Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3 - Елизавета Владимировна Соболянская
Александра покивала вновь:
— Гастроли, поездки, выступления в лучших домах — свобода передвижения, передачи данных и опасных веществ… Целая шпионская сеть, как я понимаю?
— Не только, — нахмурился Медведев, — когда в Особом отделе поняли, куда смотреть, сумели, пусть через третьи лица, доказать участие Британии в нескольких крупных скандалах с участием балерин и певиц. Сюда же добавились странные браки сыновей известных семей, потеря назначений из-за якобы случайно раскрытых семейных тайн… Я мельком видел списки, поверьте, мадам, это страшно! Столько благородных людей угодили в ловушку магов, считающих, что им все дозволено!
— К сожалению, ничто не ново под луной, — вздохнула Саша, — если бы ментальной магии не существовало, этих людей точно так же ловили бы на азарте, чувственных связях или долгах. Уверена, те, кто желал уничтожить династию, просто решили сэкономить. Один-два мага обходятся дешевле, чем выкуп долгов или карточная игра…
Полковник поморщился, но не возразил. Он лучше Александры знал, какие настроения порой царили в среде гвардейской молодежи. Крупных стычек и войн не случалось уже пару десятилетий, поэтому молодые офицеры считали, что карьеру сделать невозможно, звания даются строго по очереди и выслуге, а значит, можно пить, кутить и проводить время в объятиях певичек вместо строевой подготовки и маневров.
— Как эту ситуацию принял генерал Бенкендорф?
— Генерал эти две недели ночевал на службе, поскольку информации поступало так много, что его секретарь не всегда успевал перебелить донесения. Его высокопревосходительство каждый день докладывал его величеству все новые обстоятельства, иногда приезжая в Зимний с черновиками и сырыми докладами с мест, потому что без резолюции императора некоторые вопросы решить было невозможно!
Саша меланхолично помешала чай. Так вот с чем связан визит генерала Орлова!
Императору каждый день начали подавать бумаги, в которых отражались пугающие вещи — близость к нему шпионов, менталистов, вредителей… Детище императорской семьи — благотворительные школы, основанные Екатериной Великой, подержанные супругой Павла Петровича Марией Федоровной, подхваченные другими женщинами семьи, готовили тех, кто должен был эту семью уничтожить! Страшно!
Граф Орлов, «верный пес императора», решил сам взглянуть на пигалицу, которая невольно все это устроила. Планировал раздавить мошку, которая пугала его величество и всю императорскую семью? Или заручиться поддержкой? Что вообще он ожидал увидеть и что увидел?
Одни вопросы, а ответов Александра, скорее всего, не получит. Не того полета птица. Что ж, и эту информацию она положит в копилку «на подумать»…
Полковник между тем отхлебнул остывший чай, поморщился и вернулся к разговору:
— Император сам съездил к некоторым придворным, прихватив с собой генерала Бенкендорфа и господина Померанцева… В доме князя Меншикова гвардейцам пришлось тушить пожар и отбиваться от сбрендившей прислуги… Хорошо, что господин Померанцев сумел всех успокоить!
— Значит, менталиста перехватили? — сразу поняла Александра. — Помнится, господин Померанцев очень хотел его видеть!
— Да, благодаря свидетельству поручика Коломийцева мы нашли эту даму. Очень деятельную даму, — полковник вздохнул и повел плечами, словно отгонял дурные воспоминания. — Она преподавала рисование во всех трех институтах по рекомендации мадам Меншиковой. Опасная дама! Она даже вспомнила вас, Александра Николаевна, — тут Медведев снова передернул плечом и спародировал высокий дамский голос с немецким акцентом: «Ошень, ошень твердолобая дефочка! Никакой реакции на внушение! Ее хотели уволить из института за неуспеваемость, но этта деффочка вцепилась в учебу, как бульдог, и выпустилась с отличным аттестатом!»
Саша позволила себе улыбку, хотя ее продрало морозом по коже. Значит, эти мозги пытались сломать? Счастье, что Шурочка при всей внешней хрупкости оказалась крепким орешком! Так, может, ее внезапная смерть вызвана как раз ментальной нагрузкой? Если она была не нужна заговорщикам — слишком неудобная и упрямая, — почему ее не выдали замуж?
Хотя ответ, конечно, был — сирота, бесприданница… Услали в Псков «за ненадобностью», а потом… Просто ли так погиб господин Пешков? Или он что-то заподозрил? Учитель словесности, маг, тот, кто ежедневно общается с детьми и видит разницу в поведении, в реакциях, в мелочах…
— Ефим Александрович, — встрепенулась Саша, — детей императорской семьи проверил менталист? Скорее всего, у них тоже есть «спусковые крючки»…
— Александра Николаевна, — чуть укоризненно сказал полковник, — я размышлял, как преподнести вам эту страшную часть моего рассказа, а вы догадались сами…
— Моего отца убили, — уверенно сказала Саша, — потому что он заметил, что дети великокняжеской четы ведут себя как-то не так, и кому-то успел об этом сказать.
— Да, — свел черные брови Медведев. — К счастью, генерал Бенкендорф потянул за ниточку с нужного конца, так что доказательства есть. Даже на бумаге. Все виновные будут наказаны, не сомневайтесь.
— Я верю в то, что его высокопревосходительство никому не простит этого промаха, — отмахнулась Александра. — Но как удалось захватить менталиста? Она ведь могла поджарить мозги сразу многим!
— Не поверите, — хмыкнул Медведев, — но господин Померанцев взял на вооружение принцип ваших школьных амулетов — не противостояние, а уход в сторону. Все младшие сотрудники три дня сидели в коридорах и плели защитные амулеты от ментального воздействия, пока кузнец делал клеймо для выжигания нужного знака. Господин Померанцев провел проверку, немного доработал форму и… вместе с учениками и генералом Бенкендорфом лично навестил императорскую семью.
— О, — Саша не сдержала изумления, — его величество… очень разгневался?
Медведев усмехнулся и потер шею:
— Его величество не успел разгневаться. Как только господин генерал объявил, зачем он пришел, граф Орлов первым шагнул к менталисту и попросил уверить его, что он безопасен для его величества.
— И? — Саша нетерпеливо навалилась на стол, как школьница, понимая, что Орлов теперь не отстанет. Будет присматриваться, ходить кругами, пытаясь понять, как провинциальная «выскочка» добилась такого влияния.
— Господин Померанцев очень любит эффектные фразы, — вздохнул Медведев, — он сказал: «Вы не опасны, граф, а вот мадемуазель, которая стоит рядом с ее величеством…»
— Они добрались до фрейлин? Впрочем, их же набирают из «смолянок»… Неужели арестовали всех?
— Нет, работали тоньше, — полковник чуть расслабился и потянулся к розетке с вареньем.
— Ефим Александрович, не томите! — попросила Саша, наливая ему горячего чаю и придвигая корзинку с бубликами.
— Господин Померанцев надел на фрейлину амулет, тот самый, над которым