Игра похоти: Искушение - Хейзел Райли

Арес игриво гладит его по подбородку, а Тимос смотрит на это движение с таким видом, будто готов пойти под арест, лишь бы придушить его на месте.

— Предупреждаю, зубы у меня покрепче лошадиных, — шипит он. — Могу оттяпать пальцы одним укусом.

Афина хлопает в ладоши, пресекая любую дальнейшую перепалку в зародыше. — Мы можем вернуться к серьезным вещам, пожалуйста?

Взгляд Ареса, однако, устремлен куда-то вдаль. Его губы расплываются в лукавой усмешке, и я мгновенно понимаю, что в той комнате находится и Хелл. В конце концов, новый учебный год начнется через пару дней. Сегодня — прием фрешменов, так что она вполне может позволить себе его пропустить.

Тимос дает ему подзатыльник. — Хватит пялиться на её задницу и сосредоточься. Боже, ты меня в дурку сведешь.

— Наш приоритет на данный момент — не раскрытие секретов Пандоры, — подает голос Лав Лиакос. Она стоит в стороне, в кухонном уголке, с чашкой в руке. — Мы должны понять, что это такое и, прежде всего, где оно находится.

— И тут мы возвращаемся к корню всех проблем. Арес, — продолжает Хайдес. — Ты был одним из мозговых центров этого плана. Неужели ты ничего не помнишь?

Арес качает головой, впервые выказывая тень сожаления. — Я пытался. Ничего не лезет в голову. Может, меня чем-то накачали, я не знаю.

— Или ты просто тупой, — бормочет Тимос. — Как, мать твою, можно не помнить?

Оба сверлят друг друга яростными взглядами.

— Мы опять будем мусолить эту тему? Будто ты не донимал меня всё лето!

— Конечно, донимал! — повышает голос Тим. — Хоть мы и мотались по миру, это был не отпуск, Арес.

Мой кузен медлит. — Ах, нет?

Прежде чем ситуация окончательно выйдет из-под контроля, я влезаю в разговор и машу рукой перед вебкамерой. — Эй, остыньте оба. Термос, наберись терпения. Арес, попытайся хоть что-то вспомнить. Потому что, если не ты, вся ответственность ляжет на меня. А у меня нет ни малейшего желания тащить на себе такой груз.

Я далеко не дурак, но и способностей распутывать такие ребусы у меня нет. Иронично, учитывая, что мои игры на крыше строятся как раз на разгадывании загадок.

— ЦРУ работает над этим, но мы должны им помочь, — прерывает тишину Лав. — Вы все должны сотрудничать.

Её глаза останавливаются прямо на мне. Я одариваю её многозначительной улыбкой.

— Тимми, ты видел, как Гермес смотрит на твою сестру? По-моему, они уже перепихнулись, — вставляет Арес.

— Это неправда, — спешу я возразить, как только чувствую на себе взгляды остальных. — Но я над этим работаю.

— Только попробуй… — начинает Тимос, опасно приближаясь к экрану, словно может вылезти из планшета и врезать мне.

Я вскидываю руки. — Спокойно, спокойно. Твоя сестра странная. Она не чувствует ко мне сексуального влечения, в отличие от остального населения планеты. Не думаю, что между нами что-то когда-нибудь будет.

— Ладно, вы меня все достали, — бросает Зевс. Одним движением рук он разворачивает инвалидное кресло и начинает толкать его к двери. — Пойду учиться. Позовите, если у вас появится хоть одна умная мысль.

Он берется за ручку двери, но замирает. — Лиам? Пошли со мной, — добавляет он.

Лиам вскакивает с места, и проходя мимо Афины, пожимает плечами. — Прости, ты меня потеряла.

Слава богу, что у нас есть Лиам. Когда мне кажется, что всё вокруг — полнейшее дерьмо, его беззаботность всегда меня выручает.

По правде говоря, я и сам устал торчать здесь и обсуждать, как плохи наши дела. Я поднимаюсь на ноги, поправляя халат, наброшенный на голое тело, и потягиваюсь.

— Что ж, думаю, нам пора расходиться, — говорю я, подавляя зевок.

— У тебя есть дела поважнее, Гермес? — провокационно спрашивает Тимос.

Боже, и как только моя сестренка умудрялась спать с таким угрюмым козлом.

— Сегодня пятница, вечер открытия Игр Богов, — объясняю я. — Я позволил себе организовать свою игру на крыше.

У Афины, Аполлона и Хайдеса лица одинаково шокированные.

— Что? — восклицает сестра. — С какой стати?

— Есть один человек, с которым я хотел бы поиграть.

Я обхожу столик с iPad-ом и машу на прощание Аресу и Тиму. Подхожу к Лав в кухонный уголок; она внимательно меня сканирует.

— Думаю, нам стоит сосредоточиться на Пандоре, а не на играх, — заявляет Афина мне в спину.

— Я уже отправил свою шахматную фигуру. Игры состоятся сегодня вечером, и мы устроим небольшую вечеринку в честь открытия. Это не обсуждается.

Когда я берусь за кофейник, то понимаю, что он пуст. Лав одаривает меня извиняющейся улыбкой — она допила кофе, и сейчас держит в руке последнюю дымящуюся чашку. Я без труда забираю её; этот жест настолько застает её врасплох, что она даже не пытается сопротивляться. На ободке остался красный отпечаток её губной помады. Не сводя с неё глаз, я подношу чашку к лицу и прижимаюсь губами именно к тому месту, где остался след от блеска. Горьковатая жидкость заливает мне язык, едва заметно смешиваясь с фруктовым вкусом.

— Вкусный у тебя блеск для губ, — комментирую я.

— Ты на грани отвратительного. — Лав вздыхает и проходит мимо, задевая меня плечом. — Мой брат был прав насчет вас.

— Эй, ты куда? — окликаю я её. — Ты вроде как мой телохранитель. Тебе положено быть со мной и присматривать за мной. Мой дед может причинить мне вред.

Лав указывает на остальных членов семьи, рассредоточенных по гостиной. Хейвен и Хайдес стоят, наверняка готовые смыться, чтобы перепихнуться в какой-нибудь аудитории Йеля, которую они еще не «окрестили». Аполлона и след простыл. Посейдон и Гера о чем-то говорят с Афиной.

— Они здесь. Мне нужен перерыв. Как минимум до тех пор, пока не начнутся ваши дурацкие игры.

— И куда ты пойдешь? — настаиваю я, следуя за ней до самой двери.

Лав закатывает глаза и пытается захлопнуть за собой дверь, но я приближаюсь, вставляю ногу в проем и блокирую её.

— Я в музыкальный класс.

— Будешь сверлить взглядом пианино?

Лав поворачивается ко мне спиной и шагает прочь. Мне удается схватить её за рукав водолазки, и я снова притягиваю её к себе. Она резко оборачивается и меняет позицию, перехватывая моё запястье.

— Прошу, не выкручивай мне снова руку! — взвизгиваю я на одном дыхании. После тех двух раз я всерьез опасался, что она вывихнет мне плечо.

— Лайвли, что тебе еще нужно?

— Тебе нельзя в музыкальный класс.

— Это еще почему?

— Потому что он закрыт и откроется через… — Я сверяюсь со временем. — Ой, я опаздываешь.

— Опаздываешь?

— Я руковожу этим клубом, так что ключи у меня.

Её изумление — просто бальзам для моих глаз.