Генерал, мы в разводе! - Максим Добров
— Хорошо. Но сначала вызываю человека, который не подчиняется ни вашему отцу, ни моему брату. Если выяснится еще одна важная ложь, я прекращаю играть по вашим правилам.
— Вы и сейчас по ним не играете, — пробормотала Алина.
— Поверьте, сейчас я проявляю чертовское терпение.
Ответили после второго гудка.
— Воронцов, ты видел время? — раздался хрипловатый голос. — У нормальных людей в субботу либо сон, либо похмелье.
— Антон, у меня стрельба на территории свадебной усадьбы. Минимум двое вооруженных, одна машина. Трое потерпевших со мной, серьезных ранений нет. Еще там остался мой брат.
При этих словах взгляд Глеба ушел в сторону. На секунду передо мной был не сотрудник, а старший брат, оставивший Марка возле стрелков.
— Дело принимаешь ты, — продолжил он. — Марк Воронцов — жених и может быть связан с событиями. Я родственник, поэтому официально не руковожу ничем.
— Ты уверен, что хочешь сказать «может быть связан»?
Глеб посмотрел на флешку в руке Алины.
— Нет. Поэтому и звоню.
Он отправил координаты и описание машины. Белов велел не геройствовать и отключился после обещания прислать независимую группу.
— Очаровательный человек, — сказала я. — Я уже ему доверяю.
— Он женат, — отрезал Глеб.
Я повернула голову.
— Ты ревнуешь к мужчине, которого я слышала двадцать секунд?
— Сообщаю факт.
Алина неожиданно хмыкнула, и напряжение на секунду ослабло.
Телефон снова завибрировал, и на экране высветилось имя Марка.
— Ты цел? — спросил Глеб.
— Какого хрена ты творишь? Верни Алину! Ее отец вызывает полицию, гости в панике, а твоя бывшая жена устроила криминальное шоу.
— Кто стрелял?
— Откуда мне знать? Может, твоя сумасшедшая добавила спецэффектов.
— «Сумасшедшая» слышит каждое слово, — сказала я. — И уже выбирает формулировку для иска.
— Вера, заткнись!
Глеб выпрямился, и даже через телефон Марк почувствовал перемену.
— Еще раз скажешь ей заткнуться, следующую семейную встречу проведем при понятых.
На линии стало тихо.
— Ты защищаешь женщину, которая похитила мою невесту.
— Алина заявила, что уехала добровольно.
— Она не в себе!
Алина зажмурилась, но подалась к телефону.
— Я в себе достаточно, чтобы не стать твоей женой.
Марк сменил тон на почти ласковый:
— Ты напугана. Вернись, отменим церемонию и поговорим без твоего отца и этой женщины.
— Ты называл меня приложением к активам. И говорил, что после подписания документов со мной может случиться авария.
— Ты услышала обрывок разговора и придумала остальное. Отдай Глебу флешку и возвращайся.
В машине словно стало меньше воздуха.
— О какой флешке ты говоришь? — спросил Глеб.
Пауза выдала Марка раньше ответа.
— Алина взяла ее из кабинета отца. Там данные компании.
— Минуту назад ты не знал, почему по нам стреляли.
— И сейчас не знаю.
— Не ври мне.
Глеб сказал это тихо, и в его лице не осталось старшего брата, привыкшего исправлять чужие ошибки.
— Я пытаюсь спасти свадьбу, — выдавил Марк.
— Свадьбы больше нет.
Глеб завершил вызов.
— Что теперь? — спросила Алина.
— Теперь вы расскажете все о деньгах, документах и Марке. Без красивых версий.
— А если откажусь?
— Я доставлю вас к людям Белова. Но Вера рядом не останется.
Алина резко посмотрела на меня.
— Вы не можете решать за нее.
— Верно.
Глеб повернулся ко мне. Жесткость в глазах осталась, но голос прозвучал спокойно:
— Поэтому спрашиваю. Ты едешь дальше?
Правильным было отказаться, вернуться в Москву и отдать полиции записи агентства. Вместо этого я посмотрела на Алину, разбитое зеркало и черную флешку.
— Еду. Но маршрут выбираю я.
Глеб включил передачу и вывел машину на дорогу, ведущую на восток.
— На свадьбу не возвращаемся. И пока Белов готовит точку, я хочу понять, какого черта мой брат знает о содержимом этой флешки.
Глава 4. Угон с кремовыми розами
До ближайшего поворота мы не доехали. Машину потянуло вправо, под капотом что-то натужно завыло, а по панели одновременно вспыхнули два красных значка. Глеб выругался и обеими руками удержал руль, когда колесо заскребло по поврежденной арке.
— Только не останавливайся здесь, — попросила я. — Место живописное, но умирать среди рапсового поля я не планировала.
— У твоей машины другие намерения. Еще немного, и колесо заклинит.
— Я проходила обслуживание месяц назад.
— В сервисе, где чинят молитвой и изолентой?
— В том, который ты сам посоветовал.
Глеб бросил короткий взгляд, но признавать причастность к катастрофе не собирался.
— Три года прошло. Они могли испортиться.
— Разумеется. В отличие от тебя.
Алина нервно рассмеялась и тут же прикрыла рот. Коробку она уже не прижимала к груди, а держала на коленях, положив сверху обе ладони.
Глеб направил машину на обочину.
— Далеко запасная машина?
— В Покрове. Водитель ждал сигнала, но после стрельбы я не стану тянуть к нему хвост.
— Правильно.
Одобрение прозвучало так естественно, что меня почти оскорбило. Я открыла карту.
— Через километр хозяйственный съезд. Он огибает усадьбу и выходит к парковке персонала. Там стоит микроавтобус кейтеринга. Водитель оставлял ключи в замке, пока грузчики ходили за декорациями.
Глеб посмотрел на меня как на человека, предложившего вернуться в горящий дом за зонтом.
— Мы не поедем обратно.
— Не через главный вход. Заберем автобус у склада и уйдем по старой дороге.
— Ты планировала угон еще до стрельбы?
— Я планировала знать, какие машины находятся рядом. Между предусмотрительностью и угоном есть разница.
— Рад, что моральные границы сохранились.
— Они прекрасные. Просто гибкие в экстренных обстоятельствах.
Телефон Глеба завибрировал, когда мы свернули на хозяйственную