Равнины гнева - Изабелла Халиди

Что могло бы объяснить отсутствие у нее какой-либо вербальной коммуникации с компанией, с которой она прибыла.

Вздохнув, Киан повернулся к наследнику Бакарии. — Слуги проводят вас в ваши комнаты. Отдохните столько времени, сколько вам нужно, сегодня я не требую вашего присутствия в обеденном зале. Завтра мы поговорим и назначим дату свадебной церемонии.

При этих словах Арела вскинула голову, приоткрыв губы. Огромные янтарные глаза впились в Киана, словно безмолвно умоляя его. Но для чего, он не мог знать. И поэтому он уставился прямо на нее, сцепив руки за спиной. Нисколько не беспокоясь о том, что некоторые — включая будущего короля королевства смилодонов, могут счесть это грубым и неуместным. Они еще не были женаты, но Киану действительно было наплевать. Он никогда не отступал перед вызовом, в том числе и перед женщиной, стоявшей перед ним.

К его великому удивлению, восточная принцесса выдержала его взгляд, нисколько не испугавшись его, мужчины, который не только был на голову выше ее, но и мог легко перекинуть ее стройную фигуру через плечо и унести прочь, даже не вспотев.

Что-то шевельнулось у него внутри.

Крошечный бутон любопытства к этой новой редкости. Тот, который ему нужно было исследовать и докопаться до сути.

Неважно, сколько времени это заняло бы.

Когда, казалось, прошли часы в том же духе, когда никто не произносил ни единого слова, а терпеливо ждал, когда их маленькое выяснение отношений подойдет к концу, именно Эдан наконец обрел голос.

— Ваше величество, — сказал он, откашлявшись. — Комнаты. Гости…

— Я передумал, — вмешался Киан, скривив губы. — Принцесса останется со мной.

Вокруг них раздались вздохи, больше от бакарийской толпы, чем от его собственной семьи, но Киан ожидал такой реакции.

— Ваше величество, — вмешался Фаиз, — это в высшей степени неуместно. Вы даже не помолвлены, это было бы неодобрительно воспринято моими людьми как большое оскорбление. Простите меня, но я не могу этого допустить. Только после того, как у нее на пальце будет ваше королевское кольцо и подписано брачное соглашение между вашим величеством и Бакаром.

Все еще не сводя глаз с Арелы, Киан крикнул: — Дарселл, принеси мне кусок пергамента и что-нибудь, чем можно писать. И не забудь Королевскую печать.

В рекордно короткие сроки его главный советник вернулся с запрошенными предметами, и Киан начал: — Примите к сведению, Дарселл. Я, Киан Вилкас, Король и Правитель Королевства Тирос, принимаю в священный брак Арелу Ахаз, принцессу и единственную дочь Базела Ахаза из Династии Ахаз Королевства Бакар. Быть моей единственной законной женой в глазах небес и свидетелей, присутствующих здесь сегодня. Согласно договоренности с королем Бакара Базелем Ахазом, в обмен на руку его дочери, народ его королевства будет иметь право свободно использовать тиросские армии во время войны, которые будут без колебаний предоставлены тиросской короной.

Дарселл залил подпись Киана воском и, приложив к ней Королевскую печать, подождал несколько мгновений, пока она высохнет, прежде чем передать соглашение принцу Фаизу.

— Ваша рука, принцесса, — сказал король Ареле, чьи большие глаза были похожи на два больших блюдца, когда она молча протянула ему руку. Его личное кольцо с обсидиановой эмблемой страшного волка оказалось у нее на пальце, и, поднеся ее изящную руку к своим губам, Киан запечатлел нежный поцелуй на тыльной стороне нее. Не в силах отвести взгляд от таинственного существа, которое безвозвратно завладело его вниманием.

Отпустив ее руку и отступив в сторону, Киан жестом пригласил Арелу идти впереди него.

— После тебя, жена.

Если бы он только знал, какое кроткое будущее их ожидает, то, возможно, отправил бы свою молодую невесту куда-нибудь далеко-далеко.

ГЛАВА

26

Струйки жидкости стекали по ее коже, пока Дуна медленно приходила в себя.

Я в воде.

Ее глаза резко открылись.

Почему я в воде?

Напрягшись всем телом, она приготовилась броситься вперед. Сильная рука потянула ее назад, не давая пошевелиться.

— Все в порядке, — пробормотал Катал, и она расслабилась, положив голову ему на грудь, ее тело уютно устроилось между его напряженных бедер. — Я здесь, с тобой все в порядке.

Она закрыла глаза, наслаждаясь успокаивающим теплом, исходившим от него, и чувством полной безопасности. — Что случилось? Как мы сюда попали?

Мозолистые пальцы скользили по ее обнаженной плоти под водой, когда он поглаживал ее живот медленными, томными движениями. — Что последнее, что ты помнишь? — Его глубокий, бархатистый тон окутал ее, посылая дрожь по рукам, ногам, по самой гребаной душе. Подобно лесному пожару, который вспыхивает от случайной искры, каждая клеточка в ней была охвачена пламенем.

Словно почувствовав это, рука Катала опустилась, коснувшись ее холмика. Другой рукой он обхватил ее грудь, словно пробуя ее на вес, затем скользнул пальцами по нижней стороне, совершая движения взад-вперед. Терпеливо ожидая, пока Дуна ответит ему, он нежно поцеловал ее в висок, подбородок, спустился вдоль изгиба шеи, слегка облизывая и посасывая горло.

Низкий стон — это все, что у нее получилось, прежде чем она растворилась в нем. Затем события вернулись, заставляя ее сосредоточиться. — Я помню, как мы с отцом пошли к Бассейну и увидели там Петру. Потом появился ты, и Петра что-то сказала тебе, затем мой отец… — Словно сквозь туман, образы вернулись к ней. — Он солгал мне. Снова. И он, и Петра. Она все это время работала на него за моей спиной, и Мойра, и Лир, и… Йорк, правая рука Мадира.

Руки Катала замерли, словно застигнутые врасплох. Оторвав губы от ее кожи, он спросил: — Это то, что тебя так разозлило?

Этого вопроса она никак не ожидала. — Что ты имеешь в виду?

Его руки опустились, и он обхватил ее бедра снизу, перекинув каждую ногу по обе стороны ванны так, что они свесились через край. Его колени согнулись, удерживая ее раздвинутой.

— Катал

— Ш-ш-ш, позволь мне позаботиться о тебе, Дуна. — Его руки и губы вернулись в прежнее положение, дразня ее, пока он говорил. — Я имею в виду, — палец скользнул в ее гладкую серединку, проверяя возбуждение, прежде чем к нему присоединились еще два, — ты чувствовала себя преданной? Ты хотела причинить им боль? Чтобы наказать их за ложь тебе?

Ее спина выгнулась навстречу ему, когда он провел тыльной стороной ладони по ее пульсирующему клитору, надавливая на него, пока медленно трахал ее пальцем. Другой рукой он грубо массировал ее грудь, зашипев у ее шеи, когда она начала отталкиваться от его твердой длины.

— Порочная малышка. — Он лизнул ее пульс, пощипывая и перекатывая напряженный сосок. — Тебе