Брошенная невеста морского дракона.Хозяйка Штормового приюта - Юлий Люцифер

— Хорошо.

— Груз и команда регистрируются до входа.

— Это уже ваша часть.

— А ваша?

— Проверка корпуса, осадки, рулевого управления и погодных условий.

— Значит, мы договорились?

Риан медленно свернул схему.

— Мы договорились провести испытание. Не открыть гавань.

— Если судно войдёт безопасно, у вас не останется основания запрещать следующие входы при тех же условиях.

— Всегда находится новое основание.

— Приятно слышать такую честность от представителя закона.

Он посмотрел на меня с выражением, которое появлялось каждый раз, когда я загоняла его собственными словами в неудобный угол.

— До прибытия «Мелиссы» проверяем вход, — сказал он. — И вы остаётесь на берегу.

— Почему?

— Потому что на шлюпке понадобятся люди, умеющие грести, измерять глубину и управлять судном.

— Я могу записывать результаты.

— На берегу.

— В лодке данные будут точнее.

— Айрина.

Он впервые назвал меня без титула в присутствии других.

Марта сразу посмотрела на него. Эрден опустил глаза на схему, однако явно всё услышал.

Риан, кажется, тоже понял, но не стал исправляться.

— После истощения прошло меньше двух дней, — продолжил он. — Тея разрешила вам находиться на воде?

— Она не запрещала.

— Это не ответ.

— Я спрошу.

— Если она разрешит, пойдёте на второй лодке. Не на той, которая тянет плот.

— Согласна.

— И в спасательном поясе.

— Вы испытываете к нему личную привязанность?

— К поясу — нет. К людям, которых приходится вытаскивать из воды, тоже стараюсь не испытывать.

Марта положила ладони на стол.

— Прекрасно. Значит, сначала завтрак, потом испытания. Открывать гавань на пустой желудок я никому не позволю.

Через полчаса берег возле причала превратился в место подготовки небольшой военной операции.

Торен и Дален собрали плот из старых брёвен, связав их цепями. Сверху уложили камни и два ящика с песком. Риан лично проверил каждый узел, после чего велел добавить ещё одну страховочную верёвку.

— Если плот сорвётся, — сказал Дален, — он уйдёт к левой скале.

— Поэтому за ним пойдёт вторая лодка.

— Если вторая лодка попадёт между плотом и скалой, её раздавит.

— Она будет держаться снаружи.

— При боковом порыве снаружи как раз хуже.

Они спорили о положении лодки почти десять минут, пока Торен не предложил не отправлять вторую лодку за плотом вообще. Вместо этого он закрепил длинный свободный канат, который можно было перехватить с берега, если груз начнёт сносить внутри бухты.

Риан проверил расчёт и согласился.

Я наблюдала со стороны, записывая все решения.

Ни один человек не пытался доказать свою правоту только ради положения. Дален знал древесину и поведение плота. Торен — течение. Риан — безопасность судов. Каждый уступал, когда другой приводил убедительную причину.

Так должна была выглядеть власть.

Не как способность произнести последнее слово.

Как обязанность услышать необходимое до того, как это слово понадобится.

Тея разрешила мне выйти на второй лодке после осмотра.

— Пульс нормальный, — сказала она. — Линия на руке?

Я показала ладонь.

Серебряный след оставался почти незаметным.

— На воде может отозваться сильнее.

— Я не буду подключаться к системе.

— Дар не всегда спрашивает, собираетесь ли вы им пользоваться.

Она положила в карман моего плаща флакон с солёно-сладким раствором.

— При первом холоде в пальцах возвращаетесь.

— Если мы будем посередине входа?

— Тогда говорите Риану.

— Он и без того следит за каждым моим движением.

— Это облегчает мою работу.

— Вы слишком хорошо с ним сработались.

— Мне нравятся люди, которые понимают слово «опасно».

— Он понимает его настолько хорошо, что использует вместо приветствия.

Тея улыбнулась.

— Возможно, поэтому до сих пор жив.

Первой вышла патрульная шлюпка.

Риан сидел на носу рядом с Тореном. Два стражника работали вёслами, третий опускал мерную верёвку через каждые двадцать шагов. Эрден оставался на башне и подавал сигналы флагами, сравнивая положение лодки со старой схемой.

Мы шли следом на рыбацкой лодке.

Рядом со мной находился Дален, который отмечал состояние старых опор и подводных камней. Нисса осталась на берегу, хотя пыталась убедить всех, что весит меньше ящика с песком и потому почти не влияет на осадку.

Марта пресекла разговор одним взглядом.

У входа в бухту лодку слегка потянуло влево.

Я почувствовала это раньше, чем увидела изменение курса.

Серебряная линия на ладони стала теплее. Не холоднее, как при перегрузке Камня, а именно теплее. Повреждённый внутренний канал отзывался рядом, будто слабый толчок под кожей.

— Здесь поток меняется, — сказала я.

Дален посмотрел на воду.

— По поверхности почти не видно.

— Я чувствую знак.

— Без контакта?

— Мы рядом с ним.

Риан на первой лодке обернулся.

— Что?

— Возле повреждённой пластины поток возвращается в сторону бухты.

Он велел измерить глубину ещё раз.

Стражник опустил верёвку и назвал значение.

Вода оказалась глубже, чем на старой схеме, но разница была небольшой. Течение не представляло опасности для корабля, если тот входил достаточно медленно и держал нос правее.

Торен отметил участок красным флажком на временном буйке.

Дальше фарватер расширялся.

Мы прошли между северной скалой и старой каменной опорой. Здесь сохранились следы прежних навигационных знаков: пустые гнёзда, металлические кольца, оборванные цепи.

— Почему их не сняли после закрытия пролива? — спросила я.

— Дороже снимать, чем оставить, — ответил Дален. — Корона обычно хорошо считает расходы, когда они не приносят прибыли.

— Осторожнее, — сказал один из стражников.

— Я сказал о короне как учреждении, а не о короле как человеке.

— Это не всегда помогает на допросе.

Патрульная шлюпка прошла весь путь до причала, затем развернулась.

Вторая проверка была сложнее.

К рыбацкой лодке привязали нагруженный плот. Он сопротивлялся воде, медленно поворачивался и усиливал боковое давление на канат. Торен встал у руля, Риан занял место рядом и следил за ветром.

На первом участке плот потянуло к северному рифу.

Риан поднял руку, но не использовал магию сразу.

— Весло справа! — приказал Торен.

Двое мужчин одновременно налегли на длинное рулевое весло. Лодка выправила курс. Плот прошёл опасное место в нескольких шагах от камня.

— Штормовой дракон был бы проще, — заметил Дален.

Риан услышал.

— Если безопасность входа зависит от присутствия одного дракона, гавань не работает.

Я записала эту фразу.

Он увидел.

— Это не для договора.

— Теперь для отчёта.

— Вы записываете всё?

— Только важное.

— Это тревожит.

Внутри бухты плот начало сносить к левым сваям. Береговая команда перехватила длинный канат и удержала его, пока лодка меняла направление.

До причала дошли без повреждений.

Торен поднялся на берег и сразу начал перечислять необходимые временные меры:

два дополнительных буйка;

постоянная береговая лебёдка;

сигнальный флаг на северной скале;

правило входа только во время определённой высоты воды;

запрет судов с осадкой больше установленного предела;

два проводника вместо одного при боковом ветре.

Риан добавил