Третья дочь графа фон Дигби - Елена Галунец

Луи привёз меня в свой район, но ресторан находился в двух кварталах от «Муллеже». Заезжая на подземную парковку, я увидела название ресторана и с возмущением посмотрела на довольного маранольца.

— Другое название не мог придумать?

— Не мог, потому что все мысли только о тебе.

Как бы я ни сопротивлялась сама себе, но не могла не согласиться, что мне это очень сильно понравилось. Луи меня каждый раз не просто удивляет, а восхищает. Для меня он был и вправду слишком идеальным. Не встреть я Свирида, была бы в восторге от того, что такой красивый, умный, состоятельный мужчина принял меня такой, какая я есть. Всё было вроде бы безупречно, но я своим каким-то шестым чувством ощущала подвох и не могла понять, что не так. В его присутствии я всё равно была всегда немного напряжена, что не давало безоговорочно довериться мужчине.

Сотрудники ресторана «Салиса» знали, в честь кого он назван, так что, увидев сначала хозяина, а потом уже меня, вышли поздороваться. Посетителей было совсем немного — только два столика были заняты, но с учётом того, что район ещё не весь заселён и открытие было вчера, то, как по мне, и это было уже неплохо.

— Как тебе современный стиль? — спросил Луи, когда мы, сделав заказ, остались наедине.

Я окинула ещё раз пространство и повнимательнее осмотрела его. Открытая планировка, где нет глухих перегородок, увеличивала помещение, хотя всё же имелось чёткое зонирование — за счёт освещения и расстановки мебели. Высокие окна от пола до потолка, конечно же, пропускают максимум света днём, а сейчас, вечером, я наблюдала, как его заменяют встроенные светильники и лаконичные подвесы: тонкие металлические трубки, минималистичные шары из матового стекла. Стены — в нейтральной гамме: тёплый серый, графит, слоновая кость. На одной из стен — крупная фактурная панель из рельефных панелей под камень: она добавляет глубины, но не перегружает. Мебель строгих форм, без лишнего декора. Столы — из тёмного дуба с матовой текстурой. Стулья — с тонкими металлическими ножками и сиденьями из ткани с плотной текстурой. В лаунж-зоне — низкие диваны с прямыми спинками, подушки в тон, но чуть светлее. Барная зона — центральный элемент: столешница из кварцевого камня, подсветка снизу подчёркивает её объём. Над баром — открытые полки с бутылками и минималистичной посудой: прозрачные графины, стаканы простых форм, тарелки с чёткими краями. На столах — минимальные композиции: одиночный суккулент в лаконичном кашпо, камень на подставке, свеча в цилиндрическом стакане.

— Мне нравится, — честно озвучила своё мнение.

— Это мой тебе свадебный подарок. Густаф сказал, что через месяц ты будешь уже свободной, но ненадолго, — потянулся он за моей рукой, но я не позволила прикоснуться.

— Давай пока не поздно остановимся. Я не хочу больше никому врать. Наше общество уже тебя и так приняло, несмотря на герцога Глоттерфейского, так зачем тебе я?

— Мне с тобой комфортно. В тебе нет общепринятого женского поведения. Никогда не любил женские манипуляции, истерики, ужимки и флирт. А от их показушной реакции на подарки, которые они же и выпросили, у меня в прямом смысле дёргается глаз. У тебя мужской психотип, но ты умеешь вести себя на публике так, что не возможно не влюбиться.

— Ты говоришь о себе, а мои чувства тебя не интересуют. Я очень благодарна тебе за то, что помогаешь мне, но я лучше попрощаюсь навсегда с родителями и тобой, чем снова окажусь заложницей своего вранья. Я не хочу больше здесь оставаться.

— Не хотел тебя расстраивать, но, пока тебя не было, я перерыл всё, что касается ходоков. В разных источниках сказано, что они всегда возвращались домой, даже если другие миры были в тысячу раз лучше своего родного. Также я нашёл копии дневника одного из них, где было написано, что в какой-то момент он не смог переместиться и, как бы ни хотел, у него не вышло. Через несколько лет он снова предпринял попытку, но оказался в незнакомом мире. Так что я подожду, пока ты наиграешься в путешествия, вернёшься сюда и, смирившись примешь меня.

— Ты серьёзно? А можно мне почитать про это?

— Учи маранольский, и я тебе привезу всё, что пожелаешь.

— Ты меня расстроил, — сложила я руки на груди, но пришлось тут же сесть нормально, потому что официанты начали нас обслуживать.

— Предлагаю свою помощь в том, чтобы ты там смогла организовать доход для содержания бабушки и детей и больше не переживать о них, потому что перестанешь туда наведываться. И чем быстрее сможешь порвать с тем мужчиной, тем тебе будет легче, потом когда не сможешь туда уйти уже по независящим от тебя причинам. Не привязывайся к нему.

— Легко сказать. Я же не бездушная скотина! Ты мне соврал, когда говорил, что любил. Если бы любил, не предложил бы такое.

— Давай сменим тему. Я тебя предупредил и от своих слов не откажусь.

— Хорошо, расскажи, как идут дела у юристов.

После ужина Луи отвёз меня домой и проводил до двери. Целоваться не лез, и это было уже хорошо. Договорившись с ним о встрече на ярмарке, я наконец-то зашла внутрь. Букет нести в спальню я не стала, а поставила в вазу на кухне. Так как свет на первом этаже горел, то я знала, что Мариэлла дома, но она из своей комнаты не выходила, и я, уже раздеваясь на полпути, представляла, как залягу в ванну и почитаю романчик. Всё же за то время, что я пребывала в Кемпеле, я успела соскучиться по своим косметическим средствам. Не торопясь, я разделась, включила воду, налила побольше ароматной пены, затем выбрала, что почитать, и положила на маленький столик. Потом решила сходить за соком, и на кухне пришлось встретиться с Мариэллой.

— Добрый вечер, — поздоровалась я, даже просто из вредности.

— Здравствуй. Давно не виделись, — неожиданно ответила она, а я уж думала, что она, как и в прошлый раз, меня проигнорирует.

— Если мне дом не достанется, тебя тут оставят? — зачем-то спросила я.

— Нет. Леди де Аренберг предложила мне работу экономки у Грендкрутов. Через два месяца место освобождается.

— У них особняк чуть меньше этого, но там четверо детей. Много работы предстоит.

— А куда мне деваться?

Я не стала больше ничего говорить, налила в стакан сок и пошла к себе, тем более вода, скорее всего, уже набралась. Возле самой двери вдруг услышала звонок. Я