Пламя - Наталия Джастер

Почувствовав брешь в его фасаде, я кивнул.

— Ее переведут, — ответил я, на словах ставя шахматную фигуру на место и осознавая пристальное внимание принцессы ко мне.

Да. Флэр будет переселена. Мы просто не скажем принцу, куда именно.

Джерин с тем же успехом мог бы рассматривать меня под микроскопом. Несмотря на это, он заглотил наживку, склонил голову и зашагал прочь. Но он остановился, когда мой голос бросил в него кусочек информации.

— Это твое единственное условие, — задумчиво произнес я. — Неужели ты не хочешь чего-то еще? Разве тебя не больше беспокоят будущие действия Осени по сравнению с тем, что предпримет Лето?

Голова принца повернулась через плечо.

— Ближе к делу.

С удовольствием, если Зима настаивает на том, чтобы притворяться, будто он уже сам все не понял.

— Должно быть, пленница много для тебя значит.

— Ни один Сезон не пугает Зиму. — Тени рассекали его черты. — И ни один дурак ничего не стоит.

Когда он исчез на ближайшей лестничной клетке башни, Бриар подошла ко мне. Вместе мы смотрели, как за принцем закрывается дверь.

— Безжалостно, — осудила она. — Но это не может быть его единственной ценой.

Мой кулак сжался вокруг второго кинжала, рукоять которого была спрятана под пальто.

— И не является.

Он ясно дал понять свое отношение к осенней кампании за эмансипацию, сомневаясь, что она будет представлять континентальную угрозу, и полагая, что мы потерпим впечатляющий крах. Поэтому переговоры с нами не вызывали у него беспокойства. Что касается Лета, Джерин, должно быть, пришел к выводу, что грязное, вспыльчивое безрассудство Риза было скорее долгосрочной проблемой.

Но на этом все не могло закончиться. Зима мог потребовать от нас чего угодно, так что, что бы он еще ни пытался извлечь из этой сделки, потребуется выдержка, чтобы это выяснить.

Издалека принц казался меньшим из двух зол. Увы, в этом и заключалась проблема людей, носящих маски. Уж мне ли не знать. В то время как мстительное Лето бушевало подобно буре, невозмутимая Зима источала холодную сдержанность. Не хочу показаться очевидным, но единственное, что может быть хуже тупого монстра вроде Сами-Знаете-Кого, — это монстр умный.

На данный момент невозможно было предсказать, кто из них окажется более смертоносным. Оставалось лишь гадать, заключили ли мы только что сделку с куда большим угнетателем, чем Риз.

31

Поэт

Хорошо, что у принцессы и ее шута был опыт в том, как держать врагов близко к себе. Имея это в виду, следующим вечером мы, как единое целое, направились в грушевый сад.

Длинные столы стояли между рядами деревьев, в корзинах лежали бушели сияющих груш, а на ветвях пульсировали гирлянды маково-оранжевых огней. Каденс, Пози и Вейл потягивали белое вино из бокалов и очаровывали совет, и все это ради того, чтобы укрепить нашу репутацию. В другом углу Элиот и Эйр проделывали то же самое с членами дворянства.

Бриар небрежно вышагивала рядом со мной, обвив пальцами мою руку, а ее коньячное платье шуршало по земле. Верхняя половина ее локонов была заплетена и зачесана назад к затылку, а остальные волосы петляли сквозь плетение в импровизированном низком хвосте, который свисал вдоль V-образного выреза на спине платья.

Для этого случая я решил выглядеть слегка сдержанно, сочетая изнеженную элегантность древнего фейри с растрепанной дерзостью разбойника. Кожаный жилет оставлял мои руки обнаженными. Но высокий воротник и застежки в виде мишеней компенсировали потенциально извращенное оголение кожи. Ромбовидный узор — самое близкое к типичному шутовскому наряду, что я когда-либо надевал — украшал жилет в оттенках воронова крыла и виски. Поэтому я смягчил остальное облегающими штанами, по бокам которых сквозь сетку проглядывали полоски плоти.

Ладно. Возможно, я вообще ничего не смягчил.

По другую сторону от Бриар, Джерин носил темно-синий пиджак до щиколоток, сшитый из бесценной шерсти и отороченный стально-серой нитью под цвет носков его сапог. Одеяние было застегнуто наглухо и облегало его массивную грудь, как смирительная рубашка, а такие же темно-синие штаны взбирались по утесам его ног.

Но впервые в своей деспотичной жизни он скинул эту щетинистую шкуру пальто, больше не выглядя так, словно тащит на плечах мертвого лося.

Не поймите меня неправильно. Меховое пальто было потрясающим по дизайну, хотя и невыносимо жарким даже для Осени, не говоря уже о сомнительном происхождении материала.

Со своего места во главе банкетного стола Авалея поднялась и поманила нас. Раздались звуки рожков, медный шум протрубил в воздухе, объявляя о нас.

В этот момент сотни голов повернулись в нашу сторону. После того, что произошло на кленовом пастбище, у придворных не было возможности осмыслить прибытие Джерина. Но сейчас они, блядь, это осмысливали.

— Поэт, Придворный Шут Осени.

— Бриар, Дочь Осени.

— Его Высочество, Джерин из Дома Северной Стены, Наследник Королев Сильвии и Дории, Принц Зимы.

Тот еще списочек. Неудивительно, что мужчина редко был многословен. За него всё говорили другие.

Изолированный, бесстрастный Зима был известен тем, что появлялся на празднествах без спутников. Поступить иначе означало проявить предвзятость, что редко ассоциировалось с систематичным двором Джерина. Ропот и перешептывания поплыли по саду. Придворные глазели на нашу троицу, слишком ошеломленные, чтобы сохранять нейтральные выражения лиц. Члены совета оживились, их капилляры лопались от одобрения. В конце концов, присутствующие рухнули на траву, кланяясь и приседая в реверансах.

Как только они поднялись, началась наша хореография. Принц повернулся к Бриар, взял ее свободную руку в свою и склонил голову. Усилив голос, Джерин произнес два жизненно важных слова:

— Ваше Высочество.

Не буду врать самому себе. Едва заметный контакт между ними заставил меня стиснуть зубы. Не потому, что я не доверял своей колючке. Скорее потому, что любой, кто прикасался к принцессе, рисковал лишиться печени.

Тем не менее, заявление достигло того, чего мы и ожидали. Оно повисло в воздухе, завладев всеобщим вниманием и вызвав гул по всей роще. Бриар сыграла свою роль, кивнув головой, словно ожидала от гостя не меньшего. Теперь, когда он выполнил первую задачу, она взяла инициативу в свои руки и высвободила свои пальцы из его.

Затем Джерин кивнул в мою сторону.

— Придворный Шут.

Изогнув бровь, словно вопросительный знак, я повторил его жест.

— Рад встрече, Зима.

Внешне я играл роль. Внутренне же я сдерживал себя, чтобы не обезглавить его на месте. Периферическим зрением я заметил, как принцесса расширила глаза и незаметно покачала головой, предупреждая меня вести себя прилично.

Завершив наше представление,