Зависимость от чудовища - Стейси Кроу
Он ничего не говорил.
Просто гладил меня по голове. Большой ладонью, осторожно, будто боялся разбить. Вёл и вёл по волосам, снова и снова, задавая новый ритм вместо рыданий.
Я продолжала плакать в его грудь, заливая слезами его чёрную футболку. Плакала, пока не кончились слёзы. Пока внутри не образовалась та самая пустота, которую теперь предстояло заполнить чем-то другим — не болью.
— Забери меня отсюда, — прошептала я, не поднимая головы. — Пожалуйста.
Просто забери меня.
Он поцеловал меня в макушку. Прямо через маску. Странно, нелепо, но я чувствовала тепло его губ, и от этого почему-то хотелось плакать ещё сильнее — но слёз уже не осталось.
— Поехали, Светлячок, — сказал он тихо. — Поехали домой.
Я не знала, где мой дом.
Но в этот момент мне было всё равно. Впервые в жизни дом был не местом. Дом был там, где эти руки не отпускали.
Глава 36
В Принстон мы приехали к утру.
Солнце уже поднялось, злое, яркое, равнодушное. Оно светило прямо в лобовое стекло, и я щурилась, но даже не пыталась отвернуться. Какая разница. Свет, тьма — всё едино.
В телефоне было штук двадцать пропущенных и куча смс от Стеф. Я пролистывала их механически, не читая. «Ты где?», «Сия, ответь!», «Я уже волнуюсь!», «Пожалуйста, напиши». Её паника разрасталась с каждым сообщением, но я не могла заставить себя ответить. Пальцы не слушались. Внутри было пусто.
Машина остановилась у общаги. Я сидела, глядя на знакомое серое здание, и не могла пошевелиться. Там, внутри, моя комната. Мои вещи. Моя старая жизнь, которая ещё вчера казалась проблемной, а сегодня — почти счастливой.
— Приехали, Светлячок, — сказал он.
Я повернула голову. Маска черепа смотрела на меня пустыми глазницами. Сквозь прорези я видела его глаза — тёмные, уставшие, но всё так же прикованные ко мне. Он вёл машину всю ночь. Не спал. Не жаловался. Просто вёз.
Я хотела его ненавидеть. Должна была ненавидеть. За всё: за маску, за слежку, за те ночи, за Брэда, за то, что влез в мою жизнь и перевернул её вверх дном. Но сил не было. Совсем. Ни на ненависть, ни на злость, ни на сопротивление.
Он вышел из машины, обошёл её и открыл мою дверь. Протянул руку. Я смотрела на эту руку — огромную, с длинными пальцами, которые совсем недавно гладили меня по голове, пока я рыдала на чужом бордюре.
Я взяла её. Позволила помочь себе выйти.
Мы стояли на тротуаре у общаги. Редкие прохожие косились на нас — на него, в этой дурацкой маске, на меня, опустошённую и чужую. Ему было плевать. Мне — тем более.
— Иди, — сказал он. — Отдыхай.
— Ты уедешь?
— Ненадолго. — В его голосе мелькнула знакомая усмешка. — Обещаю не исчезать.
Я кивнула. Развернулась и пошла к двери.
У входа остановилась. Обернулась.
Он стоял у машины, огромный, чёрный, нереальный при свете утра. Смотрел на меня. Я не видела его лица, но знала — смотрит.
Я зашла внутрь.
В комнате пахло пылью и сборами. Везде стояли коробки — наши коробки, которые мы со Стеф так и не успели разобрать. Кровать Стеф была пуста, но на моей... на моей сидела она.
Стеф подскочила, как только я вошла. Глаза красные, волосы растрёпаны, в руке зажат телефон.
— Сия! — закричала она, кидаясь ко мне. — Ты блин где была? Я чуть с ума не сошла! Ты хоть видела, сколько я звонила? Что случилось? Почему ты не отвечала?
Она обняла меня. Крепко, как тогда, когда я вернулась мокрая после столовой. Я стояла столбом, чувствуя её тепло, но не в силах ответить.
— Стеф, — сказала я. Голос прозвучал глухо, как из бочки. — Я не хочу говорить об этом. Пожалуйста.
Она отстранилась. Посмотрела на меня внимательно. Очень внимательно. И кивнула. Не стала спрашивать. Не стала давить. Просто кивнула.
— Хорошо, — сказала она тихо. — Потом, ладно? Когда будешь готова.
Я кивнула в ответ.
Мы стояли посреди комнаты, заваленной коробками, и молчали. А потом Стеф вдруг ожила. Глаза её загорелись тем самым огоньком, который я знала слишком хорошо.
— Слушай, Сия, — затараторила она. — Тут такое дело... Помнишь того парня Хвана? Ну с которым мы вчера познакомились? Мин Хо?
Я кивнула. Смутно помнила красивого азиата в клубе.
— В общем, — Стеф залилась краской, — он написал мне. Мы всю ночь переписывались. И он предложил затусить у него сегодня. Ну ты понимаешь, о чём я...
Она замялась, покраснела ещё сильнее, но улыбка расползалась по лицу, как масло по горячей сковородке.
— Короче, давай сейчас я вызову такси, мы перевезём вещи в квартиру, разложим всё побыстрее, а вечером я схожу к нему? Ты не против? Я быстро, честное слово! Просто он такой...
Я смотрела на неё и пыталась улыбнуться. Правда пыталась. Губы растягивались, но получалось, наверное, жалко.
— Да, конечно, — сказала я. — Как скажешь, Стеф.
Она просияла.
— Ты лучшая! Я мигом! Только вещи перевезём, и всё!
Я кивнула. Внутри было пусто. Абсолютно, звеняще пусто. Я даже не нашла в себе сил возразить, сказать, что она знает этого парня несколько часов, что это опасно, что я волнуюсь. Может, будь я в порядке, я бы спорила. Может, я бы уговаривала её быть осторожнее. Может, я бы даже запретила.
Но сил не было. Ни на что.
— Будь осторожна, ладно? — выдавила я.