Краткая естественная история цивилизации - Марк Бертнесс
Рисунок 6.2. Головные, лобковые и платяные вши были причиной возникновения зуда и переносчиками болезней у людей с тех пор, как мы унаследовали их от наших предков-гоминид. Они прикрепляют свои яйца или «гниды» к волосяным фолликулам, а взрослые особи цепко держатся за тело крючковидными придатками. Перерисовано на основе данных Джона Стаффорда, The Lice Capades, Daily Kos, 10 ноября 2011 г.
Человек является хозяином для трех видов вшей: головных, лобковых и платяных. Секвенирование ДНК этих биологических видов показало, что они восходят к нашим обезьяноподобным предкам: головные вши сформировались у шимпанзе 5,5 миллиона лет назад, а лобковые вши у горилл 3 миллиона лет назад. Секвенирование ДНК головных вшей, откладывающих яйца и живущих в одежде, показало, что люди начали носить одежду примерно 40 000 лет назад[138].
Постельные клопы являются еще одним человеческим эктопаразитом, процветавшим благодаря высокой плотности поселения людей. Происходя из пещер, населенных летучими мышами и древними людьми, они являются кровососущими насекомыми-паразитами, но не основными переносчиками болезней. Постельные клопы были впервые описаны греками в I веке до н. э. и являются близкими родственниками сходных с ними мелких эктопаразитов, специализирующихся на других теплокровных хозяевах. Постельные клопы сформировались 145–165 миллионов лет назад, перейдя от летучих мышей к человеку, когда люди стали ночевать в пещерах во время плейстоцена. В Средние века клопы были чрезвычайно распространены в многолюдных городах. Чтобы противостоять им, люди окуривали свои спальные места, устраивая торфяные костры и укладывая на пол листья и ежедневно их меняя, чтобы поймать клопов и уничтожить. «Спокойной ночи, приятного сна, не позволяйте клопам кусаться» – это все еще распространенная фраза из XVIII и XIX веков, когда большинство людей спали на веревочных кроватях, требовавших постоянной подтяжки для комфортного сна, и когда клопы были повсеместной проблемой[139].
Постельные клопы – это подстерегающие кровососущие паразиты, поджидающие в постелях, пока еда сама придет к ним. Они распространены в городах, отелях, студенческих общежитиях и общественных спальных местах с высокими возможностями передачи. Кроме того, они недолго передвигаются по телу хозяев, а прячутся в укромном месте, чтобы переваривать свою кровавую пищу, что затрудняет их обнаружение после укуса. Жертвы постельных клопов реагируют на их укусы по-разному: некоторые сразу же их замечают, а некоторые не реагируют на них несколько дней или недель, затрудняя обнаружение и уничтожение своих малоприметных сожителей. Подобно пиявкам, клопы впрыскивают в ранку анестетик для обезболивания и антикоагулянт, разжижающий кровь и облегчающий ее высасывание.
Клопы перестали быть основной паразитарной проблемой в начале XX века, когда широкое использование инсектицида ДДТ привело к сокращению паразитирующих на человеке насекомых, но они вернулись в крупные города в последние несколько десятилетий, когда было признано вредное воздействие ДДТ на хищных птиц и его использование было запрещено в большинстве развитых стран. Клопы сами являются дружественными хозяевами для обязательных мутуалистических бактерий Wolbachia. Этот симбиотический микроб обеспечивает клопов витаминами группы В, необходимыми им для метаболизма и размножения. В свою очередь, клопы обеспечивают своих эндосимбионтов Wolbachia метаболическими побочными продуктами[140].
Хотя мы можем легко проследить коэволюцию вшей и постельных клопов с человеком, они, несмотря на способность вшей переносить возбудителей болезней, на деле были паразитами как таковыми, а не угрозой выживанию целых популяций. Чтобы учесть более опасные, формирующие историю человечества организмы, мы должны заострить наше внимание, чтобы рассмотреть некоторых из самых мелких живых существ на Земле, наших старых микробных друзей, а в данном случае – врагов. Первыми из них являются вызывающие малярию одноклеточные организмы подцарства Protozoa рода Plasmodium.
Малярия впервые была описана в Древнем Египте в третьем тысячелетии до н. э. и является одной из самых смертельных болезней в истории человечества. Каждые 40 секунд один ребенок умирает от малярии, в результате чего ежедневно во всем мире гибнет более 2000 молодых людей в день и от одного до трех миллионов каждый год. Малярия остается серьезной проблемой для здоровья человека, несмотря на значительные усилия, с древних времен прилагаемые по ее искоренению. Она особенно опасна в тех регионах, где высокие температуры сокращают время воспроизводства возбудителя, усиливая его воздействие на человека. На протяжении всей истории многие тропические цивилизации страдали от малярии, пока не стали доступны меры профилактики[141].
Отношения между малярией и людьми тянутся с доисторических времен; малярийный плазмодий эволюционировал вместе с млекопитающими и птицами. Жизненный цикл этого паразита происходит в две стадии, одна у комаров, а вторая у позвоночных, и у каждого хозяина плазмодии размножаются бесполым путем, порождая десятки тысяч инфекционных клеток, передающихся от комара к укушенному им позвоночному или наоборот. У комаров клетки паразита проходят половой цикл, после чего мигрируют в слюнные железы для рассеивания при укусе теплокровного животного, а у позвоночных они размножаются в печени хозяина, попадая в кровоток после инкубационного периода. Этот цикл размножения вызывает лихорадку у людей, поскольку число плазмодиев в крови нарастает, что в конечном итоге способно нарушить кровоток.
Из более чем ста видов паразитов рода Plasmodium четыре предпочитают иметь хозяином человека, и два из них чрезвычайно болезнетворны. Эти ориентированные на человека паразиты разошлись с возбудителем малярии, заражающим шимпанзе (Plasmodium falciparum), от 10 000 до 20 000 лет назад, и еще ранее другой вид, Plasmodium vivax, вероятно передался от зараженных им макак нашим предкам Homo erectus[142]. Примерно к 2000 г. до н. э. у людей выработалась защита, такая как серповидные эритроциты, вырабатывающие фермент, защищающий их от возбудителя малярии. Эритроциты такой формы развивались независимо на Сардинии, в Африке и в Китае, что свидетельствует о смертельной угрозе малярии в этих регионах. Мы еще не вполне знаем, как серповидные эритроциты защищают от малярии, но меньший размер и форма клеток способны снизить интенсивность малярийных инфекций[143].
После возникновения в Африке эпидемии малярии среди людей, по-видимому, начались во время сельскохозяйственной революции, когда большие группы фермеров селились рядом с пресноводными ирригационными сооружениями, ставшими местами размножения комаров. Мы пожинаем последствия этого с четвертого и третьего тысячелетий до н. э., если основываться на самых ранних египетских и китайских письменных источниках. Греческий историк Геродот писал, что строители египетских пирамид потребляли большие количества