Огонь в его жилах - Руби Диксон

Если ему нравится мой запах, я должна дарить ему его как можно больше.

Закусив губу, я стягиваю джинсы. Но вместо того, чтобы снять трусики, я запускаю в них руку и начинаю ласкать себя.

Это не сексуально. На самом деле, я чувствую себя совершенно неловко. Я снова оглядываю пустую площадь, внутренне съеживаясь, но моя киска остается совершенно сухой. Мне нужно промокнуть, чтобы пропитать трусики своим запахом, но это не помогает. Дерьмо.

Совершенно расстроенная, я делаю глубокий вдох и пытаюсь расслабиться. Я закрываю глаза, представляя Лиама. Я думаю о той первой ночи на крыше, о первой ночи, когда наш флирт перешел на новый уровень, и он дал мне понять, что видит во мне нечто большее, чем просто хорошего друга. Что я так долго ничего о нем не знала. Я помню, сколько раз он заставлял меня краснеть, и ощущение его губ под моими, когда мы впервые поцеловались… и как быстро он взял ситуацию под контроль.

Я думаю о том, как он схватил меня за бедра и вошел в меня сзади. О боже, это было так чертовски сексуально. Или о том, как мы пошли в магазин для взрослых, и он заставил меня встать, чтобы полизать мою киску. Из меня вырывается тихий стон, и мои пальцы быстрее двигаются по складочкам. Я касаюсь своего клитора и представляю, что это его язык, и его руки крепко сжимают мои бедра и разводят их в стороны, чтобы он мог попробовать меня на вкус как можно глубже. Мои соски затвердели под футболкой, и я играю с одним из них, продолжая ласкать свою киску. Я уже мокрая и с силой сжимаю клитор, представляя, как Лиам, охваченный страстью ко мне, пожирает меня между бедер. Эта картина такая возбуждающая, такая восхитительная, что я начинаю кончать и, слегка вскрикнув в момент оргазма, продолжаю играть со своим клитором, пока не выжму из себя все до последней капли оргазма. Тяжело дыша и обессиленная, я оглядываю площадь, но ни один дракон не появился, чтобы посмотреть, как я кончаю. Ну и черт с ним.

Тогда надо поднять трусики на флагшток.

Я снимаю нижнее белье и провожу им по своим гладким складочкам, чтобы они хорошенько пропитались моим возбуждением. Когда они пропитываются ароматом «какая я крутая», я завязываю трусики вокруг застежки-флажка, а затем с помощью шнурков поднимаю свои маленькие розовые трусики в небо.

— Давайте, трусики, делайте свое дело, — бормочу я.

Конечно, ничего не происходит сразу. Я говорю себе, что он может быть с подветренной стороны, и мне нужно подождать, пока он не возьмет след. Он мог бы перейти на совершенно новую территорию. Он мог уйти, и другой дракон учуял запах моих трусиков и решил, что я принадлежу ему. Эта мысль наполняет меня внезапным ужасом.

Что, если этот дракон не Лиам?

Я прижимаю кончики пальцев к вискам. Нет. Нет. Это, должно быть, Лиам. Другого объяснения этому быть не может. Если мой запах не может привлечь его ко мне, то, возможно, это сделают мои мысли. В конце концов, он экстрасенс. Его щиты сняты, а разум открыт.

Пожалуйста, Лиам, — безмолвно умоляю я. — Пожалуйста, Аталим. Услышь меня. Почувствуй мой запах. Я жду тебя. Я буду твоей парой. А если ты этого не хочешь, я буду просто твоим другом… просто вернись ко мне.

Снова и снова я повторяю эти слова, как мантру. Я обхватываю колени руками, полностью обнаженная ниже пояса, сижу на площади и жду его. Я не хочу рисковать и скрывать свой запах, поэтому также снимаю футболку и остаюсь в одном лифчике и с косичкой.

И я так сильно наполняю свои мысли надеждой и мыслями о Лиаме, что мне становится больно.

Я так сильно его люблю.

Я так отчаянно по нему скучаю.

В воздухе повисает тяжесть. Не физическая тяжесть, а осознание. Волосы у меня на затылке встают дыбом, и у меня возникает ощущение, что я не одна. Я встаю на ноги и смотрю в небо, надеясь увидеть вспышку золотого крыла.

— Лиам? — зову я, и мой голос звенит на пустой площади. — Ты где-то там? Аталим? — Когда в ответ не раздается ничего, кроме свиста ветра, я кричу еще громче, вставая на цыпочки, как будто это увеличит мою громкость. — АТАЛИМ! Я ЗДЕСЬ! ЭТО АНДРЕА! ПРИДИ И НАЙДИ МЕНЯ!

Ничего.

Разочарованная, я вздыхаю и снова опускаюсь на землю. Может быть, мне просто кажется. Может быть, я вообще ничего не чувствовала, и это просто мой мозг подбрасывает мысли.

На площадь падает тень.

Я смотрю, как тень скользит по шоссе и скрывается за зданием, и мое сердце бешено колотится в груди от нетерпения.

— Лиам? — я зову снова. — Аталим?

На долгое мгновение снова воцаряется тишина, а затем я вижу его — золотого дракона, который разворачивается и летит низко-низко. Пока я наблюдаю, он снижается, маневрируя между зданиями грациозными взмахами крыльев.

Если это мой Аталим в облике дракона, то он массивный. Я с благоговейным трепетом смотрю, как дракон движется вперед с грациозной поступью. Несмотря на свои размеры, он двигается как пантера, хищно и бесшумно. Шея у него длинная и извилистая, а шипы выступают от лба вниз по затылку до самого позвоночника. Его голова более плоская и широкая, чем у Раста, с более глубоко посаженными глазами. Его крылья складываются на большом теле, а затем длинный змеевидный хвост ударяет по ближайшей машине.

Ноздри дракона раздуваются, а затем массивная голова опускается и смотрит мне прямо в лицо.

Его глаза, встречающиеся с моими, совершенно черные.

О, черт. По моей коже пробегает дрожь беспокойства, но потом я вспоминаю, что он также чувствует мой запах.

— Аталим, это ты, детка?

Ответа нет. Его голова опущена к земле, он наблюдает за мной, задние лапы подняты, хвост подрагивает. Это напоминает мне о том, как наша старая кошка набрасывалась на свою игрушечную мышку, и прямо сейчас я чувствую себя мышкой. Я потираю покрытые гусиной кожей руки, но не отступаю, потому что не хочу вести себя как жертва.

Он нависает надо мной, совершенно великолепный и пугающий.

— Скажи что-нибудь, — подсказываю я ему. — Сделай что-нибудь. Покажи мне, что это ты. Пожалуйста.

Темные вращающиеся глаза устремлены на меня, а одна передняя лапа небрежно тянется ко мне.

Я отступаю в сторону, не желая оказаться в ловушке, и ахаю, когда понимаю, что все его когти затупились.

— Это ты! — восклицаю я взволнованно. —