Knigi-for.me

Водитель полуторки 3 - Андрей Вершинин

Тут можно читать бесплатно Водитель полуторки 3 - Андрей Вершинин. Жанр: Прочее издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Говорили про сыновей: сыновей у старика было три, один в Исфахане, другой здесь, за занавеской, с внуком, а третий ушёл, давно. Куда, старик не сказал, а Лукич не спросил.

Про Агафью, про тулуп, который висит. Старик понимающе кивал, потому что у него тоже кое-что висело: сыновний халат, того сына, который ушёл.

Про верблюдов. Старик уже знал про Учёта, весь базар знал: двугорбый русский верблюд в сарае у восточных ворот, с мальчиком, не продаётся.

Прошёл час, потом второй. Колька выпил семь стаканчиков, он считал, и разомлел от чая. И понял, что на базаре на него никто не смотрит, вообще никто, ни на него, ни на Лукича, как будто они сидели тут всегда. Два старика и чай — это тут было нормально, это тут было как воздух.

На третьем часу Лукич встал и поклонился, неуклюже, но поклонился, взял вещмешок и пошёл.

На третьем шаге он остановился и обернулся, как будто что-то вспомнил.

Колька чуть не засмеялся, но удержался.

— А изюм у тебя, отец, — сказал Лукич, — не слежался небось? С прошлого года?

Старик посмотрел на него долго и вдруг хитро улыбнулся в бороду.

— Слежался, — сказал он. — Совсем. Даром отдам.

— Даром не возьму, — сказал Лукич. — У нас даром не берут. По-людски берут.

Он снял вещмешок, развязал его и достал.

Сапог.

Кирзовый, левый, почти неношеный, тот самый, из Захарова кузова, без пары. Лукич поставил его на коврик перед стариком.

Старик посмотрел на сапог, потом на Лукича, потом снова на сапог, а потом хлопнул в ладоши и быстро сказал что-то мальчишке, не по-русски.

Мальчишка убежал за занавеску и вернулся, неся что-то в обеих руках.

Сапог.

Кирзовый, правый, старый, стоптанный, с заплатой на носке, наш, русский, с клеймом на подошве. Мальчишка поставил его рядом с Лукичевым.

Получилась пара. Не пара, конечно, потому что один новый, а другой старый. Но левый и правый, и оба кирзовые, и оба наши.

Лукич смотрел долго, и у него что-то сделалось с лицом, Колька не понял что.

— Откуда? — тихо спросил Лукич.

Старик пожал плечами.

— Прошлым летом, — сказал он. — Шли люди. С вашей стороны. Много. Женщины, дети. Худые. Поляки. Один менял на хлеб. Один сапог. Второго у него не было. — Он помолчал. — Я взял. Думал: кому один сапог? Никому. А взял. Хлеб дал.

Лукич молчал.

— Пара нашлась, — сказал он наконец, не старику, а Кольке. — Слышишь, Батя? Я же говорил. Найдётся.

— Слышу.

— В Персии нашлась.

Он сел обратно на коврик. Старик налил ему ещё чаю, и Лукич выпил его, не глядя.

Дальше торговались быстро, а вернее, почти не торговались. Старик насыпал изюму, большой мешочек, потом чаю, две жестянки, потом подумал и досыпал орехов. За один сапог это было неправильно, и Колька это понимал, и Лукич понимал, а старик понимал лучше всех.

Сапоги остались у старика, оба, парой.

— Кому они теперь? — спросил Колька, когда они с мешочком изюма шли обратно под сводами.

Лукич долго шёл молча.

— Сыну, — сказал он. — Который ушёл. Вернётся — а тут сапоги. Парой. — Он помолчал. — У меня тулуп. У него сапоги. Понял, Батя?

Колька понял.

У выхода на улицу Лукич остановился и потрогал за пазухой пуговицу.

— Деда Кондрата бы сюда, — сказал он с уважением. — Он бы тут неделю сидел. И всё равно старик бы его пересидел.

На станции были американцы.

Первого Колька увидел сразу, на платформе. Тот сидел на ящике и жевал, просто жевал, ничего, как Учёт. Рота остановилась посмотреть.

Американец был молодой, моложе Синицына, рыжий и весь в веснушках, в форме цвета хаки, светлой и чистой, с закатанными рукавами. На голове у него была пилотка, тоже пилотка, но не такая, а на ногах ботинки, жёлтые, высокие, на шнурках.

И ноги длинные: он вытянул их через всю платформу, как у себя дома.

Американец увидел роту, обрадовался и вскочил.

— Рашн! — сказал он и показал большой палец. — Рашн, окей!

Рота поняла, потому что палец поняли все.

— Окей, — осторожно сказал Петька, как пробуют лёд.

Американец засмеялся, полез в карман и достал плоскую пачку в бумажке. Внутри были серые пластинки, и он раздал их по одной: Петьке, Сидоренке и Стёпке, а Стёпке две.

Сидоренко понюхал свою, положил в рот, пожевал, и лицо у него стало серьёзное.

— Сладкая, — доложил он. — И не кончается.

Он пожевал ещё, долго.

— И не глотается, — сказал он с удивлением. — Ничего себе. Еда, которая не кончается. Лукич, слышишь? На учёт ставь. Одну на всю войну хватит.

Лукич пробовать не стал. Он смотрел на американца с интересом, как на Учёта в первый день.

— Сытый, — сказал он. — Видать, что сытый. И не воевал. Видать, что не воевал.

— Воюет, — сказал Колька. — По-своему. Он нам машины возит.

Американец слушал, ничего не понимал и улыбался, а потом увидел Колькину руку.

На руке были часы, немецкие, трофейные, с Калача, с моста: стальные, на чёрном ремешке, со светящимися стрелками. На задней крышке был выбит маленький орёл со свастикой в лапах.

Американец без спросу взял Кольку за запястье. Колька снял часы, ремешок прилип к руке, и протянул их на ладони. Американец перевернул часы, увидел орла, и лицо у него стало как у Петьки у кондитерской.

— Джёрман? — спросил он и показал пальцем. — Наци? Риал?

— Риал, — сказал Колька.

И прикусил язык, но было поздно: слово уже вышло, само, как сами собой работают руки под машиной. Это было Андреево слово, из той жизни, из форумов, из каталогов, из американских роликов про реставрацию, где толстые мужики в кепках говорили «риал дил» и «ориджинал партс».

Колька оглянулся, но никто не заметил. Рота жевала, Лукич смотрел на ботинки, Синицын был у коменданта. Посмотрел один Стёпка, потому что Стёпка всегда смотрел, но Стёпка не знал, что такое «риал», и думал, наверное, что так и по-русски можно, как «окей».

Пронесло. С этими надо осторожнее, подумал он. С немцами было проще, потому что немецкого Андрей не знал. А тут в голове полязыка, на всём, что с машинами связано, и лежит оно не под сиденьем, а вылезает само.

Американец ничего не заметил, американец смотрел на орла.

Потом


Андрей Вершинин читать все книги автора по порядку

Андрей Вершинин - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.