Затмение; Год 1666 – Части 2, 3 - Нора Ольвич
— Зачем нам эти участки в Лондоне?
— В конце тысяча шестьсот шестьдесят шестого года город сгорел дотла. Огонь пожирал всё, деревянные дома, склады, магазины, практически всё, он уничтожил средневековый Лондон внутри старой римской городской стены, а также распространившись за стену на запад, сжёг огромное количество трупов, что не успели похоронить вовремя эпидемии бубонной чумы.
Понимаешь? Купец отдал земли практически даром, рыдая, что потерял всё своё состояние. Все активы у него были вложены в товар, земли в западной части города никто не хотел покупать. Город восстанавливается по крохам, хотя центр уже практически застроен. Проблема в том, что указом градоначальника, лорда Томаса Бладворта, запрещено строительство любых зданий и сооружений из горючих материалов, в ход идёт только камень и кирпич.
— Почему ты не позвала меня?
— Ты начала бы составлять договора, прописывая на каждой странице права и обязанности сторон, и он бы «включил мозги», понимаешь? И не отдал бы их за эти деньги. Это просто великолепный коммерческий проект на будущее. Со временем мы возведём много каменных домов и будем сдавать их в аренду. Посмотри карту, в будущем это будет самый дорогой район Лондона.
— А если он тебя обманул?
Княжна разворачивала в тот вечер в нашей общей каюте документы с печатями королевской управы города на берегу Темзы, и показывала мне на спех составленный договор купли-продажи. — Я допустила ошибку, эта истерика, она не должна была случиться. Вела себя слишком легкомысленно, начиная с того момента, как подняли парус на судне. Прости. Моя склонённая голова была действительно весомым признаком раскаяния.
* * *
Это было несколько лет назад, такие перспективы казались мне чем-то отдалённо невероятными и несбыточным. Мы долго поднимали хозяйство в имении, которое за наше отсутствие пришло в ещё больший упадок.
Люди учились жить заново в других климатических условиях. Семьи разрабатывали земли и садили огороды, строились, разводили овец; одним словом, жизнь кипела и била ключом везде. Наделяя землёй поселенцев и закрепляя её за главой семьи в пожизненное, а далее наследуемое владение, мы давали им шанс на новые возможности в будущем. Мы привязывали их к этой земле, где ещё они могли владельцами своей судьбы?
Без устали искали кварцевый песок и поднимали отдалённую деревушку возле озера, обживали замок, закупая в Эдинбурге современную мебель и текстиль.
Распределяли покои для себя и леди Иннес с дочерью, пожилой кормилицы и её внуков, которых мадам Софи рожала без устали. Без внимания не остался никто. Мадам Марта стала бессменной нашей леди — управляющей. Её муж, шевалье Ноэль был управляющим всего имения.
На службу в замок брали только проверенных людей из семей, что прибыли вместе с нами.
Мужчины обеспечивали охрану и неприступность всего княжества. Мы это всё когда-то проходили и неукоснительно возводили, и налаживали вновь. Княжна была очень педантична и любила во всём идеальный порядок.
Как вы уже верно догадываетесь всё самое ценное было спрятано в тайниках. У меня не было возможности что-либо плавить в Испании, я была там как на ладони, и буквально у всех на виду.
Несколько раз мы ещё раз приносили найденные в пещере золотые самородки, готовясь к строительству в Лондоне. Я переплавила почти все украшения, найденные в Венеции, освобождая их от драгоценных каменьев, которые со временем через посредников планировала продать при дворе Людовика XIV.
В большом рабочем кабинете стояло три стола, за которыми без устали каждая леди, я не побоюсь сказать главные героини этого романа, работали над своими проектами.
Раздельный учёт осуществлялся по каждому направлению в развитии имения.
Всего навалилось столько, что я совершенно была не готова к визиту, к нам нашего соседа барона Мак-Грегора, который с подозрительным спокойствием рассказывал о своей тётушке леди Вайолет.
Оказывается, что решительная дама уехала из имения в гости к старшему брату барона во Францию, после того как проспала несколько суток у нас в замке в своих комнатах, забыв обо всём на свете.
Я была шокирована, так вот для чего она нас звала в Париж, хорошо, что мы в Лондон не уехали накануне его гибели. Изначально готовая по приезде к виду останков достойной леди, застывших в кресле возле моих покоев, если честно, то недоумевала о причине их отсутствия.
Но слушая рыжебородого крупного мужчину, что не упускал ни единой эмоции на моём лице, сканируя их своими холодными серо-голубыми глазами, совершенно спокойно вспоминала о тех событиях:
— Почему же проспала, она вышла нас провожать, мы даже собирались ехать вместе, но, когда она узнала, что мы не поедем в Париж, отказалась от этого путешествия. Была очень неприятная сцена, она испугала маленькую Эйлис, а, после обидевшись, не стала с нами общаться.
— Она таки осуществила свою мечту, ваша светлость. Живёт в пригороде Парижа и весьма довольна жизнью. Но тот отрезок своей жизни не хочет вспоминать вовсе, говоря, что ничего не помнит.
Его визит был недолог, мы всячески намекали соседу о своём желании жить уединённо. Понимая, что не к добру будут эти посещения, тем более что леди Кэролайн Мак-Грегор находится при дворе в Лондоне «и не намерена приезжать в эту глушь».
От этой новости мы просто вздохнули с небывалым облегчением.
«— несомненно, всё к лучшему».
А затем с доверенными людьми, спровоцировав ещё один обвал, постарались «закрыть» долину от непрошенных гостей.
Мой молочный брат Эрнесто Рэй, он был моей тенью. Зная историю своей супруги миссис Софии Рэй, просто считал своим долгом стать личным телохранителем и секретарём госпожи графини. Эрнесто сам выбрал для себя эту работу, а, возможно, кормилица научила его, казалось, он всегда был далёк от мнения света, но всё же осознавал свою значимость для меня. Молочный брат… а по сути, просто брат; суровый и взрослый. Просто мечта любой девушки.
— Княжна, вы спрашивали есть ли кто у меня на примете, достойный и несомненно самый лучший в этом мире?
Откинув голову, погрузившись в тёплый источник, я пыталась вернуть себе молодость, стараясь забыть, что нам всем уже «немного за тридцать».
— И?
— Мой лорд, он просто принц — вы, несомненно, знаете его.
— Угу, дорогая, я догадываюсь кто это. Сколько у него ног? Это тот самый, что недавно