Путь рассекающего ветра. Книга вторая - Василий Груздев
— «Немного» — это сколько? — уточнил я.
— Выгорает вдвое быстрее, — нехотя признался Бо.
Есть над чем задуматься… С одной стороны, вполовину дешевле. С другой — неясно, что с головой будет. Перепои разные бывают. Иные запойные не сильно от мертвецов отличаются. Да что гадать — пробовать надо… Достал из-за пазухи стопку медных монет, отсчитал положенное и протянул алхимику.
Бо снова оглянулся, достал из-под стойки деревянную коробочку и снял крышку. Внутри — разноцветные пилюли, разделённые перегородками. Выбрав одну, серую с болотными прожилками, он протянул её мне.
— Водички больше пей, — посоветовал он, глядя на меня с жалостью.
— До или после? — уточнил я.
— Да вообще…
Я уже прикидывал, не вернуть ли шарик, покуда не покинул павильон, — Бо, наверное, не стал бы возражать… Но в итоге решил рискнуть.
Глянув ещё раз на невозмутимого парня, я вышел на улицу. Пора возвращаться в горы. До вечера надо выполнить ещё полнормы… И опробовать эту недоделанную алхимию.
С травами разобрался быстро — спешил. Хотел иметь запас времени на крайний случай. Практиковаться начал у ручья. Воды здесь много — хватит, если что, напиться. Не зря же Бо это советовал.
Пилюлю закидывал в рот с опаской, будто змею ядовитую. Даже на вкус она оказалась мерзкой. Но, оказавшись в желудке, как и положено, начала источать Ци. Приток был приятным и неожиданно мощным. Почти как от пилюли Восстановления.
Прислушался к ощущениям — вроде ничего. Раз так, терять времени не стал. Принялся повторять таолу Железного Кулака два часа без перерыва, с утяжелителями.
Чувствовал, как руки и ноги дрожат от переутомления, того и гляди упаду. Но не остановился: не позволял себе даже краткой передышки. Надо взять от вливающейся энергии всё, что можно. Пятьдесят монет — это два-три дня сбора трав.
И на исходе второго часа меня настигло. Будто пропустил удар в нос. Голова закружилась, тошнота накатила. Тело — словно вата. Едва удержался, чтобы не рухнуть. Вес утяжелителей будто удвоился, желудок выворачивало наизнанку.
Худшие опасения оправдались. Ещё немного — и я уподоблюсь тем ничтожествам, что, набравшись бражки до отказу, засыпают в луже собственной мочи.
Ощущение было таким мощным и всеобъемлющим, что я невольно заподозрил проклятье. Тут же заглянул в себя — и внутреннему взору открылась пренеприятнейшая картина. Нечто чёрное и мерзкое разливалось по Духовному Телу. Не проклятие. Попытка вытолкнуть эту дрянь Доспехом Духа не удалась. То была не порченая энергия, а что-то сродни обычному яду.
Я попробовал выбросить её — сжал Ци в плотный комок и ударил. Чёрная дрянь лишь расплескалась и снова поползла, не желая покидать пределы Духовного Тела. Впитывалась, отравляя телесную оболочку, и тут же растворялась в ней.
Скорее всего, яд вышел бы сам, оставив после себя множество неприятных ощущений. Не смертельно… Но стоило ли оно того? Сомнительно. Вред от яда мог перевесить пользу от пилюли. Оставалось только дождаться и сравнить. Я уже почти с этим смирился, когда заметил: попадая в Очаги, гадость начинает сгорать, выделяя Ци. А после неё остаются лишь безобидные шлаки… Выходит, выгнать её невозможно, а сжечь — легко.
Следующие четверть часа я старательно сгонял яд к Очагам. Он выгорал, даруя ещё больше жизненной энергии и подстёгивая развитие каналов! Скопившиеся шлаки я выгнал через кожу. Через полчаса поднялся на ноги и жадно напился из ручья. Прислушался к ощущениям.
Вроде бы ничего ужасного. Только лёгкое недомогание. Но на это можно не обращать внимания. Как и на время, потраченное на сжигание ядовитых примесей. Сообрази я сразу — ничего бы не успело впитаться.
Снова меня спасает умение управлять Ци!
Хотелось кричать от радости — и я позволил себе эту слабость. Выходит, ущербные пилюли Бо я мог использовать почти как полноценные! Главное — держать себя в руках и не показывать, что они мне нужны… Иначе цена может сильно измениться.
Довольный открытием, я подхватил сумку с травами и отправился в сдаточную, где получил свои двенадцать медяков. А после снова пошёл в Главный Павильон Алхимии. Перед входом остановился, вспоминая, как мне поплохело от пилюли. Стараясь удержать это ощущение, вошёл внутрь.
— Добрый вечер, старший, — сказал я измученным голосом. — Я насчёт пилюли…
Бо, с подозрением глядевший на меня со своего места, тут же сделал каменное лицо.
— Деньги не верну, — сразу отрезал он. — О том, что головой будешь мучиться, я предупреждал.
— Я не ругаться пришёл, ох… — скривившись, подошёл к стойке и опёрся. — Спросить хотел… Не найдётся ли чего-нибудь от боли? Такое чувство, будто по макушке молотками стучат.
Бо вмиг переменился в лице — засиял улыбкой.
— Как же не найтись! — он нырнул под стойку и достал коробочку. — Вот! От молотков самое то! Тошноту снимает и головную боль уменьшает. Два медяка за пять штук! Как я сразу не догадался предложить…
— Беру! — тут же сказал я и неуверенными движениями полез за монетами. — И ещё одну неудачную давайте…
Бо, судя по лицу, удивился, но, увидев на столе деньги, тут же полез за пилюлей.
— Раскушал, что ли? Ещё покупать будешь? — спросил он, пока я закидывал в рот маленький шарик снадобья.
— Гадость, конечно, редкостная, — жаловался я. — Но за эту цену пойдёт. Если не сдохну, конечно… Может, скинете пару монет на лекарство?
— А вот тут не могу, — замотал головой толстяк. — И так по стоимости трав отдаю. Себе ничего не оставляю!
— Ну хоть так, — тяжко вздохнув и сгорбившись, я забрал покупки и побрёл к выходу.
И только завернув за угол, выпрямился в полный рост, довольный розыгрышем. Теперь алхимик и не подумает цену ломить. Не сразу, конечно, но там посмотрим. А лекарство и правда помогло — остатки мути вышибло начисто.
Как же всё хорошо складывается!
Пилюли задёшево нашёл. Оставалось решить, что делать с техникой. Насмотревшись, как двигается Сюэ, я начал понимать, что упускаю. Что ни говори, а Железный Кулак я практикую от безысходности. Вернее, даже не практикую — пытаюсь.
Чтобы выполнять движения правильно, нужен наставник. Для этого есть бесплатные занятия раз в шесть дней — как на руднике. Можно прийти на площадь на границе западного квартала, где младшие наставники