Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль - Мари Ли

Интервью закончилось спустя сорок минут. Когда камеры выключились, а техники начали собирать оборудование, в гостиной повисла тишина, нарушаемая лишь суетой съемочной группы.

Виктор и Ксения собирали свои планшеты. Они выглядели ошеломленными. Они пришли растерзать «золушку», а ушли с материалом, который разорвет рейтинги всех деловых и светских изданий.

— Это было... мощно, Руслан Викторович. Анна Сергеевна, мое почтение, — Виктор уважительно кивнул мне на прощание. — Полагаю, желтая пресса сегодня подавится собственным ядом.

Когда за последним телевизионщиком закрылась дверь, я обессиленно откинулась на спинку дивана, выдыхая. Напряжение, державшее меня струной последний час, отпустило, и меня начала бить мелкая дрожь откат.

Руслан не сказал ни слова. Он просто притянул меня к себе, усаживая к себе на колени, и крепко, почти до хруста в ребрах, обнял. Я уткнулась лицом в его шею, вдыхая родной запах.

— Ты была великолепна, — прошептал он, целуя меня в висок. — Ты размазала их всех. Идеально, хладнокровно, с достоинством. Я никогда в жизни никем так не гордился.

— Я просто сказала правду, — я улыбнулась, закрывая глаза. — Как ты и учил. Мы ведь партнеры, помнишь?

— Помню, — он нежно коснулся моих губ своими. — И, партнер... после того, как ты публично подтвердила, что мы женимся через месяц, нам действительно пора возвращаться к выбору скатертей. Твоя мама мне этого не простит.

Я счастливо рассмеялась. Буря миновала. Диана сделала свой последний выстрел, и он оказался холостым. Впереди нас ждала только чистая, светлая дорога к тому самому «жили долго и счастливо», которое мы вырвали у судьбы зубами.

Утро следующего дня началось с того, что мой телефон чуть не взорвался от уведомлений.

Интервью вышло в эфир накануне вечером и произвело эффект, который превзошел все наши ожидания. Социальные сети сошли с ума. Хэштег с нашими именами вылетел в мировые тренды. Но вместо ожидаемой Дианой травли, интернет захлестнула волна поддержки. Люди разбирали интервью на цитаты. Моя фраза про то, что «добрая Аня осталась в прошлом», стала вирусной, а взгляд, которым Руслан смотрел на меня во время эфира, окрестили «эталоном мужской преданности».

Желтая пресса, еще вчера поливавшая меня грязью, сегодня пестрела извинениями и хвалебными одами «современной Золушке со стальным стержнем».

Я сидела за кухонным островом, листая ленту новостей, и качала головой.

— Это какое-то безумие, — пробормотала я, отпивая свежевыжатый сок. — Мне пишут девочки со всей страны. Спрашивают советов, как открыть бизнес, как пережить измену... Я же не психолог и не бизнес-коуч. Я просто варю кофе!

Руслан, сидевший напротив с чашкой эспрессо и планшетом, тихо рассмеялся. — Привыкай, партнер. Ты стала символом. Общество любит тех, кто умеет держать удар. К тому же, ты чертовски красиво смотришься в кадре.

— Зато к кофейне теперь не подойти, — я вздохнула, откладывая телефон. — Марат звонил полчаса назад. Там толпа зевак. Они приходят не за кофе, а чтобы сфотографироваться со мной или посмотреть на место, где «развернулась драма».

Взгляд Руслана мгновенно стал серьезным. — Если тебя это напрягает, я могу закрыть кофейню для свободного входа. Сделаем закрытый клуб. Или поставлю там усиленный кордон охраны. Никто к тебе не приблизится.

Я посмотрела на него и улыбнулась. Еще месяц назад он бы просто отдал приказ охране, даже не спросив моего мнения. А сейчас он предлагал варианты, оставляя финальное решение за мной. Наш договор работал.

— Нет, закрытый клуб — это конец моей концепции уютного места, — я покачала головой. — Усиленная охрана отпугнет настоящих клиентов. Пусть приходят. Ажиотаж спадет через пару недель, когда появится новый информационный повод. Я справлюсь, Руслан. Только... попроси Марата быть чуть менее суровым. Вчера он так посмотрел на студентку, которая хотела взять у меня автограф на стаканчике, что девочка чуть в обморок не упала.

Багиров усмехнулся. — Марат прошел горячие точки, ему сложно перестроиться на режим «доброго секьюрити для фанатов». Но я поговорю с ним.

Он отложил планшет, подошел ко мне и, опершись руками о столешницу, склонился к моему лицу. — А теперь о более насущном. Инна прислала предварительный список гостей со стороны моих партнеров. Я вычеркнул половину, но там всё равно набралось около пятидесяти человек, присутствие которых необходимо из соображений дипломатии. Что с твоей стороной, Аня?

Я замялась, опуская глаза на свою чашку. — Моя сторона... скромнее. Мама, пара подруг со старой работы. И... тетя Зина.

— Тетя Зина? — Руслан вопросительно приподнял бровь. — Ты о ней не рассказывала.

— Это мамина старшая сестра. Она живет в небольшом городке под Саратовом, — я нервно сцепила пальцы. — Понимаешь, Руслан... она чудесная женщина. Она меня нянчила в детстве. Но она... очень простая. Громкая, прямолинейная, работает заведующей производством в заводской столовой. Когда Вадим познакомился с ней три года назад, он потом месяц отпускал язвительные шутки про ее манеры и «деревенский говор». Он запретил мне звать ее на нашу... прошлую свадьбу. Сказал, что она не впишется в формат.

Руслан нахмурился. Упоминание моего бывшего жениха всегда действовало на него как красная тряпка, но сейчас в его взгляде читалось не раздражение, а глубокое, искреннее недоумение.

— Аня, — он мягко взял меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. — Вадим был клиническим идиотом с комплексом неполноценности. Какое мне дело до того, где работает твоя тетя и как она говорит? Она ведь твоя семья. А значит, она — почетный гость на нашей свадьбе. Когда она приезжает?

— Послезавтра, — тихо ответила я, чувствуя, как от сердца отлегает огромный камень. — Она настояла, что приедет заранее, чтобы «помочь племяшке с хлопотами».

— Отлично. Инна организует ей билеты в бизнес-класс и трансфер прямо до нашего комплекса. Поселим ее в гостевой квартире рядом с твоей мамой.

— Руслан, бизнес-класс для тети Зины? — я нервно хихикнула. — Она же с ума сойдет. Она привыкла ездить в плацкарте с курицей в фольге!

— Значит, самое время менять привычки, — безапелляционно заявил Багиров, целуя меня в нос. — Семья Багировых в плацкарте не ездит.

Тетя Зина ворвалась в наш пентхаус, как тайфун. Несмотря на то, что мы поселили ее в гостевой квартире этажами ниже, первый ужин в честь ее приезда должен был состояться на нашей территории.

Двери лифта разъехались, и в гостиную вплыла колоритная, статная женщина с пышной укладкой