Замки, битвы и бомбы - Юрген Брауэр

Проблема решается с помощью составления таких контрактов, которые минимизируют риск недобросовестности (оппортунизма). Такие контракты сделают ущерб подлежащим возмещению или наложат взыскание за невыполнение контракта, позволят обеспечить его лучшее соблюдение при низких затратах, ограничат обязательства потенциально подвергшейся мошенничеству или понесшей ущерб стороны или же отменят принятые обязательства, а также разделят возможные риски и в целом все, что поможет урегулировать интересы договаривающихся сторон. Участие в оплате страхования является средством перенести часть риска обратно на приобретателя страхования, так что медицинские услуги оказываются доступны лишь в случае серьезной потребности в медицинской помощи. Низкие зарплаты вместе с достаточно объемными бонусами стимулируют прилагать усилия. Иногда клиенты могут помогать фирмам и очень дешево предоставлять необходимую им информацию. Например, пиццерии предлагают доставку пиццы за тридцать минут или «пицца за наш счет»! В этом случае клиенты сообщают владельцу пиццерии, была доставка пиццы осуществлена вовремя или нет, и тем самым с минимальными для фирмы издержками предоставляют ей информацию о производительности доставщика. Зависимость надбавок за качество профессорской работы от оценок студентов обеспечивает работодателей обратной связью и помогает стимулировать профессоров преподавать качественно.

Интересный пример, связанный с основной темой книги, можно найти в уже упоминавшемся нами учебнике Катца и Розена. В девятнадцатом веке производство взрывчатых веществ было крайне опасным занятием. Катц и Розен пишут, что единственным способом успокоить работников, что необходимые меры безопасности были предприняты (а это скрытое действие, ведь как бы рабочие узнали, что необходимые меры предосторожности действительно были предприняты?), была постройка дома семьи владельца прямо у завода, где он жил с женой и детьми![55] Это объясняет различие между скрытыми характеристиками и скрытыми действиями: первое относится к информации и передаче информации, перед тем как принимается обязательство, а второе касается стимулов и согласования стимулов после того, как обязательство было принято. В первом случае речь идет о том, как быть искренним, во втором – как искренне действовать. При неудаче в первом важно раскрыть о себе правдивую информацию; терпя неудачу в последнем, важно сохранять честность, чтобы предотвратить непроизводительность. Если само обусловленное контрактом действие (интенсивность труда) не может быть легко наблюдаемо, необходимо найти подходящий индикатор, который непосредственно связан с желаемым действием. К примеру, кто-то хочет сбежать живым и невредимым с хирургического стола. Достаточно надежным индикатором могла бы быть служебная характеристика данного хирурга и для того типа хирургической операции, которой кто-либо собирается подвергнуться[56]. Проблема возникает, когда индикатор не связан с желаемым действием напрямую. Например, оценка качества работы профессоров по количеству исследовательских работ, опубликованных ими, не раскрывает информации о качестве их преподавания. Таким образом, если производство работ наблюдается и премируется, можно ожидать, что профессора фокусируются на публикациях вместо преподавания[57].

Мы упомянули вначале, что проблема принципал-агент практически принадлежит к классу проблем скрытого действия (либо скрытого намерения). Есть и другие сложности: например, проблема работы с командами агентов, проблема нарушения или препятствования осуществлению контрактов. Владелец профессиональной спортивной команды хочет повысить стоимость своего предприятия и поэтому, безусловно, желает своей команде лишь успеха. Контракты подписываются с каждым членом команды, но лишь команда в целом может побеждать (или проигрывать). Для облегчения наблюдения либо предотвращения «халтуры» за счет перекладывания усилий на других членов команды ведется и публикуется абсурдное количество статистики по каждому игроку на каждой позиции. Это весьма дорогостоящее дело, хотя оно и предоставляет целый поток любопытной информации. В иных случаях наблюдение за отдельными членами команды практически невозможно, как, например, при отслеживании производительности в условиях боевых действий, так что возникает вопрос о том, как подписать контракт, по-настоящему мотивирующий членов команды прилагать все свои усилия, даже если существуют возможности схалтурить. Культура играет важную роль, и не только потому, что оспаривание выполнения контракта в суде может быть чрезмерно затратным, из-за чего в контракты приходится включать соответствующие оговорки. Роль культуры заключается в том, чтобы соединять агентов таким образом, что они смогут считать себя чем-то единым, а не отдельными индивидами. Культура порождает мощные механизмы выражения общественного мнения – от одобрения и возвышения до осуждения и изоляции, которые передают прибыли или возлагают расходы на членов команды. Общая культура упрощает коммуникацию (например, разговорный язык или неразбериха военных аббревиатур); она снижает издержки на сигнализирование и селекцию. Культура помогает членам команды следить друг за другом и заставляет каждого соблюдать все то, что предполагает тот или иной культурный контракт. Совместное обучение, общий групповой опыт, создание групп с общими отсылками, публичное зачитывание миссии компании или национальный гимн той или иной страны – все это формирует сильные психологические связи. Такими способами культурный контракт дополняет правовые контракты. Проблемы могут возникать, когда культура, созданная подобным образом, искажается: нацизм в Германии и скандалы вокруг коммерческих операций в Соединенных Штатах в конце 1990-х и начале 2000-х – далеко не единственные примеры.

В зависимости от обстоятельств нарушение контракта может быть просто досадным, а может быть и тяжким. Если Элис и Боб согласны встретиться за чашкой кофе и Элис не приходит, это досадно, но не особенно вредно (затратно) для Боба. Но если Элис и Боб договариваются встретиться за чашечкой кофе в Аргентине и Элис не приходит, то эта поездка оказывается действительно дорогой для Боба. Контракты, формальные и неформальные, должны учитывать возможность риска, например, включая штрафные оговорки или премии за риск. Так, обычно трудно соблюдать и оценить точно, сколько усилий строители вкладывают в свою работу. Принципал подвергается риску не завершить проект в срок. Штрафные неустойки, посредством которых договорная цена падает на 1 процент каждый день после предельного срока, служит мощным стимулом для генерального подрядчика выполнить работу вовремя. Это помогает согласовать стимулы между принципалом (строителем) и агентом (подрядчиком). Однако иногда агент не ответственен за риск, как, например, в случае, когда по причине погодных условий строительство задерживается. Построенный на основе издержек контракт поощряет «халтуру» со стороны агента, при этом принципал подвергается риску в полном объеме. В отличие от этого контракт, основанный на производительности, полностью смещает риск на агента (строительный проект будет осуществлен в 180 дней или же налагаются взыскания, вне зависимости от каких-либо реальных смягчающих обстоятельств, находящихся вне контроля агента). Необходимо найти способы обойти эти чрезвычайные обстоятельства. Обычная форма разделения риска включает использование основного платежа плюс бонусной компенсации. Таким образом, официанты получают базовую зарплату независимо от количества посетителей, а их бонус приходит с чаевыми. Если процентное соотношение базовой/бонусной оплаты хорошо спланировано,