Третья дочь графа фон Дигби - Елена Галунец

— Здравствуйте, — поздоровалась она, глядя на Саню.

Тот, как всегда не особо любящий незнакомцев, прижался к моей ноге, но ответил.

— Сколько нас не было? — прошептала я, чтобы Агафья не слышала.

Мариэлла задумалась на пару секунд:

— Почти два года. Мы, если честно, уже и не ждали тебя… вас, — перевела она взгляд на Саню.

Я удивилась тому, как громко она это ответила, и мельком глянула на бабушку, которая с интересом нас с сыном рассматривала.

— Я тоже не знала, что смогу вернуться. Вижу, у вас всё хорошо. Как мои родители? Сёстры?

— Э-э… Дело в том, что господин Суинелле рассказал им, что ты ходок. Об этом знают только ваши близкие и моя мама. Остальные думают, что ты живёшь в Мараноле. После скандала мы с твоей матушкой больше не общались, и я ничего не знаю.

— Какого скандала? Когда это было? — напряглась я.

— Давно. Год, наверное, прошёл.

— Дай телефон, пожалуйста, — улыбнулась я, чтобы разрядить обстановку, но, похоже, это не помогло.

Мариэлла вела себя очень скованно, а её мама продолжала смотреть то на меня, то на Саню. Мне пришлось спросить у Агафьи про внука, чтобы хоть как-то вывести её из ступора. Та немного оживилась и начала жаловаться, что парень прогуливает школу, связавшись с плохой компанией. Я пообещала разобраться с этим, и, как только Мариэлла принесла телефон, я тут же в списке нашла номер Луи и набрала его. С замиранием сердца я ждала, когда услышу его голос, и почему-то разволновалась, как подросток.

— Слушаю, госпожа Шадман, — наконец ответил он.

— Луи, это я, — только и смогла я вымолвить.

— Салиса? — спросил он после небольшой паузы.

— Ты сможешь сейчас приехать? — спросила я, зная, что он, как всегда, ответит согласием.

После этого я хотела попросить его, чтобы он отвёз нас к моим родителям, но в ответ прозвучало совершенно не то, на что я рассчитывала. И я удивилась, потому что он так раньше никогда мне не отвечал.

— Нет. Я занят.

— Тогда, как освободишься, набери мою маму, я сейчас поеду к ней.

Я ждала, что он скажет своё обычное «хорошо», но он завершил звонок. Чем он так сильно занят? Пусть меня такое пренебрежение немного задело, но я не стала подавать вида при женщинах.

— Водитель тот же? Михаэль? — спросила я, желая поскорее поехать к родителям.

— Да, но он сейчас уехал за Фридом. Вот-вот должен вернуться, — ответила Мариэлла, продолжая чересчур внимательно меня разглядывать.

Она явно боролась со своим любопытством, но почему-то вопросов не задавала, а я была не в том настроении, чтобы отвечать.

— Пойдём, водички попьем, а то в горле пересохло, — потянула я сына на кухню.

Сане большой светлый дом нравился. Он вертел головой и с огромным любопытством разглядывал всё вокруг себя. Не успела я наполнить стакан, как услышала сигнал оповещающий открытие ворот. Прекрасно! Даже ждать не пришлось.

— Ты прямо так и пойдёшь? — преградила нам путь Мариэлла.

Я скосила глаза, чтобы посмотреть, во что я одета, и спохватилась. Ну да! Совершенно не подходящий вид для леди: джинсы и футболка. Но я не в люди собралась, так что вспоминать, что такое макияж, я сегодня точно не хотела.

— Так и пойду. Михаэль пусть в гараж заедет, и никто из соседей меня не увидит.

Мариэлла после этих слов побежала на улицу дать водителю распоряжение, а я, тяжко вздохнув, оглядела дом, по которому, оказывается, очень соскучилась. Когда через порог переступил непризнанный де Аренберг, я даже не узнала его. За два года он кардинально изменился. Вырос что в высоту, что в ширину. Вместо щуплого подростка на меня теперь смотрел вполне сформировавшийся молодой человек со слегка виднеющимися усами под носом.

— Леди! — пробасил Фридрих, чем напугал Саню.

Тот снова прижался к моей ноге и крепче взялся за руку.

— Добрый день. Что нового сегодня узнали на занятиях, господин Шадман?

— На *** эти занятия! Леди! Ты вернулась? Или погостить? — пошёл он к нам навстречу.

— Где ваши манеры? — строго спросила я, зная, как эта интонация на него раньше действовала.

Парень застыл на месте и явно смутился.

— Прошу простить меня, леди. Не совладал с эмоциями.

— Как только я решу свои дела, мы с вами обязательно поговорим, а сейчас я вынуждена вас покинуть, — перехватила поудобнее детскую ручку и направилась к двери.

— Я буду ждать, — ответил он, провожая меня восторженным взглядом.

Агафья, наблюдая за тем, как вытянулся по струнке её внук, улыбнулась, и я поняла, что вовремя вернулась домой. Парня нужно воспитывать.

Михаэль тоже обрадовался нам, особенно тому, как вырос Саня. В последний раз он его видел у меня на руках полугодовалого, а теперь мой мальчишка уже сам залез на заднее сиденье. Пока мы ехали, я смотрела, как изменился город, и водитель сам рассказывал, что появилось нового в нашем районе.

— Как вам там, в Мараноле, живётся? — спросил он, когда мы уже подъезжали к родительскому дому.

— Хорошо живётся, но дома лучше, — улыбнулась я.

Чем мне нравился Михаэль, так тем, что он работал на нашу семью много лет. Он меня ещё в лицей возил, так что мы могли с ним свободно общаться на любые темы. Проехав ворота, я увидела, как мама вышла, чтобы посмотреть, кого Михаэль привёз без предупреждения. Я специально не стала звонить ей, чтобы сделать сюрприз.

Водитель, как обычно, остановился на площадке и вышел, чтобы открыть мне дверь.

— Давненько вас не видела, Михаэль! Кто к нам пожаловал? — спустилась она на дорожку.

— Добрый день, леди фон Дигби. Маранольскую принцессу с принцем привёз, — усмехнулся он, выпуская меня из автомобиля.

Мама, увидев меня, замерла от неожиданности. На лице был виден весь спектр эмоций, и только когда я помогла Сане тоже выйти, она воскликнула:

— О Великий Урдер! Алессанро! Милый мой внучок! Как ты вырос!

Сын стойко терпел объятия пока ещё незнакомой ему женщины и, постоянно глядя на меня, ждал, когда я его спасу. Но мама не торопилась его отпускать, а я не хотела идти у него на поводу. Пусть привыкает к новой родне.

— Мама! Вообще-то я по тебе соскучилась, и мне хотелось бы, чтобы ты так среагировала на меня, — проговорила я, глянув на то, как водитель сел обратно за руль.

Я его просила пока не уезжать, потому что вдруг понадобится ещё куда-нибудь поехать или вернуться домой.

— Я