Хорошие соседи - Оксана Евгеньева

Мы вышли на улицу и решили пройтись пешком. Денис уже по привычке взял меня за руку, и я почувствовала себя увереннее и смогла оглядеться.

На улице было серо и грязно. Редкие кусты и деревья казались голыми и даже какими-то облезлыми. Мы шли мимо переполненных мусорных контейнеров, вокруг которых валялись пакеты с хламом и расхаживали бакланы размером с кошку. Одна из птиц волочила по земле кусок колбасы за веревочку на хвостике. Совсем рядом ворона устроилась на крыше автомобиля, зажав в клюве пакетик от влажного кошачьего корма. Место, в котором вся власть у птиц – подумала я. Они здесь чувствуют себя абсолютно спокойно.

Денис поглядывал больше на телефон, где была карта, а я глазела вокруг. И как тут живут люди? Я не могла понять. Мрачная атмосфера пронизывала буквально все: дыры в асфальте, потрескавшиеся дома с отлетевшей штукатуркой и подтеками по фасаду, голая земля с торчащими из нее ветками, которые люди почему-то называют деревьями. Мусор, мусор, мусор. Город будто вымер. Не было ощущения жизни, внутреннего сердцебиения на этих улицах. Тишина и пустота. И только птицы хозяйничают у помойки. Погода к прогулкам не располагала вовсе: ветер бил пылью в лицо, ее частички оседали на коже и поскрипывали на зубах. Нет, мне здесь определенно не нравилось.

– Долго нам еще идти? – спросила я.

– Тебе плохо? – напрягся Денис и посмотрел на меня так же, как я на мусор.

– Нет, просто ветер раздражает. Я потратила на укладку почти час, – сказала я. – Обидно прийти мымрой.

Денис улыбнулся.

– Поверь, для 65-летнего мужчины ты будешь девушкой мечты, даже без прически. Вон дом, – он указал пальцем на восьмиэтажный дом, похожий на длинную гармошку. – Где-то там наш физрук живет. На третьем этаже. Ты готова?

Я достала зеркальце и красную помаду. Денис посмотрел на меня с интересом. Завершив свой образ важным штрихом, я улыбнулась своему отражению в зеркале и сказала:

– Погнали!

Подъезд пропах мочой, прокуренными бычками и почему-то котлетами. От такого сочетания слезились глаза и подкатывал пульсирующий ком к горлу. Мы поднялись на нужный этаж, и я позвонила в дверь.

Открыл мужчина, который вполне себе неплохо выглядел. Лет на десять моложе заявленного возраста. От него приятно пахло и явных признаков алкоголизма я не чувствовала и не видела. Наоборот, вполне подтянутое тело для мужчины такого возраста и приличное число волос на голове. Даже седина ему шла. Я почувствовала себя уверенней.

– Здравствуйте, Сергей Михайлович, – сказала я и улыбнулась так приветливо, как только смогла. – Меня зовут Анна. И мне нужна ваша помощь.

Я не заметила, чтобы лицо мужчины смягчилось. Он все так же недовольно пялился на нас.

– Что надо? – спросил он без капли приветливости в голосе.

Я дотронулась рукой до его запястья и сказала:

– Сергей Михайлович, вы только не сердитесь, дело очень важное. Нужна ваша помощь. – мужчина посмотрела на мою руку на своем запястье и не одернул ее. Он принялся изучающе меня рассматривать, и это придало мне бодрости.

– Я журналист. Мой начальник отправил меня в ваш город, чтобы я собрала материалы по одному очень старому делу. Мне сказали, что вы сможете помочь. От вас зависит сейчас моя карьера.

– А это кто? – кивнул он на Дениса.

– Да так, помощник, практикант. Он нам не помешает, – сказала я, добавив в голос нотку презрения.

Денис уткнулся в пол и опять покраснел. А я мстительно улыбнулась. Удивительно, но я чувствовала себя прекрасно.

Мужик еще раз оценил меня взглядом. Я бы не сказала, что его лицо стало мягче. Но он спросил уже совсем другим голосом.

– Что вам конкретно нужно?

– Мы можем поговорить у вас или отправиться в какое-нибудь кафе? Я бы не хотела, чтобы соседи нас слышали. Хоть дело и старое, но мы будем обсуждать убийства.

– Ладно, – недовольно сказал Сергей Михайлович, пропуская нас к себе в квартиру.

Я улыбнулась еще шире и почувствовала, что вот-вот у меня сведет судорогой лицо.

Мы прошли в маленькую уютную кухоньку, где не было ни одного признака алкоголизма хозяина. На плите стояла кастрюля, из которой исходил ароматный запах грибного супа. Рядом, на сковороде тушилось мясо, окутывая пространство пряными нотками.

Физрук, увидев мой заинтересованный взгляд на кастрюлях, поинтересовался:

– Чай будете?

Мы синхронно закивали головами. Хоть гвозди с мылом, лишь бы он согласился с нами поговорить.

Денис уселся в угол и постарался растворится в воздухе, а я начала щебетать, рассказывая бывшему учителю нашу «важную историю» про криминальный репортаж. Я прощупывала реакции своего собеседника, чтобы понять – на что лучше нажимать: на чувство долга, на его тщеславие или галантность. Буквально через пять минут я определилась со стратегией и начала:

– Нам сказали, что только вы сможете помочь.

– Почему только я? – удивился физрук.

– Потому что вы были свидетелем той истории. Нам не нужны сплетни или домыслы. Прошло больше тридцати лет. И из старого состава учителей не осталось никого, кто мог бы рассказать нам хоть что-то дельное.

– Тридцать пять лет, – поправил меня физрук. – Не люблю я вспоминать то время. Потому что больно. Какие раньше были люди, какие учителя! А сейчас сплошная жижа. Что вам конкретно нужно?

– Нас интересует все. Все, что вы вспомните. Все, что расскажете, для нас будет ценно.

– Трупы нашли в лесу. Вернее, кости. Тогда говорили, что это какая-то из братских могил. Мы не сильно взволновались. У нас во времена войны люди в лес ушли, и жили там буквально под землей. Бомбежки не останавливались ни днем, ни ночью. Сюда часто приезжают экспедиции с раскопками. Но когда пропала Вера, учительница физики, и ее нашли в лесу, тогда все и завертелось. Время такое было, что нас, народ, держали в неведении. Мы обо всем узнавали только от своих знакомых. У кого-то дядька в милиции работал, у кого-то сестра в морге… – Сергей Михайлович замолчал и задумался. А потом сказал: – Я ведь дружил с ним. С Ваней. А потом оказалось, что он маньяк. До сих пор поверить не могу. Классный мужик был, дети его любили.

– А как вы познакомились? – спросила я.

– Он преподавал труды и начальную военную подготовку у детей. И помогал устраивать различные мероприятия, спортивные в том числе. Мужчины в