Пышка по протоколу, или Босс, держите корону! - Алекс Скай

Телефон завибрировал.

Сообщение от Полины:

«Ну что? Он жив?»

Я набрала:

«Жив. Извинился. Принёс пирог. Попросил научить его быть нормальным человеком».

Ответ пришёл мгновенно:

«Опасный уровень романтической комедии. Ешь пирог и не принимай судьбоносных решений после десяти вечера».

Я посмотрела на дверь.

Потом на пирог.

Потом на своё отражение в тёмном кухонном окне.

— Поздно, Полина, — сказала я тихо. — Кажется, одно решение уже само меня приняло.

И впервые за весь день мне стало страшно не от того, что Кирилл Грант может использовать меня в своей игре.

А от того, что я могу захотеть остаться в ней не из-за денег.

На следующее утро я проснулась раньше будильника.

Это было подозрительно.

Мой организм обычно относился к ранним подъёмам как к личному оскорблению, но сегодня открыл глаза сам, уставился в потолок и явно решил: «Ну что, Арина Платонова, поздравляю, ты официально вляпалась».

На кухне всё ещё стояла коробка из-под яблочного пирога. В раковине — две чашки. На стуле — мой вчерашний свитер, который я сняла перед сном и бросила с видом женщины, у которой больше нет моральных сил складывать даже собственные сомнения.

Я подошла к окну.

Двор был обычным: мокрый асфальт, сонные машины, соседский кот на подоконнике напротив. Он посмотрел на меня так, будто всё знал. Возможно, коты действительно знают всё, просто молчат из соображений высшего превосходства.

Телефон мигнул сообщением.

Кирилл:«Доброе утро. В 10:30. С кофе. Без управленческих решений на тему ревности до обеда».

Я перечитала дважды.

Потом ещё раз.

Не потому что текст был сложный. Просто в нём было слишком много нового Кирилла. Человек, который ещё недавно мог произнести «пройдёмте» так, будто подписывал мой маршрут по жизни, теперь сам напоминал себе о человеческом поведении. Причём письменно. Добровольно. Почти без боли для окружающей среды.

Я набрала:

«Доброе. Прогресс засчитан. Но если кофе будет без круассана, человечность под вопросом».

Ответ пришёл через минуту:

«Записал. Круассан — часть протокола».

Я улыбнулась.

И тут же перестала.

Потому что улыбаться в телефон от сообщения временного жениха по расписанию — это уже не рабочая переписка. Это начало того самого места, где нормальная женщина должна была остановиться, посмотреть на себя со стороны и сказать: «Арина, милая, ты вообще помнишь, что он клиент?»

Помнила.

Очень хорошо помнила.

Клиент. Контракт. Сделка. Репутационные риски. Нейтральная позиция. Вадим. Совет директоров. Лика с папкой «Документы повышенной эмоциональной опасности». Полина с финансовой реальностью и угрозой проклясть календарь Кирилла.

А ещё — яблочный пирог на моей кухне и фраза: «Научите меня быть нормальным человеком рядом с вами».

Вот именно поэтому нужно было одеться особенно профессионально.

Я выбрала светло-серое платье, жакет цвета сливок и туфли, которые выглядели достаточно убедительно, чтобы пройти через день рядом с Кириллом Грантом и не потерять ощущение собственной независимости. Волосы собрала в мягкий пучок. Помаду взяла спокойную. Никакой вишнёвой провокации, никакой романтической символики, никакого «я проснулась и решила быть причиной чужих заголовков».

Полина позвонила, когда я уже выходила.

— Ну что? — спросила она без приветствия. — Пирог сработал?

— Полина.

— Это деловой вопрос. Я должна понимать, какие инструменты кризисной коммуникации эффективны.

— Пирог был вкусный.

— А Кирилл?

— Кирилл не был пирогом.

— Жаль. Было бы проще.

— Он извинился.

— Ты уже писала.

