Брошенная невеста морского дракона.Хозяйка Штормового приюта - Юлий Люцифер

Я внесла ограничения в проект временных правил гавани.

— Название? — спросила Марта, когда мы вернулись в гостиницу.

— Какое название?

— У правил должно быть название.

— «Временный порядок безопасного входа в бухту Кайрна».

— Слишком длинно.

— Зато понятно.

— Моряки уснут раньше, чем дочитают до условий.

Риан снял мокрые перчатки.

— «Правила Штормовой гавани».

Я посмотрела на него.

— У нас нет зарегистрированной гавани.

— Это местное название, не юридический статус.

— Совет может придраться.

— Совет придерётся в любом случае.

Марта одобрительно кивнула.

— Штормовая гавань звучит лучше.

— Пока в документах останется бухта Кайрна, — согласилась я.

К полудню на башне заметили «Мелиссу».

Небольшая почтовая шхуна шла с северо-запада. На палубе лежали длинные балки, связанные в два ряда. Возле кормы были закреплены бочки со смолой, ящики с замками и несколько мешков строительной извести.

Капитан остановил судно за внешним рифом, как предписывал новый сигнал.

Торен и стражник Риана отправились к нему на лодке.

Мы ждали на берегу почти час.

За это время ветер дважды менялся. Эрден следил с башни. Риан измерял направление по маленькому флажку на причале. Я проверяла документы на груз, которые заранее передал Дален.

Наконец лодка вернулась.

— Капитан согласен, — сообщил Торен. — Но хочет письменное освобождение от ответственности, если повредит судно по вине проводника.

— Не получит, — ответила я.

— Тогда не войдёт.

— Можно разделить ответственность, — сказал Риан. — Проводник отвечает за указанный курс. Капитан — за исполнение команд и техническое состояние судна. Если происшествие связано с неверно обозначенной глубиной, ответственность берёт владелица бухты.

— Я не могу отвечать за подводный камень, которого нет на промерах.

— Можете отвечать только за данные, внесённые в акт испытания.

— А если глубина изменится между испытанием и входом?

— Поэтому указываем допустимый промежуток времени и высоту прилива.

Я перечитала черновик.

Условия были неприятными, но справедливыми.

— Хорошо. Составляем договор на один вход.

— Один? — спросил Торен.

— Это испытание. Постоянные правила утвердим после результата.

Капитан «Мелиссы» подписал договор на борту.

Перед входом команда убрала лишние паруса. Торен встал у рулевого, стражник Риана — на носу. Сам командующий остался на патрульной лодке рядом, готовый помочь, но не вмешиваться без необходимости.

Я находилась на причале с Мартой, Тееей и половиной острова.

Даже моряки задержанных шхун вышли смотреть.

Для них это было небольшое судно, входившее в старую бухту.

Для Кайрна — первый корабль, который пришёл сюда по своей воле после объявления нового порядка.

«Мелисса» миновала северный риф.

Паруса дрогнули. Корпус слегка повернуло влево, но Торен сразу исправил курс. Стражник подал сигнал с носа. На берегу двое мужчин натянули направляющий канат.

Шхуна прошла между временными буйками.

Возле повреждённого знака серебряная линия на моей ладони стала горячей. Я сжала пальцы, но не почувствовала ни холода, ни слабости.

Камень не включался.

Сеть просто отзывалась на проход судна.

На втором участке ветер ударил сбоку.

Риан поднял руку.

Воздух над водой едва заметно изменился. Парус на мгновение ослаб, но командующий не пытался толкнуть корабль или развернуть его. Он только снял самый резкий порыв, дав капитану несколько секунд на изменение положения парусов.

После этого опустил руку.

«Мелисса» продолжила путь самостоятельно.

Её корпус прошёл между каменной опорой и северным берегом.

На причале стало тихо.

Никто не кричал заранее, словно боялся спугнуть удачу.

Первый канат долетел до берега.

Дален поймал его и обернул вокруг временно укреплённой сваи. Второй приняли Торенов сын и моряк «Северной звезды».

Шхуна медленно остановилась у правой стороны причала.

Доски заскрипели, но выдержали.

Капитан «Мелиссы» сошёл на берег и посмотрел назад, словно сам не до конца верил, что корабль оказался в бухте.

— Могло быть хуже, — сказал он.

— Для первого входа это почти похвала, — заметила Марта.

По берегу прошёл смех.

Напряжение исчезло сразу.

Мужчины начали разгружать балки. Нисса бегала с дощечкой и отмечала каждый ящик, пока Марта не поймала её за воротник и не напомнила держаться подальше от тяжёлых грузов.

Я подошла к капитану.

— Были участки, которые показались опасными?

— Первый поворот узкий. Без Торена я бы взял правее и сел на подводный выступ.

— Это нужно отметить.

— Внутри течение тянет к старому причалу.

— Мы установим дополнительный канат.

— В спокойную погоду войти можно. Ночью я бы не пошёл.

— Ночью вход запрещён.

— Правильно.

Он подписал акт успешного прохода, отдельно указав все замечания.

Риан поставил печать береговой стражи.

— Испытание завершено, — сказал он.

— Успешно, — уточнила я.

— С ограничениями.

— Они уже внесены.

— Теперь вы скажете, что гавань открыта?

— Не пролив. Гавань.

Он посмотрел на собравшихся людей.

— Один корабль не создаёт постоянного порядка.

— Поэтому завтра примем второй по тем же правилам, если будет желающий.

— Вы уже знаете, что будет.

Я не знала наверняка.

Но в бухте стояли два торговых судна, капитаны которых только что увидели безопасный вход. Их команды через несколько дней должны были рассказать о нём в других портах.

Этого хватало для начала.

Я поднялась на ступень причала, чтобы меня слышали островитяне и моряки.

— С этого дня бухта Кайрна принимает небольшие суда в светлое время, при подходящей погоде и только с местным проводником. Восточный пролив остаётся закрытым. Проход через внешние линии запрещён. Гавань работает как место стоянки, ремонта и укрытия.

— Плата какая? — крикнул кто-то из моряков.

— За проводника, причал, хранение груза и проживание — по утверждённому списку. Чрезвычайная помощь людям остаётся бесплатной. Расходы на материалы возмещаются отдельно.

— А если у капитана нет денег?

— Договоримся о товаре или работе.

Марта тихо произнесла рядом:

— Теперь Торен точно скажет, что у нас отдельное королевство.

— Пока только прайс.

Капитан «Мелиссы» оплатил одну ночь стоянки, питание команды и хранение части груза до утра. Два плотника с судна попросили комнаты, потому что собирались помочь Далену установить балки и новые замки.

Все четыре пригодные комнаты оказались заняты.

Савер продолжал жить в бывшем кабинете управляющего. Корабельный лекарь вернулся на «Северную звезду», освободив одну комнату для старшего плотника. Второй согласился на койку в малой столовой за уменьшенную цену.

К вечеру в книге постояльцев появились пять новых записей.

В расходной — оплата стоянки, еды, хранения и работы проводников.

Денег было всё ещё мало по сравнению с будущими расходами.

Но теперь я видела не случайную выручку от людей, загнанных штормом.

Появилась модель, которую можно было повторять.

Корабль входил.

Получал проводника.

Платил за причал, воду и еду.

Команда оставляла деньги у островитян.

Мастера получали работу.

Гостиница — постояльцев.

Даже небольшой поток судов мог постепенно вернуть Кайрну жизнь.

Я закрыла книгу и посмотрела