Школа. Питер. Любовь - Саша Керн
Девчонка что-то показала в телефоне Дане, а тот в ответ показал свой экран. Одиннадцатиклассница легонько ударила его в плечо, улыбаясь, наверное, самой своей обаятельной улыбкой, а он лишь посмотрел на её руку, а потом снова на неё, с ухмылкой.
Я подкинула рюкзак, взяла себя в руки, подняла выше подбородок и пошла дальше. Боковым зрением, когда я проходила мимо них, заметила, что Фролов меня увидел, поменялся в лице, открыл рот, но я просто прошла мимо. А потом услышала за спиной:
– Наумова?
Не знаю, кто в меня вселился в тот момент, но я вспомнила сериал «Макстон-холл» 1 и подняла за спиной средний палец, чтобы он не думал, что я сильно расстроилась из-за того, что он предпочёл общаться с этой выдрой с крашеными волосами, а не со мной.
А потом я вышла из перехода, дверь за мной захлопнулась, и я побежала скорее вниз по лестнице, где меня ждала Ксю.
1Немецкий романтический сериал по трилогии «Спаси меня», «Спаси себя», «Спаси нас» писательницы Моны Кастен. Рассказывает про жизнь учеников элитной школы Макстон-холл в Лондоне, которые переживают сложную первую любовь, проблемы в личной жизни и отношениях с родителями и готовятся к вступительным экзаменам.
Глава 4. Разбитые надежды
Мне хотелось злиться, плакать, вычеркнуть этот день из памяти или, как в фильме «Матрица времени» 2, отмотать всё назад и ещё раз прожить сегодня, но иначе. А может быть, всё сразу.
Мучительно было вновь и вновь вспоминать, как я вхожу в переход и вижу, что Фролов флиртует со старшеклассницей. И чего она в нём нашла? Она же старше, ей должны нравиться парни из универа. Тогда почему он нравился мне? Может, мы обе видели в нём что-то?
В классе у нас были мальчики и посимпатичнее, например Макс Кравцов. У него модная стрижка со «шторами», дорогие джинсы и худи известных массмаркет-сетей, рюкзак брендовый – но нет, мне Макс совсем не нравился. А Фролов… Фролов даже очень, хоть я и пыталась убедить себя, что это не так.
Его обычная короткая стрижка, тёмно-русые волосы, которые после лета всегда выгорают, небрежная чёлка, часто торчащая во все стороны из-за дурацкой чёрной шапки… Глаза огромные и синие, иногда кажутся немного светлее, но чаще будто одного цвета с небом… А ещё длинные ресницы…
Я иногда незаметно оглядывалась на него с первой парты, чтобы посмотреть на склонённую к тетради голову и тень от ресниц на щеках… и пропадала… Главное, чтобы никто не заметил.
В груди защемило от воспоминаний, но я понеслась с удвоенной скоростью по лестнице к Ксю, которая ждала меня в пролёте этажом ниже, рассматривая что-то в телефоне. Я схватила её за руку и потащила на первый этаж. Сверху послышалось:
– Поль?
Крепче перехватив руку Ксюши, я тащила нас дальше. Мы проскакали последнюю лестницу и вывалились в дверь, бегом пронеслись по коридору к туалетам и залетели в ladies room на полной скорости. Хотелось перевести дух, разобраться в чувствах и понять, почему я так разозлилась и запаниковала.
– Что случилось? Ты чего такая бешеная? – запыхавшись, еле поспевая за мной, спросила Ксю.
– Сейчас расскажу, – бросила я, посматривая на вход. Конечно, Фролов не собирался бросаться за нами вслед и вламываться в туалет для девочек. Но япока плохо соображала и могла только ругать себя за то, что написала Фролову и попросила о разговоре. На удачу я не надеялась, но не была готова, что он выкинет что-то такое, что настолько сильно меня расстроит.
Ксю прислонилась спиной к двери и выдохнула.
– Обязательно было так нестись? – Она тяжело дышала. – Пожар, что ли? Что случилось?
Я зажала зубами нижнюю губу, стараясь справиться с эмоциями, и тоже пыталась отдышаться и проглотить злость и обиду на Даньку.
– Это Фролов? Что он опять наговорил? – Ксю сыпала вопросами, как наша историчка, когда вздумывала устроить устный опрос.
– Ничего, – вздохнула я, стараясь отвечать ровно.
– Как это? – Соседка по парте подошла к раковине и включила воду, побрызгала себе на лицо.
Я повернулась к зеркалу, разглядывая себя: щёки розовые, глаза горят, из хвоста выбились пряди, вся такая внезапная и странная. Вот такую меня и видел Фролов. Видение ужаснее некуда. Поэтому-то и издевался всегда, смеялся над моей эмоциональностью и говорил, что мне всегда больше всех нужно. А если не мне, то кому?
– Мы не поговорили, – я повернулась к Ксю. – Он там стоял с Соколовой и мило ей улыбался. Наверняка специально, чтобы я не думала, что он ждёт меня с распростёртыми объятиями.
– Ну… э… – Соседка по парте стала заикаться.
Правильно, даже ей нечего было на это сказать. Вот и мне. Я и правда надеялась, что смогу поговорить с Фроловым, а он потом поговорит с кем-то из парней или девочек. Может, Василиса бы поддержала поездку, но…
– Слушай, там у старшеклассников допы в это время… Может, она просто вышла и…
– Ты сама в это веришь? Это же Фро-лов… – Ненавистную фамилию произнесла я по слогам.
– Не понимаю я вас.
– В смысле?
– А, ладно. Проехали.
– Проехали… – повторила я за ней, только не знала что. – Всё бесполезно. Ну иладно. И плевать на них. Потом сами будут жалеть в конце одиннадцатого, что не захотели ехать.
– Может, попробуем ещё раз поговорить с классной?
Ксюша всё ещё не могла отдышаться, но пыталась меня успокоить и подбодрить, только я с каждой минутой теряла надежду на поездку. Наверное, правду говорят, что в какой-то момент мечты так и остаются мечтами. Вот как у меня сейчас.
– Да ну. Всё бесполезно, – обречённо махнула рукой я.
– Эх, была бы здесь сейчас твоя Соня, она бы точно что-то придумала! А я… У меня нет этих её гениальных идей.
Ксюша прислонилась спиной к кафельной стене сбоку от раковин и сложила руки на груди. Я не помню, чтобы видела её хоть раз настолько расстроенной. Конечно, мы в основном обсуждали только прочитанные книги, уроки или ЕГЭ, но она всё равно всегда могла уместно пошутить и загоралась оптимизмом на любое предложение. А тут…
– Ты чего?
Я подошла к ней и положила руку на плечо, потом осторожно потянула её на себя и обняла. Ксю в ответ тоже обняла меня одной рукой.
– Да ладно тебе. Конечно, Сонька бы сейчас много чего придумала, но про Фролова ты правильно подсказала, только получилось всё как обычно. Он придурок непроходимый. Всё, забыли.
Ксю неловко отстранилась, смущённо улыбаясь. Но мне показалось, что она ждала от меня каких-то других слов или чего-то… В её взгляде я увидела что-то вроде разочарования и