— Лично было сильнее.

На том конце стало тише.

— Арина, ты осторожнее, ладно?

Вот это в Полине было самое опасное. Она могла шутить, язвить, размахивать бухгалтерскими таблицами как оружием массового воспитания, но стоило ей сказать мягко — и вся моя бравая оборона начинала спотыкаться.

— Я осторожна, — сказала я.

— Нет. Ты умная. Это не одно и то же.

— Спасибо за веру.

— Я верю. Поэтому и предупреждаю. Умные женщины тоже иногда путают мужчину, который учится быть лучше, с мужчиной, который уже стал лучше.

Я остановилась у двери.

— Неприятно точная формулировка.

— У меня талант.

— Я запомню.

— И ещё.

— Что?

— Сегодня пришло приглашение на благотворительный бал фонда Орловых. На твою почту и на общую. Там указано: «Арина Платонова и сопровождающее лицо».

Я нахмурилась.

— Сопровождающее лицо?

— Да. Очень смешно, учитывая, что обычно сопровождаешь ты.

— Когда?

— Сегодня вечером.

— Что?

— Ты не кричи на меня. Это не я его придумала.

— Сегодня вечером у меня должен был быть обычный рабочий вечер, в котором я наконец-то разбираю новые заявки и делаю вид, что моя жизнь не превратилась в светский сериал.

— Видимо, сериал продлили на новый эпизод.

— Откуда приглашение?

— Фонд Орловых. Благотворительный вечер, деловое присутствие, партнёры Кирилла, пресса, вся эта красивая дорогая толпа, которая улыбается так, будто зубы тоже проходили согласование.

— Полина.

— Что? Я видела фотографии с прошлых лет. Там все очень гладкие.

— Я туда не пойду.

— Конечно.

— Ты сказала это таким тоном, будто я пойду.

— Потому что через десять минут Кирилл скажет, что мероприятие связано с переговорным фоном, Орловы важны, нейтральная позиция требует аккуратного появления вместе, а Лика уже составила схему зала.

Я молчала.

— И ты пойдёшь, — добавила Полина. — Но поставишь условия.

— Ты меня слишком хорошо знаешь.

— Я знаю аренду нашего офиса. Она убедительнее многих чувств.

— Не начинай.

— Не начинаю. Просто напоминаю: платье у нас есть.

— У нас?

— В прокате. Я вчера на всякий случай забронировала.

— Полина!

— Что? Я работаю на опережение. У тебя в жизни появился мужчина с репутационными рисками. Это почти гарантия вечерних мероприятий.

В лифте я посмотрела на своё отражение и сказала:

— Если сегодня будет бал, я официально потребую доплату за сказочные элементы.

К десяти тридцати я вошла в холл «Грант Инвест».

Охранник сказал «доброе утро» раньше, чем я успела улыбнуться.

— Прогресс крепнет, — сказала я.

Он покраснел.

— Спасибо, Арина Платонова.

— Ещё немного, и вы станете главным лицом клиентского сервиса.

— Не надо, — испугался он.

— Ладно, оставим как тайный потенциал.

На десятом этаже Лика ждала меня у стойки с лицом человека, который уже знает про бал, платье, рассадку, потенциальную катастрофу и, возможно, мой размер обуви.

— Нет, — сказала я сразу.

— Доброе утро.

— Нет, Лика.

— Я ещё ничего не сказала.

— Именно поэтому нет заранее.

Она протянула мне стакан кофе и пакет.

— Круассан.

Я взяла пакет.

— Подкуп.

— Протокольное угощение.

— Кто придумал формулировку?

— Кирилл Аркадьевич.

— Опасно учится.

— Очень.

Мы пошли к переговорной «Горизонт». По дороге Лика тихо сказала:

— Бал действительно важен.

— Разумеется.

— Орловы курируют фонд, там будут партнёры, несколько членов совета, Мария Сергеевна, пресса, представители культурных проектов и