Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

Ни при каких обстоятельствах Бринли не попробует его кровь на вкус.

Чёрт, а жаль.

Она затолкала эти запретные эмоции и терзающее желание, которых не должна испытывать, глубоко-глубоко внутрь.

Бринли справится. Мысленно она называла себя мастером диссоциации. Ей по силам разделить чувства и долг, чтобы довести дело до конца.

Это всё притворство. Как опытная рыбачка, Бринли заманивает Райкера в сети. Она и хищница, и приманка. Вероятно, поэтому она всё это чувствовала. Она просто хорошо вошла в роль. Слишком хорошо, судя по тому, как скручено в груди и мокро между ног.

Тело Бринли… просто реагирует на Райкера. Это ведь вполне естественно, да? Она вампир, он фейри с изумительным запахом. Разумеется, ей хочется его попробовать.

Но это ещё ничего не значит.

Легко сказать. Другое дело — убедить себя в том, что это правда.

Бринли подумала о сестре и держала в голове её образ, глубоко вдыхая и выдыхая. На третьем выдохе она чуть пришла в себя. По крайней мере, ей уже не так сильно хотелось… наброситься на Райкера.

Она справится.

Ради семьи.

Ради мести.

Ради себя.

Охранник по-прежнему был с ними в помещении. Бринли ощущала его присутствие, но его мужской запах не оказывал на неё никакого эффекта. В отличие от Райкера.

«Ты можешь покончить со всем этим прямо сейчас, — раздался голос на краю сознания Бринли. — Просто сделай это».

Она бы смогла. Она достаточно сильна, чтобы одолеть двух мужчин. Но план был другим. Если она сделает это сейчас, то не сможет сбежать. Потеряет свободу. Бринли более чем уверена, что Джелизетт будет недовольна безрассудством своей подопечной.

Нужно запастить терпением. Она не может перечеркнуть годы планирования просто потому, что капитан хорошо пахнет.

Это слишком нелепо.

Убийство Райкера в свадебную ночь станет предупреждением для его семьи и всех делегатов: тому, как они пренебрегают законами Республики и плюют на последствия, давно пора положить конец.

Поэтому Бринли должна придерживаться плана, а значит, перестать копаться в своих чувствах и сосредоточиться на фейри перед собой. Её будущей жертве.

Бринли вытянула руку, намереваясь взять бокал с кровавым вином, как вдруг её указательный палец коснулся чего-то тёплого.

Вампирша застыла. Её сердце замерло. Лёгкие сжались. Тени превратились в лёд в её венах.

Она прикоснулась к нему.

И…

Чёрт бы побрал это всё, но это не вызвало у неё отторжения. Это вовсе не было похоже на прикосновение к убийце её семьи.

Это было похоже на…

Чувство, будто она обрела дом.

Бринли поплыла. Голова закружилась так, что Бринли бы упала, если бы не сидела.

Это было…

Это…

Слишком.

Этого недостаточно.

Чёрт.

Она с трудом соображала.

Вдруг, вместо того, чтобы отстраниться и дать ей больше личного пространства, в котором она сейчас отчаянно нуждалась, пальцы Райкера скользнули по её ладони. Его длинные пальцы обхватили её запястье.

В этот момент сердце Бринли вспомнило, что оно вообще-то должно стучать. И забилось так, словно хотело сбежать из груди.

Она так долго всё это обдумывала, годами планировала, но почему-то ей ни разу не приходила в голову мысль, что капитан может её коснуться. Но вот она здесь, ведёт игру всей своей жизни, и при этом совершенно упустила из внимания такое развитие событий.

Бабочки затрепетали в её животе, вырвавшись на волю от малейшего прикосновения. Она пыталась поймать их всех и затолкать обратно. Сколько их в ней? Сколько чувств она сможет подавить, прежде чем они разорвут её изнутри?

Кто бы знал.

Бринли знала только одно: Райкер касался её. Казалось, они ступили на новую территорию. На новое игровое поле. И она не в курсе правил этой игры.

Ей ещё никогда не было так страшно. Даже в ту ночь, когда погибла вся её семья.

18. Столкновение вселенных

Одно прикосновение — и весь мир Райкера перевернулся.

А ведь это даже вышло непреднамеренно.

Едва он вошёл в комнату, аромат Бринли едва не снёс его с ног. В лесном домике эффект был слабее из-за других запахов, но сейчас Райкер прочувствовал всё в полной мере.

Пусть органы чувств фейри не так остры, как у вампиров, но он всё равно смог бы найти её среди толпы. От неё пахло вечерней прохладой и розами, распускающимися в ночи. Прежде он был равнодушен к цветам, но теперь ему хотелось окружить себя ими до конца своих дней.

Её запах пьянил, подобно бокалу крепчайшего фейского вина.

Райкер даже не заметил, как охранник подвёл его к столу. Едва-едва услышал слова о том, что официант подаст ужин через несколько минут.

Всё его внимание было сосредоточено на ней.

Наконец между ними нет никаких барьеров. Его от неё отдаляют лишь один хлипкий стол и две повязки на глазах.

Даже не видя, он чувствовал её. Его магия булькала внутри него, его вода жаждала поиграть с её тьмой. Такого никогда раньше не было. Обычно его магия спокойна, ждёт, когда он её призовёт, но сегодня всё иначе.

Он осторожно потянулся к бокалу вина, боясь случайно опрокинуть его, и тогда это случилось.

Он дотронулся до неё.

Кожа Бринли, нежная и прохладная, прикоснулась к его. Всего лишь малейшее прикосновение, как будто пёрышко скользнуло по его руке, но для Райкера это стало поворотным моментом. Как только они соприкоснулись, магия взбудоражилась в его венах. Он резко вдохнул. Его сердце колотилось.

Вселенные схлопнулись.

Он мечтал об этом моменте, но реальность превзошла самые смелые ожидания. Райкер уже давно не юнец, у него было немало партнёрш, но он никогда не испытывал ничего подобного.

И это всего лишь прикосновение.

Рука Бринли была мягкой, тогда как его — грубой, мозолистой. У неё гладкая, безупречная кожа. Хотя это было ожидаемо. Вампиры все такие — усовершенствованные версии своей прошлой смертной жизни.

Любопытно, что кожа у неё холодная. Не ледяная, но и однозначно не тёплая. Это могло бы напрячь его, оттолкнуть. Но вместо этого ему только сильнее захотелось окружить её своим теплом.

Она втянула воздух. Её ладонь застыла под его рукой. По-хорошему, стоило бы убрать руку, как подобает джентльмену, но он этого не сделал. В эту самую секунду Райкер совсем не чувствовал себе джентльменом. Лишиться этого единственного места соприкосновения всё равно что вонзить нож себе в живот.

Да он лучше умрёт.

Вместо того, чтобы опустить Бринли, он пошёл дальше. У неё перехватило дыхание, едва