Пламя - Наталия Джастер

— Ты в порядке?

Блядь. Зачем я вообще пытался? Она знала меня лучше всех, и, возможно, даже была свидетельницей моего буйства против манекена.

Вина, гнев и беспокойство растаяли на моем языке.

— Меня гораздо больше волнует, как себя чувствуешь ты.

— Тебе не нужно обо мне беспокоиться.

— Но это мое пожизненное призвание. Разве ты не слышала? Мы неразрывно связаны.

— Ничто из этого не было твоих рук делом, — настаивала Бриар.

Мои глаза закрылись. Видение обгоревшего тела мелькнуло перед моими глазами, как, должно быть, мелькало и перед ее. Моя челюсть напряглась, а затем обмякла под ее прикосновением.

Открыв глаза, я сфокусировался на лице Бриар.

— Как и не твоих.

Сладкое смирение опустило ее черты, затем ее взгляд соскользнул на мои окровавленные костяшки пальцев.

— Ты ранен, — заволновалась она, отстраняясь и поглаживая суставы со свернувшейся кровью.

— Всего лишь несколько царапин, — отмахнулся я. — Как видишь, тренировочной полосе досталось больше. И пока это не мое лицо, меня это не беспокоит.

Убедившись, что рана не опасна для жизни, она рассеянно кивнула. Я наблюдал, как в ее голове шевелятся мысли, за губами скапливалась стопка слов. Эти серые радужки метались по лужайке, словно ища способ продолжить.

Мой голос стал глубже и обласкал воздух.

— Посмотри на меня, сладость. — И когда она перевела взгляд на меня, я шагнул ближе. — В чем дело?

— Мы должны действовать быстрее, — решилась она, затем покачала головой, отгоняя какую-то кощунственную мысль, пришедшую ей в голову. — Матушка кое-что предложила. Способ использовать Зиму как преимущество против Лета. — Ее глаза искали мои. — Но я отказалась это делать.

Мне потребовалась секунда. Всего одна секунда, чтобы взвесить эти слова.

Основываясь на выражении лица Бриар и истории политических маневров, не нужно было быть гением, чтобы догадаться, какую тему затронула Авалея, особенно после сегодняшней ночи. Когда до меня дошел смысл, температура моей крови подскочила. Красный цвет залил мое зрение, а собственническое шипение хлестнуло с языка, как кнут.

Мои пальцы впились в бедра Бриар и прижали ее к моей обнаженной груди.

— Он и близко к тебе не подойдет, блядь.

— Я знаю, — выпалила она; ее голос был выкован из стали, а пальцы вцепились в волосы на моем затылке.

— Правда? — спросил я, захватив ее подбородок между большим и указательным пальцами. — Ты знаешь, насколько сильно ты принадлежишь мне?

— Настолько же, насколько ты принадлежишь мне.

— Тогда пусть это будет последний раз, когда мы обсуждаем эту тему.

Иначе я срежу плоть с костей принца.

Раньше я умел скрывать необузданные эмоции. Ненависть. Злобу. Отвращение. Мне не составляло труда скрывать свои обманы и вести умную войну против моих врагов.

До этой принцессы. Она разорвала этот фасад в клочья давным-давно.

— Договорились, — сказала Бриар, ее ладони обхватили мой профиль. — Теперь матушка это понимает. — Губы принцессы изогнулись, когда она провела ими по моему рту. — Я ей сказала. И она в восторге за нас.

Акцент заставил мою челюсть расслабиться. Бриар рассказала матери о моем предложении и своем ответе.

Я издал хриплый смешок.

— Как она могла не прийти в восторг от перспективы иметь шута в семье? Я слышал, мы делаем вещи более интересными.

Мимолетная улыбка Бриар растаяла во вздохе.

— Начало нашего разговора было оплошностью, к которой в конечном итоге пришел бы любой правитель.

— И она действовала ради своего ребенка, который чуть не умер, — признал я. — К этому я могу отнестись с некоторым сочувствием.

— Так что у нас есть альтернатива. Оказывается, нам нужна Зима, но есть другой способ этого добиться.

Я склонил голову набок, мой большой палец томно скользнул по ее бедру.

— Я весь во внимании.

— Надеюсь, не только во внимании, — подстегнула она. — Осени понадобится твой язык.

На это мои губы искривились, и я порочно прошептал:

— Он в ее распоряжении.

Вместе мы строили планы. Ухаживания, а тем более помолвка, были бы банальной тактикой. К тому же, это не показалось бы искренним ни Лету, ни Осени.

Чтобы убедить Темные Сезоны, наш обман должен был быть более тонким.

Это ни в коем случае не отменяло того дерьма, что Джерин наговорил на пастбище. Скорее, это сделало его новой мишенью в моих глазах. Однако другие вопросы имели приоритет.

Сначала Лето. С Зимой мы разберемся позже.

Карма на вкус была сладко-притягательной на моем языке, как растопленный сахар, смешанный с алкоголем. Чтобы поиграть с эго Риза, нам придется преследовать Джерина. Для любого Сезона было бы самоубийством связываться с Зимой. Имея в своем распоряжении такое преимущество, Летний Король обмочится от страха.

— Этот план не даст Ризу атаковать, — доверительно сообщила Бриар. — Не желая ввязываться в конфликт с Зимой, он может вообще отказаться от нападения. Вполне возможно, он просто отступит.

— Лучший сценарий, — сказал я. — Хотя, нам придется попросить Зиму обозначить свою позицию.

— А это значит, что бы мы ни предложили взамен, это должно быть для него выгодным.

Мои глаза сузились от озорства.

— Есть еще вопрос со шпионами Риза, разбросанными по континенту. Мы как раз собирались поболтать об этом с Весной и Зимой.

Это была первоначальная причина, по которой мы не использовали эти знания в качестве ультиматума против Риза. Использование этих деталей в своих интересах вместо информирования Весны и Зимы уничтожило бы нас в долгосрочной перспективе. Кроме того, как напомнили нашему клану моральные компасы Эйра и Бриар, это был правильный поступок.

Не то чтобы я часто руководствовался подобными мотивами. Будучи морально неоднозначным игроком в этой группе, я оставлял этику рыцарю и принцессе.

Столбы с факелами и кленовые листья освещали темную атмосферу. Наши тени тянулись по земле. Если бы кто-то посмотрел, он бы увидел, как сливаются два силуэта.

— Если мы сделаем это, это укрепит доверие, — предсказала Бриар. — Но что касается заключения договора, нет никаких гарантий, что Джерин полностью ослабит поводья.

— Иногда все, что у нас есть, — это прыжок веры. — Я призраком провел губами по ее губам. — Нам просто нужно быть готовыми к шахматной партии.

— Как думаешь, мы справимся с этим?

Хитрая ухмылка растянула мои губы. Я отслеживал каждый шаг и жест Джерина, включая