Ты моё проклятие - Анастасия Итрухина

Осознание пришло холодной волной: я сейчас сгорю заживо. Как тогда. Как в прошлой жизни. Надо бежать!

Этот страх придал мне сил. Я рванула к выходу, спотыкаясь о падающие с полок банки, ощущая на себе жаркий ветерок от огня. Я выскочила на улицу, глотая свежий воздух, и тут же услышала тревожные крики соседей, вой пожарной сирены - кто-то уже вызывал пожарных. Огнеборцы шестой разворачивали длинные шланги и заливали огонь. Пребывая в состоянии шока, я не могла отследить ход времени. Соседи подходили ко мне и сочувствовали, искренне, ведь многие из них понравились благодаря моим чаям и мазям.

Я стояла перед почерневшим остовом «Избы Веды», и во рту был вкус пепла. Тот самый, знакомый до тошноты вкус — пепла из прошлого, вызывающий лишь чувство животного страха. Пожарные давно уехали, зеваки разошлись. Только бабушка Маша и дядя Вася молча сидели на лавочке напротив, смотря на меня с безмолвной жалостью, которая жгла больнее, чем огонь.

Но на этот раз страх отступал, вытесняемый холодной, яростной решимостью. Это был пинок. Знак свыше. Боги, давшие мне второй шанс, терпеливо наблюдали, как я шью платья и варю чаи, но их терпение лопнуло. Пламя стало их голосом: «Хватит прятаться. Делай то, ради чего мы тебя вернули».

Мщение. Чтобы уничтожить врага, нужно знать его в лицо.

Я достала телефон и нашла номер «Древа».

– Алло, Алиса Самойлова, – сказала я, и мой голос прозвучал непривычно твердо. – Мне нужен срочный отчет по заказу на родословную Святозаровых. Не предварительные данные, а все, что у вас есть на данный момент.

– Понимаю, но полное древо требует времени, – заволновалась менеджер. – Архивные записи фрагментарны…

– Меня интересует не древо до десятого колена, – перебила я. – Мне нужна цепочка. Святозар -> его дети -> их дети. Где пресеклась та или иная ветвь? Хочу понять, на ком остановился ваш поиск, и по какому именно потомку не хватает информации. Я могу помочь в поисках.

Согласовав, что завтра я заберу все имеющиеся материалы, я положила трубку. Одного «Древа» было мало. Мне нужен был другой путь.

Я вспомнила о церковных книгах, о метриках. «Древо» работало с архивами дистанционно. Но ведь где-то должны были сохраниться оригиналы? Или их оцифрованные копии?

Денис. Он знал все бюрократические ходы. Но я не могла вовлекать его в это. Обращаться к нему только в крайнем случае.

Вместо этого я отправилась в городскую библиотеку, в отдел краеведения. Пожилая женщина-библиограф с умными, добрыми глазами выслушала мой сбивчивый запрос о церковных метрических книгах Озерска X-XIX веков.

– По Святозаровым? – она задумалась, поправляя очки. – Если они были прихожанами, скажем, Церкви Рождества Пресвятой Богородицы в Озерске, то их метрики могли оцифровать и выложить в общий доступ. Но это если повезет. Часто такие документы хранятся в региональных архивах или… – она сделала значительную паузу, – в монастырских библиотеках. Местный Свято-Тихвинский монастырский комплекс имел обширные владения и вел свои летописи. Многие знатные семьи жертвовали на монастырь, и их имена вносились в синодики.

Монастырь. Сердце новой веры, пришедшей на смену старым богам. Ирония была изощренной. Мой враг мог дать мне подсказку.

Поблагодарив женщину, я вышла на улицу. В голове складывался план.

Вернувшись домой, я села за стол и достала ту самую металлическую визитку. Юрий Салазаров. Человек, которого я спасла. У него обширные связи. Имею ли я моральное право просить его о помощи?

Мне нужно было встретиться с ним снова. Но не сейчас. Человеку нужно поправиться.

Боги говорили со мной огнем. Что ж, я услышала. Пора отвечать на их зов. Пора вспомнить, кем я была. Не Алисой-травницей, а ведой Ладой, внучкой волхва, чей долг отомстить предателю нашей веры.

Я отложила визитку. Сначала — архив «Древа». Потом — монастырь. А уж затем — встреча с Салазаровым.

Папка, которую мне вручили в конторе «Древо», была на удивление тонкой. Слишком тонкой для многовековой истории рода. Менеджер, та самая улыбчивая женщина, на этот раз выглядела смущенной.

– Как видите, информации не так много, – она разложила передо мной распечатки и схемы. – После Святозара и его жены Анны, род, если можно так выразиться, раздваивается и уходит в тень.

Я вглядывалась в аккуратно составленное генеалогическое древо. От Святозара и Анны отходили пять линий – три сына и две дочери.

– Сыновья, – менеджер провела пальцем по мужским именам, – Иван, Федор и Петр Святозаровы. По ним данные крайне скудны. Иван погиб в стычке с разбойниками, Федор умер от лихорадки, Петр пропал без вести во время одного из походов. Ни на одном из них не указано жен или детей. Мужская линия, идущая непосредственно от Святозара, по всем нашим данным, пресекается.

Сердце зашлось странным чувством. Не радостью, нет. Слишком уж удобно. Три сына, три внезапные смерти. Словно кто-то выкорчевал молодые побеги могучего дерева. Неужели так работало мое проклятие? Месть тех, кого он предал, отправив на костер, через тех, кто предаст его. Разбойники не убивают, а грабят. И коли убили парня, то значит лихих людей специально навели. Лихорадку не подстроишь. Но нежели жена жаждала сбить мужа со свету, хватило бы просто не давать ему воды.

– А дочери? – спросила я, пересиливая ком в горле.

– А вот с дочерьми интереснее, – оживилась менеджер. – Анфиса и Марфа. Обе вышли замуж, сменили фамилии. Анфиса – на купца второй гильдии Сидорова. Марфа – на мелкопоместного дворянина Волкова. И здесь… – она достала еще несколько листков, – здесь род продолжается. Пусть и под другими фамилиями. Мы проследили ветвь Анфисы на три поколения вперед. Потом ее потомки теряются в мелких чиновниках и мещанах и обрывается совсем в периоды раскулачивания. А вот ветвь Марфы… – она сделала многозначительную паузу, – ветвь Марфы Волковой (в девичестве Святозаровой) оказалась более живучей. Ее прапраправнук, Степан Волков, уже в конце XIX века значится как успешный фабрикант. Дальнейшие поиски осложнены – в начале XX века многие документы были утрачены.

Я поблагодарила менеджера и вышла, сжимая в руках папку. В голове звенело. Мой враг не вымер. Его кровь, пусть и разбавленная, текла через поколения. Но куда именно привела ниточка от Марфы – оставалось загадкой. Пока что.

Теперь мой путь лежал в монастырь. Свято-Тихвинский комплекс возвышался на окраине города, его белоснежные стены и золотые купола сияли в послеобеденном солнце. Воздух