Глупые - Галина Шатен

Успеваю к смене все убрать. Целых два больших мусорных пакета. Когда они успели все это выпить и съесть, а самое главное – где была я? «Ты обжималась с Тимуром», – мило напоминает мне внутренний голос. Боже мой! Я готова взять весь проект на себя, чтобы больше не пересекаться с Ярославским. Просто. Сама. Это идеальный вариант.

А вдруг он собирается выполнить свою угрозу? Боже-е… Почему я не какая-нибудь Петрова – тогда бы наши фамилии не попали в этот дурацкий партнерский союз!

Под сломанным диваном нахожу телефон, вижу много пропущенных от Нины и Полины сообщений. Но я не готова с ними разговаривать. Или даже просто отвечать. Хорошо, что сегодня обе на выходном, иначе бы придушила, честное слово, голыми руками бы этих тусовщиц… Чтоб…

Ну что? Что мне делать?

Этот вопрос остается без ответа: времени у меня остается лишь на душ и добраться до работы.

Смена тянется как никогда долго. А заканчивается большой недостачей. Хорошо, хоть не наказывают рублем, а сами закрывают все недостачи, но объяснительную все же пришлось писать. Не спеша переодеваюсь, думаю, во что мне обошлась небольшая вечеринка. Итак, подведем итоги.

1. Сломан диван – меня выселяют. И я совершенно не знаю, что мне с этим делать.

2. Я прогуляла универ.

3. Я не хочу общаться с единственными, если можно так сказать, подругами.

4. Ярославский обещал мне «сладкую» жизнь.

5. Я теперь есть в газете, и, возможно, меня найдут.

6. И я устала. Смертельно.

Слишком много для одного дня.

Поправляю шапку, когда выхожу в ночь. Ветер прям завывает. Брр… скорее бы дойти, я просто умираю, хочу спать… Надо умудриться это сделать на сломанном диване. Или хотя бы постараться его починить? Может, Глеба попросить? А что я ему скажу? Про вечеринку? Ну и что, он вообще с девушкой живет. Вот. Лида во всем виновата, когда я жила с Глебом, мы не устраивали никаких вечеринок. Если ему нужно было повеселиться, он уходил из дома и веселился. А дома всегда был покой и тишина…

– Антоныч!

Поворачиваю голову и замечаю синюю машину. Не может быть. Сейчас. Он здесь – сейчас? Опять? Это он решил воплощать свой план? Что этот индюк намерен со мной сделать? И нашел же время, гад, когда ни души рядом.

Тысяча картин проходит перед моими глазами, и ни одна мне не нравится. Ну уж дудки! Припускаю что есть силы через темный проулок. Бегу так, что легкие горят. «Он может просто подъехать к твоему подъезду», – проговаривает умный внутренний голос. И именно в этот момент сильные руки забирают меня в железные тиски, заставляя остановиться.

– Ты совсем? – Тимур тяжело дышит сзади над моей головой. – В третий раз, блондиночка, могла бы придумать что-нибудь пооригинальней. Фу… Мать твою… не могу отдышаться. Ну ты даешь… марафонец чертов.

– Отпусти! – дергаюсь, пытаясь освободиться. – Что тебе нужно от меня?!

– Я просто хотел подвезти.

Перестаю вырываться, чувствуя, как сердце начинает быстрее стучать. Поворачиваю голову.

– Что? А чего ты ждала? Что я достану ритуальный нож и станцую джигу над тобой в котле?

Что-то такое мне приходило в голову. Парень неожиданно опускает руки и делает шаг назад.

– А почему ты хотел меня подвезти?

– Потому что двенадцать ночи – не лучшее время для прогулок. – Он недовольно ворчит, чуть нахмурив брови, и кивает в сторону дороги. – Пойдем. Я оставил ключи в машине, и, если ее еще не угнали, я тебя подвезу.

О. Это так… так…

А можно ли верить этим серым глазам, которые сейчас смотрят серьезно? Оглядываюсь на парк за спиной.

– Я тебя догоню при любом раскладе, Антоныч. Так что давай, поверни голову в нужном направлении и двигай конечностями, пока я это не сделал за тебя.

Ого. Это… Просто нет слов. Я ничего не могу понять. Он все еще старается из-за фотографии? Или… или это… Нет. Я в полном недоумении.

После того как Варя ушла, я не сразу иду закрывать дверь. Я думаю о том, что могло ее так напугать. Она не была раздражена или еще что, она реально испугалась. Почему не хочет светиться? Что сделала или… кто она. И…

Девушка действительно выглядела виноватой. Искренней в своих чувствах. Именно это меня и заставляет на нее смотреть как на огонь. Всегда искренна в своих проявлениях. А я это встречаю впервые. Но так или иначе не собираюсь ее заставлять. Рабство отменили в… В общем, его точно отменили. Да и мне лень. Да и позлить отца лишний раз – моя святая обязанность. Тянусь к мобильнику и набираю контакт. Но он не отвечает. Как и следующие два раза. Конечно, занят. Кто бы сомневался.

Ну, плохие новости не сообщают по телефону. Поэтому собираюсь и еду прямо к центральному офису «ООО Холдинг Стройфобс». На охранном пункте меня пропускают без вопросов. Поднимаюсь в приемную. Пусто. Подхожу к двери генерального. Слышу весьма однозначные охи и вдохи. Морщусь. Мне противно. Ненавижу ложь. Такую, как папа и мама пытаются создать вокруг нас.

Что видят все вокруг? Идеальную семью. Работящего мужа, жену-красавицу, замечательного сына и ангела-дочку. На самом деле никто ни с кем не считается. Никто никого не любит. Все иллюзия.

А истина проста: если хочешь спать со всеми подряд, не создавай семьи. Спи до потери пульса, да хоть до восьмидесяти. Как я и собираюсь поступить. Ну, может, до восьмидесяти шести.

Плюхаюсь на кресло, ожидая, когда папа закончит свой траходром. Проходит десять минут, прежде чем открывается дверь и оттуда выходит секретарь. Заметив меня, застывает.

– Привет, – поднимаю ладонь и улыбаюсь, задумчиво оглядывая ее. Она ничем не лучше мамы, только моложе лет на десять.

– Здравствуйте, – проговаривает она, старательно изображая серьезность вместо смущения. Поправляет волосы, когда устраивается на своем месте. Нажимает кнопку на селекторе. – Вадим Федорович, здесь ваш сын.

– Пусть зайдет.

– Вадим…

– Эй, я же сижу здесь, – перебиваю ее, – так что тоже услышал.

Папа расслабленно сидит в кресле, наблюдая за мной от самой двери. Сажусь напротив него и тоже не свожу глаз.

– И? – Папины брови слегка приподнимаются.

– Как она? – кивком головы указываю на дверь.

В один момент лицо отца багровеет. Но не от стыда. Отнюдь.

– Ты, щенок, сюда играть пришел?

– Не будет статьи.

Некоторое время будущий мэр переваривает услышанное. Но потом он снова принимает расслабленную позу.

– Почему?

– Она не то, – отвечаю. – Эта девчонка совсем не подходит на роль моей девушки.

– Мне плевать на твое мнение.