Омы серийные (Дикая планета) - Стефан Вул

Начальник работ доложил бортмастеру, а тот немедленно передал добрую новость Терру. Связь шла по телепроводу, натянутому между двумя кораблями.

— Отлично, — сказал Терр. — Сколько потребуется, чтобы закончить?

Бортмастер 3 поколебался:

— Трудно сказать точно, эдиль. По словам начальника, от десяти до пятнадцати часов. Не считая трудностей, которые создаёт зыбь: на сушку индукционных катушек уйдёт немало времени. Если бы всё можно было начать заново…

— Да, я знаю, — перебил Терр. — Мы не стали бы устанавливать катушки до выхода. Сушка займёт больше времени, чем мы выиграли на монтаже. Любое импровизированное действие неизбежно ведёт к ошибкам. Но не будем говорить о прошлом.

Терр повернулся к стоявшему рядом бортмастеру 1.

— Сколько до Сиво?

— Двенадцать часов, если не форсировать ход.

— Вы слышали своего коллегу с корабля 1? — сказал Терр, наклоняясь к телебоксу. — Через двенадцать часов мы выйдем на течение Сиво. Нужно закончить всё до этого срока.

Голос бортмастера 3 снова дрогнул:

— Не думаю, что разумно на это рассчитывать, эдиль.

— Делайте всё, что можете. Через десять часов доложите о ходе работ. Если отстанете, сбавим скорость.

— Будет исполнено.

Терр отключил связь и заходил по каюте.

— Мы выиграем массу времени, воспользовавшись скоростью Сиво, — сказал он. — Этот крюк сократит путь. Но продолжать буксировку на такой скорости нельзя. Какой промежуток вы предполагаете оставить между судами?

— Осторожность требует как минимум полстада. Но я только что говорил с инженерами. Они опасаются, что корпуса не выдержат скорости свыше ста стад в час.

— Какова скорость Сиво?

— На этой широте — тридцать стад. Но у слияния с Южным Сиво скорость удваивается. А южное течение усеяно яйцами-островами. Корпуса могут пострадать. Нам придётся снизить собственную скорость до пятнадцати стад. Пятнадцать плюс шестьдесят — всё равно получится семьдесят пять. Но относительно яиц мы будем двигаться со скоростью пятнадцать стад. Придётся разбивать их на ходу. Если пойдём быстрее, в конце концов разобьём самих себя.

Терр нахмурился.

— А пронги? — спросил он.

Бортмастер успокаивающе махнул рукой.

— Судя по специализированным нейронаушникам, яйца здесь не вылупятся, особенно в это время года. Инкубация ещё не закончена.

Он показал на карту и коснулся точки посреди морей, окрашенных в красный цвет.

— Вот здесь начинается вылупление, совсем рядом с экватором. Наш маршрут туда не заходит.

— А если вылупление будет вызвано столкновением?

— Обычно это неопасно. Конечно, пронги уже живы внутри яйца. Но его разрушение одновременно убивает и их.

— Я слышал, что некоторые выживают.

— Ненадолго. Они быстро тонут. Если хотите, эдиль, лучше поговорите об этом с Савом.

Терр положил руку на телебокс, помедлил и сказал:

— Я сам его найду.

Бортмастер отдал честь и полез по лестнице на ходовой мостик. Терр вышел в коридор, спустился на нижнюю палубу, пересёк боковые грузовые отсеки, где омы проверяли крепления груза, и добрался до левого прохода. Через сотню шагов он оказался у жилых отсеков. Войдя, он был ласково встречен всеми.

— Где Сав? — спросил он.

— В третьем отсеке, — ответил кто-то.

Терр прошёл через толпу, то и дело перебрасываясь дружеским словом или подбадривая кого-нибудь. Одну ому, скрученную приступом морской болезни, он сердечно похлопал по плечу. В третьем отсеке он нашёл Сава, сидевшего в углу среди карт Дикого континента.

Натуралист поднял от бумаг свою поседевшую голову.

— А, эдиль! Я тебе нужен?

Терр отвёл его в сторону.

— Наедине можешь не называть меня эдилем, — сказал Терр. — Я пришёл поговорить о пронгах.

— Да?

— Это опасно?

— Опаснее не бывает!

Терр покачал головой:

— Нет, я о другом. Если вылупление произойдёт из-за столкновения?

Сав ущипнул себя за нос.

— Зависит от обстоятельств, — ответил он. — Как правило, они ещё слишком слабы. Хотя не настолько, как ом, родившийся раньше срока. При таком весе даже одно их движение может иметь «тяжёлые» последствия.

Он подмигнул:

— Я умею выбирать выражения, правда?

— Ты необычайно остроумен.

— Благодарю. Так вот: судя по имеющимся у нас нейронаушникам, новорождённый пронг в предсмертной агонии способен совершить весьма неприятное движение. В прошлом месяце грабительские отряды принесли старый нейронаушник, и я нашёл в нём кое-какие подробности. В девяти случаях из десяти опасности нет.

— Как обнадёживает! — сказал Терр. — Раз мы встретим тысячи яиц, значит, получим всего несколько сотен тяжёлых ударов. Ты не можешь сказать ничего более успокаивающего?

— Могу. Новорождённый пронг ещё слишком мал, чтобы плавать, и перед тем, как утонуть, очень громко кричит. Говорят, пугаться не следует. Чем громче он кричит, тем быстрее тонет. Он выпускает воздух из лёгких, понимаешь? Но орёт — будь здоров! Перекрывает шум моря. Не могу дождаться, когда это увижу!

— Надеюсь, нам не придётся увидеть это слишком близко. Ты не слышал о способе сделать их совершенно безвредными?

Сав кивнул.

— Слышал. Нужно идти как можно быстрее. Так поступали драаги, когда плавали на небольших судах.

Терр вздохнул.

— К сожалению, мы не можем позволить себе такую скорость: корпуса не выдержат. Но… что ты сказал? Сами драаги боялись детёнышей пронгов?

— Разумеется! Это ещё со времён старого судоходства. Тогда нередко случалось, что пронг на ходу обвивал щупальцами винт. Перед смертью он вполне мог разрушить судно. А даже если судно уцелевало, с повреждённым винтом оно рисковало месяцами кружить в Сиво, пока не разбивалось о рифы Амбалы в конце пути. Лучевого оружия ещё не существовало, пули отскакивали от пронгов и не успевали прикончить их до того, как происходила катастрофа. Но, как я уже сказал, такие случаи были редкостью. Драаги увеличивали ход и раздавливали все яйца на пути, не давая пронгам времени причинить ущерб.

Терр схватил Сава за рукав.

— И ты говоришь мне всё это только сейчас?

— Ты меня ни о чём не спрашивал! — возмутился натуралист. — Ты велел Шарбу поручить мне изучение фауны и флоры Дикого континента! Я полагал, что вы всё это знаете и приняли меры предосторожности.

Терр отпустил его и покачал головой.

— Ты прав, — сказал он. — Это моя вина. Я не представлял… Это моя вина.

— У нас есть оружие! — напомнил Сав.

— Им невозможно воспользоваться. Нужно установить его на корпусе, но… уже поздно.

— Избегайте Сиво.

—