Когда я встретила твоего брата - Джанет Раллисон

Она положила альбом на журнальный столик и поднялась с дивана.

— Я передумала насчёт завтрака. Пожалуй, я всё-таки голодна.

И собиралась она не только позавтракать.

Она собиралась поговорить с Марко.

И ещё — взять у него номер телефона, чтобы быть уверенной: позже у них обязательно будет возможность поговорить наедине.

~ ~ ~

Как только Белла и Флинн вошли в номер, Белла сразу подошла к Марко.

— У меня нет вашей с Флинном совместной фотографии. — Она подняла телефон и включила камеру. — Можешь встать рядом с ним?

Марко охотно согласился. Он обнял Флинна за плечи и широко улыбнулся. Улыбка самого Флинна выглядела куда более натянутой и даже слегка насторожённой.

Он понимал, что у неё есть скрытые мотивы.

Но это уже не имело значения.

Он не мог её остановить.

Белла сделала снимок и протянула телефон Марко.

— Вот. Дай мне свой номер, чтобы я могла отправить тебе фотографию.

Флинн тут же потянулся к телефону.

— У него и так полно наших совместных фотографий.

Но было уже поздно.

Марко успел взять телефон и начал набирать свой номер.

Флинн бросил на Беллу сердитый взгляд.

Она ответила ему самой невинной улыбкой.

Очко в её пользу.

Впрочем, это оказался единственный момент за весь завтрак, когда ей удалось поговорить с Марко.

Он вернулся к своей большой электрической сковороде, на которой жарил блинчики, а Дейзи стояла рядом и готовила яйца с беконом на другой. Когда Белла и Флинн наконец получили свои тарелки, миссис Доусон подозвала Беллу к себе и указала на свободное место рядом.

Стоило им сесть, как она заявила:

— Здесь слишком шумно. Давай поговорим на балконе. Там будет потише.

«О-о-о...»

Похоже, теперь настала очередь Беллы выслушивать нравоучения.

Она бросила взгляд на Флинна, но тот не пришёл ей на помощь. Лишь посмотрел так, будто говорил:

«Ты сама в это ввязалась».

Белла взяла свою тарелку и последовала за миссис Доусон на балкон.

С каждым шагом ей всё сильнее хотелось опустить голову, словно провинившейся школьнице.

На балконе стояли два кресла, из которых открывался вид на один из бассейнов отеля и океан за ним. Миссис Доусон устроилась в одном. Белла молча села в другое.

Несколько минут они говорили о пустяках, а затем, воспользовавшись первой же паузой, миссис Доусон произнесла:

— Дейзи сама не своя с тех пор, как приехала сюда. У её сестры серьёзные проблемы со здоровьем. Боюсь, она совсем измучилась.

Белла не могла заставить себя испытывать к Дейзи особую жалость. Многие из своих бед она создала себе сама.

— Мне очень жаль это слышать, — всё же ответила она.

— Я уверена, что именно из-за этого стресса она вчера на тебя накричала. Обычно она такая дружелюбная. Но, полагаю, ты и сама это знаешь — ведь вы были соседками по комнате.

— Она всегда была очень общительной, — неопределённо сказала Белла.

Миссис Доусон сделала глоток сока и внимательно посмотрела на неё, словно пыталась заглянуть прямо в душу.

Флинн, очевидно, унаследовал этот проницательный взгляд от матери.

— Очень грустно, когда друзья становятся врагами.

— Иногда ничего нельзя с этим поделать, — тихо ответила Белла.

— О, иногда всё-таки можно. — Миссис Доусон тяжело вздохнула, и в её глазах мелькнули одновременно печаль и надежда. — Я уверена, что вы с Дейзи сможете оставить свои разногласия ради Флинна и Марко.

Что она могла на это ответить?

И всё же молчать было нельзя.

— Я попробую.

— Хорошо. — Миссис Доусон заметно расслабилась в кресле. — Наверное, мне было бы легче помочь вам, если бы я понимала, из-за чего всё началось.

Белла не могла сказать правду. Не могла признаться, что первой влюбилась в Марко.

Поэтому она ограничилась тем, что и так было известно всем.

— Я не пришла на её свадьбу, а потом она не пришла на мой день рождения. Наверное, мне стоило быть снисходительнее. Всё-таки пропустить свадьбу гораздо серьёзнее.

Миссис Доусон сделала ещё один глоток сока.

— Очень часто друзья отдаляются друг от друга вовсе не из-за самих событий, а из-за чувств, которые за ними стоят.

— О чём вы? — спросила Белла.

На самом деле она прекрасно понимала, что та имеет в виду.

Она просто тянула время.

Белла бросила взгляд на стеклянные раздвижные двери, словно надеясь, что кто-нибудь выйдет на балкон и прервёт этот разговор.

Но нет.

Внутри все оживлённо беседовали и смеялись.

Каждый прекрасно знал: когда матриарх семьи Доусон решила с кем-то поговорить, лучше ей не мешать.

— Я помню, как Дейзи рассказывала мне и о свадьбе, и о твоём дне рождения, — продолжила миссис Доусон. — Она была очень расстроена. И всё время винила себя, хотя я так и не поняла почему.

Дейзи винила себя?

Неужели она действительно понимала, насколько сильно ранила Беллу ещё в колледже?

Понимала ли она, что, начав встречаться с Марко, разрушила их дружбу?

Миссис Доусон задумчиво водила вилкой по яичнице, почти не притрагиваясь к еде.

— Сначала я подумала, что ты, должно быть, одна из тех примадонн, которым постоянно нужно быть в центре внимания и которые обижаются, если кто-то другой оказывается на первом плане. — Она покачала головой, словно окончательно отвергая эту мысль. — Но я неплохо разбираюсь в людях. И теперь, когда я познакомилась с тобой, я понимаю, что ты совсем не такая. Поэтому мне остаётся только гадать, не было ли в чувстве вины Дейзи какой-то доли правды.

Белла положила в рот кусочек яичницы, чтобы не отвечать сразу. Прожевав, она лишь пожала плечами.

— Это было так давно. Честно говоря, я уже почти не помню подробностей.

— Вы обе всё помните. Вчера вечером это было совершенно очевидно. Да, Дейзи оказалась единственной, кто потерял самообладание, но и твой не слишком тёплый приём тоже говорил о многом. — Миссис Доусон слегка подалась вперёд. — Прости меня за прямоту, но ты мне очень нравишься, и я хочу, чтобы ты чувствовала себя желанной частью этой семьи. Я не хочу, чтобы между Марко и Флинном появился клин.

Упрёк попал точно в цель.

Беллу тут же начала мучить совесть.

Миссис Доусон была такой доброй и так искренне переживала за неё, но всё это строилось на лжи. Белла даже не встречалась с Флинном. А если бы каким-то невероятным образом