Дом у моря в Корнуолле - Нэнси Барон

С моего побега прошло уже полдня. Он наверняка уже пытался до меня дозвониться. Флаг ему в руки.

Пока я думала, что ответить, она продолжила:

– Ну что ж, пойду я. – Ее тонкая, как пергамент, рука сжала цепочку от очков. – Звоните, если что-то понадобится.

– Спасибо, миссис Нанкивелл. Не беспокойтесь, у меня все есть.

– Берегите себя. И добро пожаловать в Старри-Коув.

– Спасибо, – сказала я, проводив ее до двери. Я подождала, пока она перейдет на другую сторону улицы и начнет ковылять вниз по холму. Дом «Тюльпан» имел одну общую стену с соседним домом, но тот, кажется, пустовал, как и парочка других рядом. Отлично. Меньше соседей – меньше вопросов.

Пути назад больше нет. Для моего начальника и полиции я преступница. Хоть я и не сделала ничего плохого. Да, я украла паспорт и одежду Софи Грэхем, но только потому, что перед побегом у меня не было времени заглянуть домой.

И тут заряд адреналина кончился, и я почувствовала всю тяжесть прошедшего дня. По крайней мере, теперь у меня есть крыша над головой. Я медленно выдохнула, держась из последних сил. Новое начало. Новая жизнь. Оставалось лишь одно.

Три минуты – это целая вечность, если ждешь результата теста на беременность.

Уилл и понятия не имел о моих подозрениях, и это к лучшему. «Когда мы станем одной семьей, – пообещал он мне однажды, – все будет иначе. Я стану спокойнее. Мы будем счастливее. Я стану проводить с тобой больше времени. И вместе мы создадим нашу династию. Династию Комптонов!»

С того дня прошли годы. Четыре, если быть точной. Все так изменилось за это время. Уилл перестал быть милым или хотя бы равнодушным. С ним стало невозможно быть рядом. Он вечно злился, и иногда у него даже случались приступы агрессии. Поэтому я не перечила Уиллу и старалась как можно реже пересекаться с ним. Но он врывался в мой кабинет и начинал упрекать за все, что я сделала или не сделала – для него не было разницы. Он пользовался любой возможностью унизить меня. И вот теперь предал окончательно. Как он мог так поступить со мной? Как мог обвинить в краже и шантаже? Любил ли он меня вообще когда-нибудь по-настоящему?

Три минуты прошло.

Я сделала глубокий-глубокий вдох и крепко зажмурилась. Я справлюсь. Справлюсь с чем угодно. Когда я приехала к нему, чтобы расстаться, то уже знала, что могу быть беременна. Ему не место в моей жизни, и даже ребенок этого не изменит. Мне придется разобраться с этим самой, как я и делала всю свою жизнь.

Сердце колотилось о ноющие ребра, но я заставила себя открыть глаза и замерла, глядя на тест. Беременна. Так и знала. У меня будет ребенок. Ребенок от проклятого Уилла.

И так в конце самого ужасного дня в моей жизни я потеряла самообладание и снова расплакалась. Я плакала от жалости к этому ребенку, который однажды спросит меня, где папа. И что я тогда скажу? Я оплакивала все те годы, когда я надеялась, что все наладится. Я оплакивала себя, такую слабую, словно парализованную страхом одиночества и ужасом перед переменами. Плакала, потому что впервые в жизни чего-то боялась. Я боялась подвести своего ребенка, боялась, что мне не хватит смелости и мудрости, чтобы дать ему или ей все самое лучшее. Но я отдам на это все силы.

Я оперлась на раковину трясущимися руками и посмотрела на себя в зеркало. Мои ярко-зеленые глаза потухли, а когда-то блестящие волосы казались тусклыми и безжизненными. Венчали это унылое зрелище царапины на лице. Я выглядела ужасно, и миссис Нанкивелл подозревала меня не зря.

Ну, что сделано – то сделано. Возьми себя в руки, черт возьми. Не остается ничего, кроме как двигаться вперед. Выжать максимум из того, что имею, и постараться построить новую жизнь здесь, в Корнуолле.

Отогнав самые мрачные мысли, я прошмыгнула обратно на кухню, чтобы осмотреться. Старая, но добротная мебель, посередине разделочный стол. Нужно лишь хорошо прибраться и добавить пару мелочей. Какая разница, что все старое?

Очевидно, дом покинули много лет назад и, судя по содержимому ящиков, собирались наспех. Внутри я нашла набор столовых приборов из латуни, глиняный горшочек, старый оловянный кувшин, кухонную спринцовку (пусть пластик и пожелтел от времени), сито для фасоли, металлический дуршлаг, старые весы без гирек и погнутый венчик. Чайное ситечко завершало эту унылую коллекцию. Да, завтра определенно придется выбраться за самым необходимым. Будь я умнее, то предвидела бы такой расклад. Собрала бы тайком тревожный чемоданчик. Но я никогда не думала, что все зайдет так далеко. Какой же я была дурой, считая, что все наладится, если только я буду в это верить.

Но теперь я смогу начать с чистого листа в этом старом доме. Только я, толстые стены, низкие потолки с балками и огромный камин, занимающий половину крошечной гостиной. Крепкий каркас и яркий характер: большая оконная ниша, решетчатые окна и каменные полы. Мечта дизайнера. Был бы у меня еще бюджет, чтобы ее осуществить. Нельзя позволить ребенку жить здесь в таких условиях. Надеюсь, что к появлению малышки у меня получится сделать дом гораздо более теплым и уютным.

На кухне, всего в нескольких шагах от крошечной гостиной, я перегнулась через раковину и открыла окно, чтобы вдохнуть холодный ночной воздух. В темноте я не могла разглядеть сад, но по фотографиям на сайте помнила, что он довольно большой. Даже если придется потрудиться, я сделаю его идеальным. Я представила цветущие клумбы и как развешиваю на солнце белье, напевая что-то моей малышке, сидящей в тени деревьев и смеющейся над моими глупыми выходками.

Прервав свои мечтания, я закрыла окно и поднялась наверх по узкой лестнице, где, к счастью, между двумя спальнями затесалась крошечная ванная комната. И даже не с душем, а с ванной! Наверное, в нее мог бы поместиться только ребенок, но я и сама была миниатюрная. Пока еще.

В спальне поменьше были разве что пылевые клещи. В спальне побольше, такой же затхлой и унылой, как и весь дом, стояла огромная кованая кровать, почерневшая от времени и небрежности. И все. Никаких личных вещей, за исключением старого сундука в углу.

Конечно, я не строила ожиданий, но в доме не было ровным счетом