы ее отпустить. Ни на шаг. Я бы разнес половину столицы, но не отдал бы ее Лериану. И тогда пролились бы реки крови.

Я потер гудящие виски, пытаясь унять дрожь в руках.

Вдруг тишину кабинета, все еще звенящую от нашего с ней магического резонанса, разорвал пронзительный, визгливый вой сирены.

Сигнал периметра. Вторжение.

Зверь внутри меня мгновенно сменил вектор ярости с ревности на боевой инстинкт. Я резко развернулся, на ходу хватая в руке дежурный переговорный артефакт.

Сигнал взвыл еще раз и внезапно осекся. Погас.

— Дежурный пост, доложите обстановку! — рявкнул я в кристалл.

— Магистр Тенебрис… — Голос дежурного звучал озадаченно. — Всплеск энергии в секторе Семи Ветров, северная дуга купола. Похоже на попытку пробития, но контакт прервался. Аномалий не наблюдаем.

Северная дуга. Дикий лес. То самое место, где уже месяц стояла неестественная, мертвая тишина.

— Ясно. Оставаться на местах. Усилить наблюдение. Я проверю сектор лично.

Я отшвырнул кристалл и бросился к выходу. Распахнув дверь кабинета, я едва не столкнулся лоб в лоб с Ирминой.

Она стояла в коридоре, тяжело дыша. Ее форменная мантия была застегнута криво, губы припухли, а в расширенных глазах вместо недавней страсти плескалась боевая тревога.

— Что случилось? — выпалила она, увидев мое перекошенное лицо. — Сирена…

— Попытка прорыва в северном секторе. Сигнал прервался, — отчеканил я, уже направляясь к переходу, ведущему на стартовую площадку Восточной башни.

Я ожидал, что она вернется в общежитие, но вместо этого Ирмина пристроилась рядом, почти переходя на бег, чтобы поспевать за моим широким шагом.

— Ланарит, иди обратно! — рыкнул я через плечо.

— Я иду с вами, магистр, — упрямо процедила она. — Если там прорыв, вам понадобится поддержка. Мой резерв сейчас на пике.

— А если там засада? Вы забыли сценарии тактики ближнего боя?

Мы выскочили на круглую каменную площадку башни. Ледяной ветер ударил в лицо, заставляя поглубже вдохнуть сырой ночной воздух. Луна тускло освещала серебристый купол академии, натянутый над нами.

— Я не забыла. — Ирмина остановилась у самого края парапета, ветер растрепал ее сиреневые волосы. Глаза смотрели на меня с тем самым несгибаемым упрямством, за которое я готов был ее придушить и так отчаянно любил. — Но вы сами говорили: на войне нет безопасных ролей. И, кстати, я до сих пор не сдала вам норматив полета в двойке. Вы же не думаете, что я соглашусь лететь на ком-то другом?

Хотел бы я посадить ее под замок, но сейчас времени на споры не было. Сигнал мог быть отвлекающим маневром. А оставлять ее в пустых коридорах замка, когда в лесу творилось что-то непонятное, казалось мне еще опаснее.

— Только попробуй сорваться, Ланарит, — бросил я. — Десять нарядов вне очереди.

Я сделал шаг с парапета в пустоту, кости привычно, болезненно-сладко перестроились. Чешуя прорезала кожу. Через секунду огромный белый дракон расправил крылья, ловя восходящий поток, и с глухим ревом завис в воздухе у края башни.

Ирмина не колебалась ни секунды, словно это не она боялась драконов, запрыгнула мне на шею, ловко, как заправская наездница, ухватилась за шипы за гребнем и прижалась всем телом к моей горячей чешуе.

Мы рванули к северному сектору.

Полет занял меньше минуты. Мы зависли над кромкой Дикого леса. Внизу, в сплетении черных, скрюченных ветвей, клубилась липкая, неестественная тьма. Я просканировал пространство зрением дракона, но тепловых сигнатур не было. Ни гончих, ни химер. Пусто.

Я медленно опустился на каменистую просеку у самой границы купола и трансформировался обратно. Ирмина мягко спрыгнула рядом со мной.

Мы подошли вплотную к мерцающей магической преграде. На первый взгляд, щит был цел. Я поднял руку и пустил в плетение реставрирующий импульс белой магии, чтобы подсветить возможные микротрещины.

Купол вспыхнул. И в тот же миг, на высоте нескольких метров от земли, на его гладкой поверхности проступил огромный, выжженный кислотой контур.

— Странный прорыв, — нахмурился я, вглядываясь в искаженные, ломаные линии, которые не имели ничего общего с когтями или клыками химер.

— Эйдан… — голос Ирмины рядом со мной дрогнул. Я повернул голову и увидел, что она, не отрываясь, смотрит на выжженный узор, ее лицо побледнело в свете лун. — Это не прорыв.

Она подняла руку, обводя пальцем в воздухе контур наложенных друг на друга рун.

— Это часть символа. Я видела такой… Давно.

Меня словно ударило током. Я снова посмотрел на купол, складывая ломаные линии воедино. Она правильно заметила, это часть рисунка.

— Надо поднять записи о предыдущих ударах…

— Или дождаться следующего, и он докажет, что я права, — взяв веточку, Ирмина чертила ей рисунок на земле.

Глаз дракона, перечеркнутый изломанной молнией.

— Метка Чистых, — глухо выговорил я, чувствуя, как внутри все леденеет. Не от холода ночи, а от осознания масштаба проблемы.

Кто-то не пытался прорвать купол академии, а целенаправленно, рискуя быть сожженным защитным полем, оставлял нам послание. И судя по этому знаку, Дикий лес был далеко не самой страшной угрозой, нависшей над нашими головами.

Надо сообщить во дворец.

Глава 26. Ирмина

Я сидела на